Лариса Соболева

ногу и повернув их в одну сторону, а корпус в другую – к сидящим на диване и в  креслах, Галина вцепилась

Георгий, выпив водки, позвонил Гринбес, сообщив: – Мы познакомились с Шубиным… – Я в курсе, – сказала

смотрел на убитую Верочку. И нелепый, а может, вполне закономерный вывод напросился сам собой: кто так издевается над людьми, даря им на краткий миг жизнь? Кто устраивает над ними эксперименты, давая одним – болезни, уродство, нищету, слабоумие, а другим – богатство, здоровье, красоту? Кто провоцирует одних отнять источник благ у других? Кто придумал смерть – страшное орудие наказания за право жить на земле? Как же надо ненавидеть человечество, чтобы пустить его в этот мир, соблазнять его на протяжении жизни, а потом наградить небытием! О каком спасении или наказании за гробом может идти речь, когда здесь, на земле, сплошное несовершенство? Кто же так коварен – бог или сатана? Если это они играют человеком, то

последовал от Вероники встречный вопрос. Он поднял на нее глаза – небольшие для такого широкого лица, светло-болотные, колючие, а в совокупности

Значит, что-то случилось… * * *

рога в город одна, с одной стороны – скалы, с другой – пропасть, пешком ее не пройдешь

все в порядке, а у тебя нет. По моим подсчетам, Людмиле, если она родила Тимофея, было не полных шестнадцать

китайской розой. Ни телевизор, ни кресла, ни цветы не издадут ни звука, не полезут разговаривать. Даже часы под потолком двигают стрелками бесшумно. Без пятнадцати три… Даша решила просидеть ночь, а днем будет спать, чтобы никого не видеть… никого…

Витальевич купил квартиру Инне, посему вправе

чтобы родная дочь не узнала. Ну,  погодите, подонки, после всего этого цирка я найду вас и рассчитаюсь. Он переодевался, гадая, что похитители заготовили, как будет происходить обмен