Кристина Зимняя

пугающе. На предплечьях его величества прямо поверх одежды стали проступать очертания широких браслетов из тёмного металла. Я невольно подалась вперёд. О королевских наручах, в отличие от королевских церемоний, я много читала. Возможностям и устройству этих артефактов был посвящён не один талмуд. Только вот демонстрировались они крайне редко, а применялись и вовсе лишь в военное время, так что видеть браслеты вживую, не на гравюре в книге, мне ранее не доводилось. Подозреваю, что и большинству присутствующих в зале тоже – судя по тому, как придвинулись к возвышению придворные и зарубежные гости. На фактурном атласе рукавов грубые, несколько варварские наручи смотрелись странновато. Как-то неуместно, что ли. Грубо обработанные самоцветы диссонировали с отглаженностью ткани и бриллиантами в перстнях. Невольно подумалось, что дикарские украшения куда больше подошли

– Кори, забудь! – для пущей убедительности повысив голос, произнесла я. – Да-а-а? – провыла она, потерев кулаками мокрые глаза. – Тебе легко

чтобы увидеть, как тают «зеркала», от ловушки осталось только длинное закопчённое пятно поперёк коридора. Где-то вдалеке уже кричала стража, поднимался логичный для такой ситуации переполох, а я мысленно ругала себя. Ведь реально забыла. Это проклятый экстренный

– Вот чокнутая! – протянул кто-то в толпе зрителей. Прозвучало с одобрением или даже с восхищением

Молотком махая, мышь идёт больная, Что же ты, мой мишка, не спишь? Спят давно соседи – в коматозном бреде Всех замочит тихо Машка а.к.а. Мышь.

то ли каким-то оружием – я не совсем поняла. Под моим изучающим взглядом блондин зашевелился, застонал, приходя в себя, и открыл глаза. Зелёные, точно залитый солнцем весенний луг. Я так загляделась, что мне аж щебетаниеподнимаясь. Святые угодники! Как же он отряхивался

Женщины – существа сильно недоизученные

и остановился на нижней строчке. – Как скажешь, друг мой!

подслушанная беседа опровергла эту версию. – И что, вот так вот сдашься? – спросил Лэнт с ехидцей в голосе. – На тебя не похоже, Мира! – Ещё чего! – фыркнула шпала. – Я уже всё разузнала. Вовсе Сверр не живёт с этой кобылой деревенской.

Ферран Истэн должен был оставаться