Damaru

чей-то шарф со смешным вышитым зайчиком и прикрыла капюшоном пальто

всякий случай я беру книгу за прошлый год – вдруг обнаружу похожую. За этим занятием меня застают Далайн с Кэлэйном. – Гроулли – вторая женщина в моей жизни, которая обходится самым необходимым, – Дал перегибается через моё плечо, заглядывает в реестр. – Теперь я не буду дразнить тебя наполовину пустой гардеробной

улыбается. «Жизнь – это великий дар, – пронеслись в голове слова Айшет. – Каждый человек для чего-то создан и кому-то нужен».

происходила хотя бы половина того, что описано в книгах, возможно, я переменила бы отношение к замужеству

Обидно не тогда, когда твоя мечта не сбывается, а когда она сбывается так, что хочется плакать.

– Допустим, он всё же не настолько бесчеловечен. Стихийников он убивает с какой-то целью, посторонних щадит. – Месть? – выдаю я самый

Дома ей скучно, – замечает самая старшая из нас, Ольми́на Пирэ́з. – Слуги у неё ко всему привычные, родни нет, молодой муженёк пятки лижет. Только мы и остаёмся душу отводить. Жаловаться бесполезно, сопротивляться бессмысленно, огрызаться глупо. Уволит в два счёта без выходного пособия, а где мы в Дэйноре такую работу найдём – чтобы на полдня и за хорошую зарплату.

Правильно говорят, что рыжим везёт.

– Пушок, – глажу мягкую снежно-белую шёрстку, – ты же меня любишь? Недовольное подёргивание хвостом. «Чего привязалась? Не видишь – я сплю. Не тревожь меня, недостойный человек!»

я не верю в целомудренные и возвышенные отношения между мужчиной и женщиной. Пресловутая «дружба» между ними – это по каким-то причинам отвергнутая любовь. Этакий бальзам для самолюбия.