Инга Максимовская

– Капризничаю, как все невесты перед свадьбой с нелюбимым женихом, – хмыкнула я и пошла к окну, по усыпанному осколками старинной посуды, полу. – И, кстати, ты ведь в курсе, что в нашей стране запрещено

мужественного предплечья хлынула кровь. Из котика тоже что-то хлынуло. Не кровь. В комнате адски завоняло– Держи этого паскудыша

почему сношу их? – Вырастешь, узнаешь, ушастый. Когда вот такая же вот чистенькая фея сядет тебе на шею и свесит свои ноги. – А Мила тебе на шею села? А когда? Ух, а я не видел. Жалко.

слишком напряжены. – Ох, – пискнула Варюша за моей спиной. Громов дернул щекой, кадыком

Сильная и независимая, блин. Несгибаемая железная леди. Как раз такие и ломаются страшнее всего. Теряют опору, когда внутренний стержень крошится от боли.

тебе я просто язык вырву. Чтобы чушь не несла. Корюшка бледненькая лежит в кровати дорогущей клиники. Чтото странно, что скорая привезла ребенка с улицы в шикарную дорогую больницу. Но эта мысль ускользает из моей головы, когда я вижу мою доченьку, целую и невредимую жующую шоколадку.

«Тревожная сумка» собрать. Стать счастливой, оказывается, очень просто. Нужно просто составить дурацкий список