Андрей Лазарчук

На мой взгляд, весьма замечательный автор.

Хорошо помню, какое впечатление произвели на меня в начале девяностых его «Мост Ватерлоо» и «Атракцион Лавьери». Лучшим тому свидетельством может быть сама книга – не раз перечитанная, затёртая и потрёпанная, со страницами, полными карандашных отметок… И с фразами, строками, врезавшимися в память…

Такие книги, требуя от читателя известного усилия в раскрытии знакового кода текста, читаются не для развлечения, но, осмысленные и постигнутые, дают ему нечто большее, чем простое удовольствие от прикосновения к художественному произведению…

Не всё, что было создано писателем впоследствии, вызывало во мне столь же однозначное восхищение… Но, не смотря на это, убеждён, что Лазарчук – с его живым, точным в деталях и эмоционально сильным языком – писатель глубокий и смело мыслящий, останется для меня одним из самых ярких явлений отечественной литературы рубежа веков, и книги его – порой не бесспорные – несомненно заслуживают самого пристального внимания со стороны серьёзных и вдумчивых читателей.

Для меня лично Андрей Лазарчук – это автор (или со-автор, не стоит придираться) серии «Посмотри в глаза чудовищ». Считаю данную серию его главным и самым большим достижением.

Быть может это все из-за того, что первыми произведениями Лазарчука были именно «Посмотри в глаза чудовищ» и «Гиперборейская чума», а все остальные невольно с ними сравнивались.

Вот именно о «всех остальных» и хочу написать. «Чудовища» и «Чума» настолько высоко подняли качественную планку у данного автора, что все прочие произведения просто не воспринимались. Ищешь в них шедевр, глубокий смысл, изюминку, множественное толкование, скрытую иронию – и не находишь. Сложно конкурировать самому себе, своему самому лучшему произведению. Да и стоит ли?

Это очень странно, но в списке отсутствует на мой взгляд лучшая книга Лазарчука Транквилиум. По-моему он один из лучших современных авторов , в одном ряду с супругами Дяченко и Столяровым.

Лазарчук – это «Иное небо». Всё остальное – невразумительный хлам. К тому же ещё и сервильный к власти, противно. Слишком повёрнут на собственной русскости. В одной лодке с Лукъяненко и Прилепиным.