Читать книгу: «Перед рассветом»

© Роман Тарасов, 2019

ISBN 978-5-4490-9086-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Ей снова было страшно. Страх окутывал ее всю, с макушки головы и до кончиков пальцев. Ее бил легкий озноб, словно в лихорадке и к горлу подступила тошнота. «боже, не дай мне его потерять», – думала Анита, – не дай мне потерять моего ребеночка. Только он сможет положить конец такому поведению Авинаша». Только на самом деле она сомневалась сама. Лежа ночью в кровати без сна она раз за разом прокручивала в голове то, как расскажет наконец своему парню о радостном известии, но мысли так и оставались мыслями вот уже на протяжении 4 месяцев. Наконец наступила долгожданная тишина, после его криков и ругани наконец была тишина, лишь в отдалении слышался едва уловимый всплеск воды. Сейчас он примет утренний душ и отправится на работу. Как обычно. Все – как обычно. Да ей и самой вскоре уже надо было собираться, сегодня ее смена, хотя, видит бог, в последние дни, месяцы? ее дежурства стали значительно чаще.

Никто и не догадывался, что Анита носит ребенка. Природа наделила ее хорошо сбитой, ладной фигуркой и едва заметно увеличенный животик никому не бросался в глаза, тем более, что девушка предпочитала носить свободного покроя камизы с чаддаром. Да и здоровье у нее было отменное, так что никаких проблем с беременностью не возникало.

– Ну и что ты расселась? – Авинаш, стремительно войдя в комнату, схватил висевшее на стуле полотенце и стал вытирать лицо. – Ты сегодня на работу не торопишься? – с этими словами он бросил на пол полотенце и вышел.

Медленно встав из-за угла, где она сидела, поджав под себя ноги, Анита наклонилась и подняла полотенце, повесив его обратно на стул. Что же случилось с Авинашем? Почему он стал так холодно с ней обращаться? Что произошло за последнее время? Да и как давно уже такое происходит? Все это девушка обдумывала, сидя перед туалетным столиком и протирая лицо тоником, дабы скрыть покрасневшие глаза. Спустя некоторое время она оделась и вышла из дома. Машину Анита решила не брать, не то было состояние, чтобы вести ее сейчас, мысли об Авинаше как назойливая муха вертелись у нее в голове. Бредя к автобусной остановке, Анита пыталась воссоздать тот первый звоночек, на который стоило обратить внимание, дабы не доводить до того состояния, в котором она пребывала сейчас. Но поначалу ничего не получалось. Как могло случиться так, что любящий, боготворящий ее парень вдруг превратился в подобие ада. Что она сделала не так?

Тот день был, наверное, самым худшим в ее жизни. Будучи обычной деревенской девчонкой, Анита еще с детства мечтала быть врачом. Несмотря на нежелание матери, чтобы дочь спокойно вышла замуж и не думала о карьере, девушка не оставляла своей мечты. Ее троим братьям было по большей части не до сестры, они занимались своей личной жизнью, и относились к желанию Аниты с прохладцей, в душе все равно не веря, что она чего-нибудь добьется. Много ли желаний и фантазий у девушек, все это розовые мечты. Так что ее матери не оставалось ничего иного, как смириться с идеей дочери и позволить всему идти своим чередом. Накопив достаточно на обучение в медицинском колледже Анита и вовсе переехала в город, в то же время не забывала про мать и братьев и постоянно посылала им какую-либо весточку или немного денег.

Учеба давалась ей легко и, когда пришло время выбирать специализацию, никто не сомневался, что Анита выберет роль хирурга. И, хотя в своей группе она оказалась единственной девушкой, ее это нисколько не смущало. Она уверенно шла к своей цели, чувствуя в этой профессии свое призвание. С отличием окончив университет, Анита уже заранее знала, куда хочет пойти работать – в клинику на семи холмах – одна из самых фешенебельных и огромных больниц Мумбаи, тем более, что уже проходила там практику, зарекомендовав себя перспективным специалистом.

