Цитаты из аудиокниги «Мизери», страница 4

Пол разговаривал со многими жертвами аварий. И все время он слышал одно и то же. Все преподносилось по-разному, но смысл всегда оставался следующим: Я помню, как садился в машину. Помню, как пришел в себя здесь. Больше ничего не помню.Почему с ним не могло быть также?

Потому что писатели помнят все. Пол. Особенно боль. Раздень писателя догола, укажи на шрамы и он расскажет тебе историю каждого из них, даже самого маленького. От больших шрамов можно получить роман, а не амнезию. Для того, чтобы стать писателем, достаточно малого таланта, но единственным требованием при этом является способность помнить историю каждого шрама.

Искусство состоит из стойкости памяти.

He was Paul Sheldon, who wrote novels of two kinds, good ones and best-sellers.

Даже Галилей отрекся, когда увидел, что враг настроен серьезно.

Когда живешь в комнате смеха, можно и привыкнуть к неожиданным эффектам.

Хотя срок есть всегда, спустя какое-то время автор теряет контроль над книгой, почти все писатели это знают. Если книга достаточно долго остается в заблокированном состоянии, она начинает умирать, отходить; становятся видны маленькие натяжки и литературные приемы.

— Вы дьяволица, — сказал он.

— Ну да! Да! Так думает любой ребенок, когда мама входит на кухню и видит, что он играет флаконом с раствором для мытья раковины. Он, конечно, не говорит так, потому что у него нет вашего образования. Он просто говорит: «Мама, ты плохая!»

Темнота. За ней — боль и туман. А потом — осознание того, что боль хотя и не прекращается, зато время от времени как будто нехотя идет на перемирие и прячется, и тогда наступает облегчение.

Как идол она внушала только одно: смущение, постепенно переходящее в ужас. При виде идола все прочие чувства пропадают.

Мизери — имя существительное, оно означает страдание, как правило, долгое и часто бессмысленное. Мизери — это также имя собственное, это персонаж и сюжет, также явно чересчур длинный и бессмысленный, однако и он подходит к концу. Через последние четыре месяца (может быть, пять) его жизни Мизери — страдание проходит красной нитью, очень много Мизери и много страданий, но это, конечно же, чересчур просто, конечно же…

Как можно назвать этот вид спорта, когда человек стремится добыть лекарство прежде, чем боль убьет его? «Гонка за допингом»?