Шёпот из колодца

Ее шепот не был похож на человеческий голос. Сначала – тонкая струйка звука, как сухая трава, тронутая ветром. Затем – чуть слышное царапанье, как ногтем по стеклу. Тихие слова, со смыслом и без, проникали прямо под кожу, минуя разум. Казалось, что ее шепот прополз внутрь меня и поселился в самых костях.

Из мрака выползали белые руки. Тонкие, обглоданные, с длинными ногтями, как у покойников. Они хватали невидимую веревку, лезли вверх по сгнившему колодцу. Лиц у них не было, только дыры глазниц, и из них тянулся влажный пар.

Сначала все было как обычно: глухой плеск воды, натянувшаяся веревка. Но когда ведро заскользило обратно вверх, я заметил, что с каждым оборотом тянуть его становится тяжелее, словно внизу его кто-то держит. С каждым движением ведра шлепки по воде усиливались, будто там ворочалось что-то живое. И вот, когда ведро показалось над трухлявым срубом колодца, я схватился за крепкий столб, наклонился и заглянул внутрь. Из воды на меня смотрело лицо.

Возможно, если бы я научился с малых лет прислушиваться к себе и своим ощущениям, сейчас сидел бы в теплом кабинете и потягивал кофеек. Но любопытство мое, преданность науке и отсутствие чутья привели меня туда, откуда живыми не возвращаются. И ладно бы я умер, еще полбеды. Но, оказалось, что смерть – это не самое страшное, что могло случиться со мной в этой деревне.