Благополучно сдав экзамены и получив заветный диплом, Анита на следующий же день поспешила в клинику, чтобы поскорее подать документы на работу. Как долго мечтала она об этом дне! Сколько лет шла к этому! Но кто мог подумать, что буквально спустя пять минут она выйдет из кабинета главврача с ошеломленным видом, так крепко сжимая папку с резюме и работами, что побелеют даже костяшки пальцев. Ответ врача поразил ее. Оказывается, еще неделю назад они взяли на ее место однокурсника, парня из очень богатой семьи весьма преуспевающего адвоката. То, что для Аниты являлось мечтой, для сокурсника было лишь очередной ступенью к шагу вверх по карьерной лестнице.

– Приходите через год, – сказал мистер Шехназ, задумчиво вертя ручку в руках. – Я думаю, тогда найдется место для вас.

– Но, может быть, вы сможете дать мне хотя бы рекомендацию, чтобы я не теряла стаж за этот год? – спросила Анита, стараясь не терять остатки самообладания. Множество мыслей роились в голове. Куда она пойдет? В какую больницу, достойную этой, чтобы не терять навыков и опыта?

– Рекомендацию, – взгляд мистера Шехназа, наконец, остановился на девушке. – Может быть, может быть… Послушайте, если вы составите мне компанию сегодня вечером, мы могли бы поужинать, а после поговорить на эту тему… Вы… весьма привлекательная девушка…

Но Анита больше не слушала его, она пулей выскочила из кабинета и на несколько секунд прижалась к закрытой двери, пытаясь осмыслить только что услышанное.

Медленно спускаясь по лестнице, Анита никак не могла собрать свои мысли. Ощущение было такое, словно о нее вытерли ноги и даже не извинились. Хотелось все рвать и метать на своем пути.

Что теперь делать? Куда идти? Снова стучаться в двери и доказывать свою профпригодность, начинать все с нуля? Снова привыкать к новым стенам больницы, персоналу, обычаям и устоям в новом месте? Или махнуть пока на все рукой и взять отдых? Позволить себе пойти в парк, не думая о предстоящих заботах, посетить кафе и насладиться чашечкой горячего кофе. Дать себе хотя бы неделю отдыха, а уж потом думать о работе, вернее, о ее поисках. Анита пока смутно представляла себе эти поиски. Ведь на протяжении последних трех лет она периодически работала в этой клинике и уже не мыслила себя в другом месте. Она знает каждый уголок этой огромной больницы, почти всех врачей, и ведь не было ни одной ошибки, которую могла бы она совершить! И вот результат.

«Мне надо успокоиться, – твердила про себя Анита, приближаясь к выходу. Холлы в здании были огромные, с первого взгляда, попав в эту больницу, можно было подумать, что это здание аэропорта, настолько все было вычищено, сверкало, высокие потолки уходили ввысь, а современная отделка помещений и вовсе не вызывала ощущений, что пациент попадал в клинику. Дополняли впечатление и удобные кресла и диваны, небольшие столики вокруг огромного фонтана, длинная стойка для регистрации и охрана, стоящая возле каждого входа.

«Пожалуй, я действительно возьму несколько дней отдыха, – думала девушка, – к тому же проведаю маму и братьев, а то с последними заботами и суетой прошло уже две недели, как я не справлялась о них».

Анита приобрела для мамы мобильный телефон, но все равно для той было роскошью звонить дочери, поэтому девушка все время звонила сама.

Выйдя из здания клиники, Анита достала телефон и встала под навес. Дождь лил, не переставая вот уже который день. Сезон дождей на самом деле подходил к концу и Анита, как и многие другие, соскучилась по ясному солнышку. Здесь, у клиники, окружающая обстановка была гораздо лучше, чем в том районе, в котором проживала Анита. Дожди вытащили на поверхность всю грязь и вонь, которая только возможна и девушка уже давно мечтала съехать оттуда, вот только мистер Шехназ поставил жирное многоточие в ее планах.

На звонок никто не отвечал, и девушка решила, что все-таки надо съездить и проведать родных. Поймав такси, она проехала по магазинам, купила продуктов и несколько хозяйственных вещей, приготовила ужин и, собрав сумку, легла спать.

Наутро ее разбудил теплый, скользящий по щеке луч солнца, пробивавшийся сквозь занавеску.

«Ура, – подумала девушка, – наконец-то солнышко! Значит, с сегодняшнего дня у меня все будет хорошо».

