Анна Батлук

Да, это может быть пугающе, заключить свою жизнь в руки кого-то другого. Но именно эта зависимость позволяет нам расти и преуспевать, находить вместе новые горизонты и преодолевать все трудности, которые препятствуют нашему развитию. Взять на себя ответственность за кого-то другого – это проявление большой силы и любви.

какое-то время, пока премьер-министр не признал, что достаточно, и разрешил снять повязку. Я тут же принялась осматриваться и обнаружила, что в мое тело прилетали маленькие железные шарики. Ими был усыпан пол кабинета лорда Михрского. – Я думала, ты бросался чем-то магическим, – удивилась я. – Ооох, Оливия, не разочаровывай меня. В контексте того, что я предупреждал об отсутствии способностей к дешевым фокусам,

поставил на ноги. Комната была очень похожа на чулан, посреди которого кто-то забыл добротный, черного дерева

– Как тебя зовут? Это был неожиданный вопрос и, наверное, даже неприятный для меня, потому что у Жнецов нет имен. Жнец, просто Жнец – мы созданы Судьей, чтобы забирать души. Мы – инструмент всеобщего равновесия, а для чего инструменту имя?

Он молчал и я вконец озверела. – Да что же это! – замолотила кулаками

настроении, когда даже перспектива быть убитой вампиром не пугала, так что прихода Кристиана ждала во всеоружии. Но он не пришел. Как раз когда я была полностью к этому готова, вампир взял и проигнорировал

«Ведьмы страдают от долгого пребывания в городской среде, потому живут в деревнях, а город посещают по необходимости, при этом используя определенные зелья».

наследник рода УолтВисби, а наследовать-то ему будет и нечего. Ночью истекал последний срок гашения закладной на имение и, судя по тому, что даже с целителем планировали расплатиться фамильными драгоценностями, все имущество виконта наутро должны были продать с молотка. Пьяный виконт, смотрел на портрет своего отца, раздумывая, а не повеситься ли прямо перед ним, и не понял, в какой момент, в кабинете появился распорядитель дома Шнитор. Как всегда, он церемонно поклонился, и доложил о посетителе. Отец встал, помянул недобрым словом всех шляющихся по такой погоде гостей, и приказал звать. Его нещадно штормило и, чтобы придать себе подобающий вид, он был вынужден держаться за спинку кресла. Ввиду своего состояния, а также из-за того, что свечей не зажигали в целях экономии и кабинет освещал только огонь в камине, вошедшего высокого мужчину, закутанного в черный с красным подолом плащ, отец сразу и не разглядел. – Приветствую вас, – заплетающимся языком пробормотал виконт. – Милорд…Простите, не знаю вашего имени. – О, лорд УолтВисби, оставьте церемонии, уверен, меня вы помните, вам только необходимо лучше присмотреться. И в этот миг неожиданно погас камин. Виконт удивленно обернулся, не понимая, как такое вообще возможно – только что огонь пламенел ярко и ровно, а теперь

– Пришла, пришла! Охранник привел! Дощечки тут же были оставлены. Без малого двадцать девушек (Велания и ее подруга Роав девичник проигнорировали) бросились в комнату первой счастливицы. На нетерпеливый стук дверь открыла восторженная Ильфеина.

расстройство помолвки тоже стоит на месте. В общем, Тиль права – пусть бродит себе, а я пока с другими проблемами разделаюсь. – К Главе нельзя, – меланхолично сказала Адель, когда я заглянула в приемную. Секретарша читала книгу, забросив ноги на стол, и такое вольное поведение прямо подтверждало, что Кромберг отсут