Ирина Муравская

снести меня с ног. Вау. Это реально мощно. – Что я? – шепчут мне так сладко и с таким придыхом, что внутри всё цепенеет. Просто это… слишком горячо. Слишком. Молчу. Не потому что нечего ответить, а потому что не могу.

договаривались. Подушку хоть оставь! – доносится с кухни обиженное. Игнорирую. Пошёл к чёрту. – Волчонок, лови кручёный, – зато слышу сердобольный голос Ники

– Любовь ― она разная бывает. Это как плавание, знаешь? ― бросают мне вслед, прежде чем лифт уезжает на первый. ― Можно плыть шикарным брассом, а можно по-собачьи.

Сами используете нас, пудря мозги, а потом мы для

динамизм и сложность многих социальных процессов… Записала. Выучила, насколько

согласно и всё так же раздражающе спокойно кивает

Как говорят умные люди: девушка сначала влюбляется в отношение к себе, и только потом уже в человека

посторонний? Дядя, ты чё, опух??? Да ты знаешь, кто мой парень? Да он тебя по судам затаскает и без трусов оставит, – она уже скакала возле оператора и его

Целовать эти надутые щеки, эти крепко сжатые обкусанные губы, шею, грудь… Всю. Но вместо этого иду на кухню делать какао. Жизнь – боль.