Быстренько позавтракав, Анита доехала до вокзала. Несмотря на то, что было еще достаточно рано, солнце уже жарило вовсю. Создавалось впечатление, что оно решило высушить все лужи за один-единственный день и согреть всех изголодавшихся по нему. На вокзале как всегда была суета, люди сновали туда-сюда с чемоданами и баулами. Но, несмотря на толчею, Аните удалось быстро купить билет и сесть на поезд. Дорога предстояла долгая, ее деревня находилась в такой глуши, что даже прибыв на конечную станцию, нужно было садиться на автобус и потом уже ловить либо моторикшу, либо такси. Да и это являлось проблемой. Мало кто из таксистов хотел ехать в деревню, куда вели сплошные крутые спуски и подъемы. Но Анита твердо верила, что ей удастся убедить кого-нибудь подвезти ее.

В поезде царил смрад, полумрак и непрекращающаяся толкотня. Найдя наиболее чистый уголок, Анита вставила наушники, закрыла глаза и приготовилась провести как минимум четыре часа, слушая умиротворяющую музыку. Как обычно, поезд прибыл с опозданием, и Анита сошла на платформу уже далеко за полдень. Часы показывали около 4 дня, а ведь надо было ехать еще на автобусе часа два и потом как-то думать добираться. Перекусив в близлежащей лавчонке и захватив бутылку прохладного щербета, девушка поспешила к автобусу. Народу здесь, как ни странно, было мало и даже остались свободные места. На этот раз она решила не слушать музыку, а стала смотреть в окно.

Автобус ехал так медленно, что Анита уснула и проснулась только от сильного толчка. Автобус остановился и, оглядевшись, девушка увидела, что прибыла на место. Только что здесь произошло? Исчезли все магазины, лавки, что рядами стояли возле остановки, вместо дороги везде царила грязь и чуть ли не топь. Пассажиры, доехавшие до своего пункта назначения, побыстрее стремились покинуть салон и спешили навстречу своим провожающим. Анита пожалела, что не надела более спортивную обувь, а лишь сандалии, ведь глядя в окно из комнаты казалось, что на улице сухо и тепло. Спрыгнув с подножки на землю, девушка огляделась. Обычно стоявшие здесь рикши и таксисты исчезли, редко кто из прохожих пробегал, стараясь перепрыгивать через грязные ямы. «Скоро начнет темнеть, – подумала Анита, – а я до сих пор не добралась до дома». Но где-то здесь должен быть небольшой магазинчик, не могли же его тоже снести. Приглядевшись, в обломках чего-то она уловила свет и пошла на него. Это и оказался тот самый магазинчик, только создавалось впечатление, будто он пережил землетрясение. Растворив скрипучую дверь, Анита вошла внутрь. У прилавка как всегда стоял Никхил, только выглядел он очень уж уставшим, да и небритая щетина дополняла его вид.

– Добрый вечер, мистер Никхил, – поприветствовала его Анита.

Вздрогнув, мужчина поднял на нее глаза.

– А, это ты, Анита, что привело тебя сюда? Что-то ты припоздала…

– А что случилось? Что значит, припоздала? Почему никого нет, да и автобусы ходят редко. Где все рикши, мне надо как-то добраться до дома…

– А ты ничего не знаешь, что ли? – удивленно вскинул брови Никхил. И, видя, что девушка и вправду не понимает, о чем речь, добавил. – Так наводнение было тут. Наприезжали всякие спасатели, только вот толку-то.

– Как? Наводнение? – по спине Аниты побежали мурашки.

– Как-как, обычно. Река в этом году вышла из берегов… Я думал, тебе сообщили, – задумчиво ответил он, почесывая голову.

– Мне никто ничего не сообщал, – изумленно ответила Анита, – а что должны были сообщить?

Никхил несколько секунд пристально смотрел на девушку, не в силах поверить, что она не притворяется.

– Так затопило ж почти все деревни в округе, а в твою… твоя…

– Что? – холодея от ужаса замерла Анита.

– Там практически никого не осталось в живых. Всё затопило и даже почти никого не нашли, а тем, кого нашли, уже не поможешь.

Никхил едва успел выскочить из-под прилавка, чтобы подхватить девушку под руки.

