Дарья Калинина
2КподписчиковЦитаты
Убийства и цветочки
рываясь смотрела на экран смартфона. – Что ещё случилось? – Я её нашла! – Кого? – Нашу сегодняшнюю статую! Её зовут Васса. И она тоже приходится роднёй нашему Петру Филипповичу. – Не может быть! – Не верите? Посмотрите сами. Вот страничка нашего капитана. – Она у него есть? – Как видите. А вот их с погибшей совместное фото. Они тут на нём ещё помоложе и посвежей. Но подпись гласит: «Мы с Вассой наконец‐то помирились». – Значит, они ссорились! – воскликнула Светлана. – И в ссоре они
случалось в их семейной жизни. И было бы очень обидно схлопотать
что муж убит. Внимание полиции тут же переключилось
Виртуальная сыщица
Настя отодвинула от себя ноутбук и задумчиво уставилась на его погасший экран. Он ничем не мог помочь сейчас, но девушке было необходимо сосредоточиться и понять, как действовать дальше. Итак, приглашение было ею получено. За
Сотрудники переглянулись. Им всем в голову пришла одна и та же мысль. Если один ключ все это время валялся у вахтера, а второй был у Борисова, то каким же ключом минувшей ночью воспользовался убийца, покидая офис? Выходя из здания, Кира улучила минутку и обговорила с Борисовым свой и Лесин аванс. Так как сегодня она была не просто хранительницей его тайны, но и его спасительницей, он даже спорить не стал. И щедрой рукой выдал девушкам по двести долларов из своих запасов. – Может быть, подвезти
Тысяча и одна дочь
дороже выйдет. Сашенька кивнула. Ей тоже казалось, что в этой истории с якобы похищенным «Аурусом» очень много непонятного. Слишком приметная машина, чтобы кто-то посторонний решился присвоить
Теща-привидение
отчима. – Отчима? – У нашего отца было двое детей – я и Натали. В разное
молодые лица, Мариша быстро нашла саму Наташу. А через несколько секунд и еще одно знакомое лицо. Увидев его, она воскликнула: – Список! Список учеников ее класса! Быстро! Где он? – Тут дальше идут индивидуальные фотографии, – даже растерялся Ар
Царевна золотой горы
клубу придется свернуть свою деятельность
навстречу. Оба были возмущены задержанием Риты, называли его произволом