чуть-чуть из казенной, узаконенной для него обычаем колеи – и он сейчас же не знает, что делать. В колее все ясно: доход, чин, положение в свете, экипаж, визиты, служба, жена – а чуть что и – что я такое? Лист, гонимый ветром. Я не знаю, что делать! Эти два месяца

И прологом к событиям недавней войны (которая в начале была пропитана его идеями, как в конце идеями Толстого) звучит его речь, когда он говорит: «Мы первые объявим миру, что не чрез подавление

Ваша мысль, хотя бы и дурная, пока при вас,  – всегда глубже, а на словах – смешнее и бесчестнее

Как это так выходит, что у человека умного высказанное им гораздо глупее того, что в нем остается?

один читатель, то наверно бы расхохотался надо мной, как над смешнейшим подростком, который,

бытия. Оба они знают творческий смысл контраста, знают о вечном споре мрака и света, знают, что нет красоты более глубокой, чем святая красота души, преодолевшая скудость бытия. Как Достоевский создает святых из русских крестьян, игроков

или нет, и об женщинах. Князь был очень религиозен и чувствителен

Науку изучил я Страданий и услад И в сладости страданья Открыл блаженства яд. Готфрид Келлер 4

Есть случаи, в которых победитель не может не стыдиться своего побежденного, и именно за то, что одержал над ним верх.

И только обманули меня тогда и еще пуще замутили чистый источник в душе моей! Да, я – жалкий подросток и сам не знаю поминутно, что зло, что добро. Покажи вы мне тогда хоть капельку дороги, и я бы догадался и тотчас вскочил на правый путь. Но вы только меня