– Никхил, мне очень нужно поехать туда, – со слезами на глазах проговорила Анита. В лице ее не было ни кровинки, ноги стали словно ватными и подгибались.

– Но как же! Нет! Тебе туда нельзя ехать, дочка. Да и не поедет туда никто, там просто невозможно проехать, сплошная вода, все размыто… Как же ты не слышала ничего? Ведь наверняка передавали в новостях!

– Как мне быть, что делать? – Анита в отчаянии привалилась к стене. Из ее глаз уже потоком текли слезы. – Почему я ничего не знала?

Но девушка знала ответ на этот вопрос, в последнее время все ее внимание отвлекала учеба и подготовка к экзаменам, а ближайший телевизор или радио, по которому можно было услышать новости, находился в доме хозяина напротив, у которого она снимала квартиру.

– Я должна туда как-то добраться, – словно во сне повторяла Анита.

– Тебе лучше вернуться назад, дочка, – сказал Никхил. – Уверяю тебя, в деревне никого нет, да и… самой деревни, можно сказать, уже нет. Давай, я сделаю тебе чай, сейчас только дали электричество, и я могу заварить тебе горяченького чая.

Но Анита не слушала его, сев на пол, она обхватила руки коленями и рыдала. Но Никхил все-таки сделал ей чай и, заботливо пересадив девушку на пластмассовый стул рядом с небольшим столиком, поставил перед ней чашку.

Неожиданно зашли два посетителя и, отвлекшись на них, он так и не заметил, когда ушла Анита и в какую сторону. Осталась лишь короткая записка «спасибо», сумка, да несколько рупий под блюдцем.

Авинаш долго собирался в этот день. Он все никак не мог решить, какой же костюм ему одеть, чтобы произвести нужное впечатление. Вся редакция журнала надеялась на него, как на последнюю надежду. Тысячи желающих поклонников уже давно мечтали увидеть интервью с новой восходящей звездой индийского кино и только он, Авинаш Саксена, уговорил ее на непродолжительную беседу. Главное – начать, а уж в разговор то ее он быстро втянет и не отпустит, пока не будут выяснены все подробности ее личности. Авинаш умел расшевелить самых неразговорчивых и не желающих вступать в контакт представителей кино, политики, шоу-бизнеса, за что, собственно, и ценился. Путем таки невероятных ухищрений ему удалось уговорить встретиться с этой звездой, а теперь он был в растерянности от самой банальной вещи: что надеть. Наконец остановив свой выбор на сером, даже скорее стального цвета костюме, Авинаш остался доволен своим видом в зеркале. Теперь оставалось за малым, выехать из этой глуши. «И какого черта я решил купить этот дом? – думал он, хотя знал ответ. Цена явилась основным фактором. Какой-то миллионер когда-то решил построить дом в самом дальнем конце от цивилизации, а потом, практически не жив там, решил с такой же легкостью продать. Авинаш купился на относительно низкую цену, возможность побыть от города подальше, но уже пожалел о содеянном. Да, дом был шикарен, 2-этажный особняк, никого вокруг, только девственная природа и река рядом. Только эта речка решила превратиться в последнее время, наверное, в океан, поэтому Авинаш и приехал, чтобы убедиться, стоит ли дом на месте или его смыло также как все соседние деревни. Единственным плюсом здесь было то, что дом находился на возвышенности, а те деревни, что пострадали, в низине. Так что до сюда разлив реки не дошел, о чем можно было только порадоваться.

Сев в машину, Авинаш завел мотор и выехал на встречу, не забыв захватить с собой диктофон, фотоаппарат и на всякий случай толстый, почти весь исписанный органайзер.

Анита неторопливо шла по дороге. Куда теперь было спешить? Ни одной машины или рикши не ехали ни ей навстречу, ни обгоняли ее, и она уверенно шла посередине дороги. Сумку с провизией она специально оставила у Никхила, теперь она ей точно не понадобится. Некого будет баловать сладостями.

