Елизавета Пузырева

Сказки я всегда любила, бывало, открою книгу и словно ныряю в неё, растворяясь на пожелтевших, пропахших временем страницах, переживая разные судьбы и чем нереальнее, сказочнее тем круче, жалея лишь об одном, что книга, сколько не растягивай обязательно подойдет к концу. Это как залезть на карусель, которая крутит вертит тебя, и ты уже не понимаешь ты ли это, или нет, где ты, остановит тебя или выбросит, а если выбросит, то где, может совершенно в другом месте, да хотя бы в этом, в сказочном…

Тебя? Да ты себя видела? У тебя же на лице была смесь шока, потрясения и щенячьего восторга. Таких не кусают! Он, похоже, даже обижаться не стал, видела, как ухмыльнулся? Во всю свою зубастую пасть

Поправив платье и меховую накидку, не обращая внимания на зевак, которые смотрели на меня, потеряв дар речи, я ударила поводьями и направила лошадей на улицу, которая должна была привести меня к оплоту правопорядка. Так, Тая, не дрейфь, доедешь, правее держи только, правее! Мало ли кто навстречу поедет. Хвала небесам здесь светофоров нет. А то: выберите место для разворота вне перекрёстка! Брррр. Как вспомню, так вздрогну. Что

Вот оно оказывается, как переводится Ք! Пиастррры! Пиастррры!