Инна Разина

выманила убийцу, но очень подробно расспрашивал обо всём остальном. Судя по всему, пытался вытянуть из меня хоть какую-то полезную информацию о преступнике

городе и наблюдает за моими попытками, разговор

ния. Во время которого сверлил меня испытывающим

показалось вам подозрительным, странным, да просто привлекло внимание.

кошмар отступит, если буду не одна, но ошиблась. Теперь, когда я просыпалась ночью от крика и слёз, Максим не задавал вопросов, просто с испуганным лицом крепко прижимал меня к себе и ждал, пока я успокоюсь. А я, отойдя от ужаса, который неизменно вызывал этот сон, всё чаще спрашивала себя, что

Он сообщает, что Дина пока не пришла в себя. Хотя сильных повреждений у нее не выявлено. – Почему она так долго без сознания

яркими, впечатляющими, эффектными. Не раз после его расследований чиновники слетали со своих кресел. Я очень гордилась отцом. И мое поступление на журналистский факультет было вполне закономерным. Однако, после того, что случилось, мама взяла с меня

прорвало. Я остановилась посреди кухни и мертвым голосом сказала Егору: – Теперь я знаю: меня нельзя подпускать к людям. Я монстр, чудовище. Я видела, как отец мучается, но не помогла. А ему было очень плохо. Он тосковал по маме. Я могла освободить

застыла. Прямо передо мной на траве сидел бледный до синевы Платонов, тяжело дыша и держась за сердце. Прятаться было поздно, да и оставлять его, похоже, опасно – вполне можно лишиться важного свидетеля. Я быс

не спеша, в тиши и одиночестве.