Никто не задавал Аните никаких вопросов и, хотя все, кто жили в так называемом лагере, были ей незнакомы, здесь девушка ощущала себя в безопасности. Кто-то заботливо положил плед рядом с ней и, поужинав, она почувствовала, что устала. Устала от дороги, длительной ходьбы, непрекращающихся внутренних переживаний. Где-то глубоко внутри себя Анита удивлялась, что слезы, так внезапно начавшиеся в магазинчике Никхила, довольно быстро высохли, когда она шла по дороге и больше не появлялись. В глубине души Анита безумно переживала, но не могла понять, почему при виде чужого горя и рассказов на ее глаза наворачивались слезы, а при воспоминании о своих родных не вытекло больше ни слезинки. «Неужели я стала настолько черствой?» – думала Анита, поплотнее закутываясь в плед. Но все же она знала, что это не так, просто сама мысль, что ни мамы, ни братьев больше нет, абсолютно не укладывалась у нее в голове. В душе, идя по дороге, она втайне надеялась, что хоть кого-то из ее родных удалось спасти, но, сидя у костра и ужиная, слушая рассказы выживших очевидцев, ее надежда таяла с каждой историей. Уж слишком быстро все произошло, люди внезапно услышали грохот, невообразимый шум, влажность, а через несколько минут на деревни обрушился поток воды, сметая все на своем пути. Прибывшим на место спасателям по большей части пришлось только эвакуировать некоторых жителей деревень, да снабдить их всем необходимым.

Незаметно для себя Анита уснула и открыла глаза оттого, что стало холодно. Оглянувшись, она увидела, что все еще спят. Солнце только-только пробивало свои лучи из-за горизонта, окрашивая небо в нежно-розовый оттенок. Недалеко по-прежнему бушевала река. Выпив несколько глотков воды из бутылки, стоявшей неподалеку, Анита решила возвращаться.

Авинаш возвращался домой крайне раздосадованный. Встреча, от которой он столько ждал и столько готовился, не состоялась по самой банальной причине – звезда забыла про него и умчалась на съемки куда-то в горы Кашмира. Он успел в самую последнюю минуту застать ее у дверей особняка, откуда она выходила в общем строю с телохранителями, и оставалось только помахать ей ручкой, желая удачной дороги. В какую-то секунду Авинаш решил ехать за ней, но тут же счел эту идею нецелесообразной. Эта звездень еще сама прибежит к нему за интервью, когда начнется спад ее карьеры, вот тогда он и поговорит. Но все же отчаянье и злость захлестывали его, когда он сел обратно в машину и захлопнул дверцу. Что он скажет тебе главредактору? Пораздумав, Авинаш решил заехать к другому начинающему актеру, вот уж кто, наверное, совершенно не ждал его, зато тому будет приятно, а у Авинаша будет интервью. Глядишь, и он сам откроет новую звезду на индийском экране, главное, как преподнести.

Интервью удалось, парень оказался весьма словоохотливым, с интересными историями и, набрав значительную долю информации и на диктофон, и на фотоаппарат, Авинаш с легким сердцем поехал в свой любимый ресторан.

На обработку всей информации и сдачи ее на согласование редактору у него была пара-тройка дней и, прежде чем возвращаться в деревенский особнячок, он решил немного себя побаловать любимыми блюдами, а именно, цыпленок в тандуре, и, если повезет, знакомством с какой-нибудь девушкой. И то и другое состоялось и, очнувшись, словно от некоего толчка в номере отеля при ресторане, Авинаш взглянул на часы. Около 4 утра. Спать почему-то больше не хотелось, одевшись, он оставил на туалетном столике несколько долларовых бумажек и вышел в прохладное утро.

Что Авинаш любил, так это ездить по утренним или ночным дорогам. Еще практически нет машин, вездесущих прохожих, так и норовящих попасть под колеса автомобиля, тишина, прохладный ветерок, приятно овевающий лицо. И, самое главное, нет яркого палящего солнца. Несмотря на то, что Авинаш всю свою жизнь прожил в Индии, периодически выезжая за границу, еще с детства он терпеть не мог одуряющей жары, особенно которая наступала после сезона дождей. Его родители мало чем отличались от сына, или он от них, как посмотреть. В их доме во всех комнатах было установлено по несколько кондиционеров и, может быть и из-за этого, а не только из-за того, что отца пригласили на работу в Европу, его предки предпочли уехать из Индии навсегда. Оставив сыну неплохое наследство в виде дома с тремя слугами. Авинаш жил в этом доме до тех пор, пока не приобрел свой, но все равно постоянно заезжал туда, когда не хотелось после работы ехать за тридевять земель, зная, что завтра все равно нужно быть в городе.

