Константин Труфанов
В 1988 году шестнадцатилетняя Катя нашла в ленинградском архиве то, о чём взрослые предпочитали молчать. Вскоре её убили.
Тридцать шесть лет спустя в петербургском Парке Победы находят мёртвую девушку. Следователь Олег Серов замечает странный узел на её шнурках. Следы ведут к старым делам и людям, которые считают себя вправе судить и казнить тех, кто избежал наказания.
За отдельными преступлениями проступает сеть. Её участники называют убийства справедливостью, а чужую боль используют для поиска новых исполнителей. Чтобы остановить их, Серову придётся разобраться в истории Кати — и проверить прошлое собственного отца.
Первая книга детективного цикла «Протокол 317».
Об авторе
Автор детективов и триллеров, создатель цикла «Протокол 317» и самостоятельных романов «Приказ без подписи» и «Срок молчания».
Давний интерес к детективной литературе получил продолжение в профессиональной деятельности: в своей работе автор регулярно сталкивается с материалами дел. Внимание к деталям, свидетельствам и противоречиям постепенно соединилось с желанием создавать собственные истории. Ранние замыслы и творческие наработки со временем стали книгами.
В центре его прозы — психология человека и логика расследования. Как складывается цепочка событий, ведущая к преступлению? Почему одни и те же обстоятельства заставляют людей принимать совершенно разные решения? Что скрывается за убедительной версией произошедшего? Эти вопросы определяют движение сюжета и раскрывают характеры героев.
В цикле «Протокол 317» поиск виновных связан с тайнами прошлого и трудным нравственным выбором. Стремление к справедливости может обернуться местью, а уверенность в собственной правоте — стать оправданием жестокости. В «Сроке молчания» расследование заставляет героя вернуться к собственным решениям и признать ответственность за их последствия. В «Приказе без подписи» поиск доказательств сталкивается с системой, способной менять официальную картину событий.
Книги адресованы читателям, которым интересно следить за расследованием, замечать связи между деталями и разбираться в мотивах людей — в том числе тогда, когда найденная правда оказывается сложнее первоначальных подозрений.