Ночь набрасывала на корыстолюбивый и суетливый мегаполис пелену умиротворения и тишины. Под ее покровом всё в мире казалось прекрасным в свете луны и звезд. Ночь была исцелением для его болящей души.

– Полагаю, по той же причине вас нет ни в одной социальной сети? – Я не понимаю, к чему они мне. Я не хочу выставлять свои мысли или свою жизнь на всеобщее обозрение. Я недоумеваю, почему многие так в этом нуждаются. Я не желаю, чтобы кто-то лез ко мне в голову. Я не нуждаюсь ни в одобрении, ни в критике, ни в признании моего мировоззрения со стороны. Я не хочу, чтобы кто-то препарировал мой внутренний мир.

– Вечное Бытие, – повторил Элиот, – звучит жутко, не находите? На кой черт людям вечность, когда мы не знаем, как убить время в свободный день?

Что если мы в самом деле, умирая, перерождаемся? Но не в другую личность, не в собаку, и не в травинку, а в себя самого. Проживаем одну и ту же жизнь снова и снова, таким образом, являясь не только пленниками сансары, но и одного тела и одного бытия.

– Мы не можем строить какие-либо постулаты, не видя картины целиком, со всех возможных точек зрения. На мой взгляд, лучшее средство постижения Бога – изучение атеистических трудов.