Выехав за город и преодолев небольшую лесополосу, Авинаш выехал на прямую, но грунтовую дорогу, где пришлось немного сбросить скорость, чтобы не сильно трясло. Но все равно при его скорости машина создавала значительную стену из пыли и песка позади себя.

«Осталось еще немного», – думал Авинаш, с нетерпением желая попасть, наконец, домой. Но что это? Проезжая мост, он заметил, как мелькнуло что-то голубое. Резко ударив по тормозам, Авинаш выскочил из машины и подбежал к мосту, потом к другому его краю. Ничего не видно, только большие волны, накатываясь одна на другую, мчались вдаль. «Наверное, мне показалось», – подумал он, уже собираясь отходить, но вдруг краем глаза снова заметил, на этот раз в воде, как мелькнуло что-то голубое. Чуть наклонившись, удерживаясь за парапет, он нагнулся и всмотрелся вниз. Человек! Внизу человек! Вскрикнув, Авинаш быстро огляделся по сторонам и побежал в ту сторону, где, по его мнению, должен был быть хоть какой-то спуск. Спортсменом себя Авинаш не считал, но ловкость и выносливость были в его натуре. Перепрыгивая через валуны, остроконечные камни, заросли кустов он стремительно спускался вниз, стараясь не отрывать взгляда от голубой материи в воде. Девушка, а это была именно девушка, то всплывала, то вновь погружалась в бушующие волны, уносясь все дальше. На ходу снимая с себя рубашку Авинаш уже бежал по берегу, если таковой можно было так назвать. Когда до девушки оставалось метров 15 он нырнул в воду. От обжигающе холодной, ледяной воды у Авинаша даже перехватило дыхание, но он быстро восстановил его и погреб что было сил. К моменту, когда он уже практически нагнал девушку, она окончательно ушла под воду, но, сделав глубокий вдох, и собрав последние остатки сил, Авинаш нырнул, стараясь в мутной желтой воде разглядеть спасаемую. Через несколько секунд, нащупав край ее камиза, он резко дернул его на себя и, перехватив девушку под шею, поплыл к берегу, борясь с течением. Девушка никак не реагировала на его спасательные действия, мертвым грузом повиснув на его руках. И он пока не мог понять, то ли она просто потеряла сознание, упав, или намеренно спрыгнув с такой высоты, либо уже наглоталась воды и умерла. Все это предстояло выяснить на берегу. Вытащив и себя, и девушку на прибрежный мокрый песок, Авинаш устало лег на спину, раскинув руки и тяжело дыша. Стараясь побыстрее привести дыхание в норму, он сделал несколько глубоких вдохов-выдохов и, наконец, мог заняться девушкой. Реанимирующие действия Авинаш никогда не проходил, ни в школе, ни в университете, он мог надеяться только на свою память, как это делали спасатели из книг или фильмов. Но ничего не получалось. Вода из легких не выходила, девушка не открывала глаз и не благодарила своего спасителя, ровным счетом ничего. Наконец, устав делать дыхание рот-в-рот и массаж сердца, Авинаш улегся головой на грудь девушки и… вдруг почувствовал, что она дышит! Легко, незаметно, но дышит! Просто без сознания. Взглянув вверх, на едва видневшуюся с дороги свою машину, он глубоко вздохнул. Путь обратно тоже предстоял нелегкий. Если девушка не придет в себя, тащить ее наверх будет еще одним испытанием. Но, подняв свою ношу на руки, Авинаш удивился, насколько она оказалась практически невесомой. Возвращаясь к машине, аккуратно укладывая девушку на заднее сиденье, ему ни разу не пришло в голову, зачем он это всё сделал. Спасение утопающих, реанимационные меры, все это было не в его правилах и уж точно не в привычной жизни, а здесь, в этой ситуации, он даже не раздумывал. Теперь желание попасть поскорее домой, принять душ и выпить чего-нибудь горячего еще более усилилось, и, вжав педаль газа до упора, он погнал.

