Цитаты из аудиокниги «Шантарам (часть 4-я)», страница 30

Оставив в стороне биологию, можно сказать, что главное в сексе — борьба за власть. Потому-то он всех и лихорадит.

Привычка к писательству, можно сказать, спасла меня, приучив к самодисциплине и к регулярному выражению словами всего, пережитого за день. Это помогало мне справиться со стыдом и его неразлучным спутником, отчаянием.

Normally, I do not interest myself in the pigsty of politics, or in the slaughterhouse of big business, for that matter. The only force more ruthless and cynical than the business of big politics is the politics of big business. But this is big politics and big business together, in the destruction of the opium smoking, and I am incensed!

A man's relationship to his greed is a deeply personal thing, don't you think?

All cities are the same. It's not just here. It's the same in New York, or Rio, or Paris. They're all dirty and they're all crazy. A city thing, you know what I'm sayin'? You get to the rest of India, and you'll love it. This is a great country, but the cities are truly fucked, I gotta say.

Подлинные лицемеры — это те, то критикует индийские порядки, приехав из благополучной страны, где нет необходимости драться за места в вагоне

Ревность, как и давшая трещину любовь, порождающая её, не желает брать в расчёт ни времени, ни пространства, ни мудрых, взвешенных аргументов.

Наше страдание-наша религия.

Многие животные умеют радоваться, но только человек наделен способностью выражать великолепную грусть. Грусть для меня — это нечто особенное, моя ежедневная медитация, единственное искусство, каким я владею.

Существует теория, что храп во сне является подсознательным защитным рефлексом – предупреждающим звуком, отпугивавшим от входа в пещеру хищников, когда наши предки в эпоху раннего палеолита укладывались на ночлег.