Цитаты из аудиокниги «Детство», страница 10

- Все-таки теперь уж не бьют так, как бивали! Ну, в зубы ударит, в ухо, за косы минуту потреплет, а ведь раньше-то часами истязали! Меня дедушка однова бил на первый день Пасхи от обедни до вечера. Побьёт - устанет, а отдохнув - опять. И вожжами и всяко.

- За что?

- Не помню уж. А вдругорядь он меня избил до полусмерти да пятеро суток есть не давал,- еле выжила тогда. А то еще...

Это удивляло меня до онемения: бабушка была вдвое крупнее деда, и не верилось, что он может одолеть её.

- Разве он сильнее тебя?

- Не сильнее, а старше! Кроме того - муж! 3а меня с него Бог спросит, а мне заказано терпеть...

Всякое знание - все-таки мёд

ее серые глаза опухли и словно тают, стекая крупными каплями слез

Вечер был тихий, кроткий, один из тех грустных вечеров бабьего лета, когда всё вокруг так цветисто и так заметно линяет, беднеет с каждым часом, а земля уже истощила все свои сытные, летние запахи, пахнет только холодной сыростью, воздух же странно прозрачен, и в красноватом небе суетно мелькают галки, возбуждая невеселые мысли. Всё немотно и тихо; каждый звук – шорох птицы, шелест упавшего листа – кажется громким, заставляет опасливо вздрогнуть, но, вздрогнув, снова замираешь в тишине – она обняла всю землю и наполняет грудь.

вышло, а дома посмеялись, похвалили за удачу, он и взял

то всех», а ты и не сказал «довлеет». – На-ко вот! – восклицает он, виновато мигая глазами. Потом он чем-нибудь горько отплатит мне за это указание, но пока, видя его смущенным, я торжествую. Однажды бабушка шутливо сказала: – А скушно, поди-ка, Богу-то слушать моленье твое, отец, – всегда ты твердишь одно да всё то же. – Чего-о это? – зловеще протянул он. – Чего ты мычишь?

это ее бескорыстная любовь к миру обогатила меня, насытив крепкой силой для трудной жизни.

Невидимо течет по улице сонная усталость и жмет, давит сердце, глаза

Ой, Ленька, голуба́ душа, хорошо всё у бога и на небе и на земле, так хорошо… – А у нас хорошо разве? Осенив себя крестом, бабушка ответила: – Слава пресвятой богородице, – всё хорошо! Это меня смущало: трудно было признать, что в доме всё хорошо; мне казалось, в нем живется хуже и хуже.

спросил: – Хитер ты али простодушен, а? – Не знаю… – Не знаешь? Ну, так я тебе скажу: будь хитер, это лучше, а простодушность – та же глупость, понял? Баран простодушен. Запомни!