Цитаты
Внезапного удара по мирно спящим базовым аэродромам со стоящими на них разоруженными самолетами у люфтваффе не получалось. Вся советская истребительная авиация
скорость даже быстрых купцов – три-четыре, максимум
Один им, один нам. Но на Черное, а тем более на Каспийское море их перебросить невозможно. Так что будем учиться высаживаться со всего, что плавает: с торговых пароходов и барж, с миноносцев и миноносок, с катеров и шлюпок, на любой пригодный для этого участок побережья, чтобы возможный враг даже не предполагал, где нас ждать. Вам это понятно, господа офицеры
же экономическую и сырьевую блокаду Германской империи. Прошел только
Иным путем
населенном пункте рассматривается
лихорадочно соображая, зачем этот могущественный человек
Турецкий марш
но я не очень верю в успех. Впрочем… вода, как вы знаете, камень
Дунайские волны
Через галерею проходили хозяева этого прекрасного дворца – император Николай Павлович вел под руку супругу и мою пациентку, императрицу Александру Федоровну, а великая княгиня Елена Павловна чинно шествовала под руку с профессором Владимиром Михайловичем Слонским, ректором нашего нового университета.
задаче я узнал за пару часов до вас. Еще вопросы будут, товарищ полковник? – Да нет, Александр Павлович, – покачал головой я, а сам подумал, что гэбист, журналист и историк – любопытное сочетание. Хотя, возможно, для такого дела нуженпроцентов авиации, сто процентов танков и самоходных орудий. Основной удар наносился в полосе от побережья Балтийского моря до Львовского выступа. Отдельно от основных сил действовали лишь альпийские егеря генерала Эдуарда
Молвит, умирая: или – или; Долг – стоять, но право – отойти. Егерей эсэсовцы сменили, А у нас резерва нет почти. Слева полк эсэсовский, а справа… Не договорил… Навечно смолк… Есть у человека долг и право… Долг и право… долг и право… Долг… Навсегда из этого доклада Понял я: покуда жизнь жива, Исполнять обязанности надо, А не просто предъявлять права 31

