Елена Княжина
2,1Кподписчиков
Я Анна Дэлориан, дестинка, магический самородок с «черной» кровью. Я перестала быть своей в мире людей, но и в сообщество первокровных выскочек-магов меня приглашать не торопятся. Знала ли я, что пара глупых фраз, брошенных в адрес надменного профессора, так сильно испортит мне жизнь? Первый день учебы, а у меня уже есть собственный враг, поклявшийся сопровождать мучениями каждый мой шаг. И еще эта странная Санкт-Петербургская академия, в которой у любого встречного по скелету в шкафу. Не успею разобраться с чужими тайнами к Рождеству – скорее всего, сама стану… этим самым… скелетом, в общем.
Цитаты
Дракон никогда не выпускает из зубов сокровище
"Демон" и Маргарита
какие-то странные, шуршащие и неравномерные. Будто там шел кто-то хромой, припадая на
могу… нельзя, Ализа… не могу, – бормотал Габриэл, настораживая безуминкой потемневших глаз. – Это просто растяжение. Ничего страшного, я быстро
едва не расплакавшись от бессилия, я со всей дури укусила Карпова за губу. По языку растекся металлический привкус крови. И, хотя в Румынских дебрях профессор видал множество магических тварей, судя по изумленному взгляду, такого с ним еще не случалось.
Он весь мой, совсем, до последней капли. Не отдам! – Ани, я чудовище. Теперь уже точно самое настоящее, – бубнил в мое ухо Демон, пытаясь надышаться запахом волос. – Принес столько боли, страха и разочарования. Особенно тебе. – Знаю, Андрей, – согласно закивала, нежась в его ладонях. – Но ты мое чудовище. Теперь – совершенно официально и по закону.
что Бездна забудет. Он все помнит. Всегда. – Он?.. – Наступит день, и ты с ним познакомишься, Ева Прародительница
Словом, ничто не манило подняться и поглядеть на памятник архитектуры поближе. Впрочем, и мутное болото в низине внушало опасение. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что вода в нем тоже багровая. В такую руку сунуть страшно! Имелась жутковатая догадка, что на дно водоема складывают всех павших в «войне кланов». С другой стороны, не может
резко открыл дверь. Несколько решительных шагов внутрь… и бравый воин с недовольным шипением скрылся из виду под градом разгневанных пасленов. – Черт, Анна… Да вы затейница. Воспользовавшись неразберихой, я послала в воина парочку хлипких «Иклерий» и одно подбрасывающее заклятье. И снова спряталась за Монстерой. Неужели я это все-таки сделала? Атаковала в бою? И даже попала в цель? Кровоток вспенился адреналином. В азарте я еще раз подскочила, надеясь закрепить успех,
В его рот вместе со стоном проникло хриплое «Андрей», и он резко зажмурил глаза. Захлебнулся. Утонул. Едва не взвыл от смеси боли и нежности, хлынувших смешанным потоком в его грудину. Где-то в глубине души, на задворках сознания, мазнуло приятной, теплой мыслью: пока он задыхался в чертовой пустоши, Анна умирала от любви тут. Не фигурально выражаясь, а вполне конкретно. Она сгорала. Она любила. Не кого-нибудь другого… Его. По-настоящему
– Час назад я как раз о вас думал. – С чего бы вдруг? – просипела, потирая шею, не так давно отпущенную на свободу. – Мне встретилось два тролля… И я пожалел, что не захватил вас с собой. – Монстр недобро ухмыльнулся. – Мог бы отдать вас им на съедение и избавиться от трех проблем разом.