Девушка не пришла в себя и когда он уложил ее на диван в гостиной, предварительно постелив плед. Снять с нее мокрую одежду он все же не решился, но прикрыл еще одним пледом. Сам он сел в мягкое кресло неподалеку и включил телевизор. На журнальном столике перед ним стоял бокал колы с кубиками льда и бутылка откупоренного вина. Его чуть сладкий, фруктовый аромат постепенно заполнял гостиную нежными тонками вкусового букета.

Едва Анита приоткрыла глаза, как закашлялась. Сев на диване, она боролась с порывами безудержного кашля. Неожиданно к ней подскочил какой-то парень и присел на край подлокотника.

– Не бойся, – он положил руку ей на спину, поправляя плед. – Хочешь, я налью тебе вина?

– Что? – девушка чуть развернулась к нему. – О, нет, не надо. Я не хочу.

– Но все же я тебе налью. Согреешься. – С этими словами Авинаш направился к столику.

– Где я? – придя в себя Анита разглядывала просторную гостиную.

Наполнив бокал, Авинаш поставил его перед девушкой на чайный столик рядом с диваном.

– Меня зовут Авинаш, – сказал он. – Я увидел, что ты упала с моста и мне удалось вытащить тебя из воды…

– Я не упала, – тихим, но достаточно отчетливым голосом перебила его девушка. – Я сама спрыгнула вниз.

– Но почему? – воскликнул он. – Я, конечно, знаю, что произошло за последние дни, но разве это выход из ситуации?

– Послушайте, я не хочу обсуждать с вами мои проблемы, – девушка поплотнее закуталась в плед. – Если вы позволите мне еще немного обсохнуть, я оставлю вас в покое, уйду. Я не хочу причинять вам неудобств. И… спасибо за спасение.

– Ты вовсе не причиняешь мне неудобств… Прости, не знаю твоего имени, – помолчав, видя, что она не собирается говорить, он добавил. – Ты можешь жить здесь сколько захочешь, я гостеприимный хозяин, – Авинаш улыбнулся, широко разведя руки в стороны.

– Нет, это совершенно исключено. – Анита вскинула голову и пристально посмотрела на молодого человека. На краткое время их взгляд встретился и Авинаш понял, что начал влюбляться. Невозможно было не влюбиться в такое открытое, искреннее лицо. В глазах девушки хоть и стояла еще боль утраты, но все же он мог разглядеть в ней внутреннюю красоту.

– Исключено то, что я отпущу вас после всех этих событий, – парировал Авинаш. – Поговорите со мной, вам станет легче.

– С чего вы вдруг перешли на «вы»? – впервые за все время улыбнулась девушка.

В ответ на это он протянул ей бокал вина. В этот раз девушка взяла его и сделала глоток.

– Вкусно.

– Я знаю. Так как тебя зовут?

– Анита.

– Ты можешь рассказать мне, что заставило тебя совершить такой поступок, Анита? Может быть, я чем-то сумею помочь.

Девушка покачала головой.

– Чем вы сможете…

– Ты.

– Чем… ты сможешь мне помочь, Авинаш, – невесело улыбнулась она. – Моя история навряд ли отличается от других, разница только в том, что за день до того, как я сюда приехал, я потеряла дело своей жизни. Вернее, не совсем так, – снова отпив из бокала, девушка на некоторое время уставилась в пустоту. Авинаш не мешал ей, он только подвинул кресло ближе к дивану и переместился на него.

Минуту спустя, словно решившись, Анита начала свой нехитрый рассказ. Он слушал ее долго, не перебивая.

– Ты знаешь, Авинаш, когда я проснулась там, в низине, – кивнула она в сторону, – я решила было ехать обратно домой. Но дойдя до моста остановилась и решила посмотреть вниз. Мне раньше нравилось смотреть на текучую воду, но сегодня было не по себе. Перед моими глазами мысленно, хоть я этого и не желала, вставали картины гибели жителей деревни, гибели моих… родных. Знаешь, я не представляла до этого, как это – тонуть, ощущать ужас, когда тебя захлестывает вода и ты не представляешь, где небо, где земля, ощущать, как ты ничего не можешь сделать, чтобы совладать со стихией и только отдаешься на ее волю. Ужасно все это. И мне стало так нехорошо. Я представила себе, что возвращаюсь в свою маленькую квартирку в городе, в тот район, который я скоро, наверное, возненавижу и поняла, что у меня больше никого нет. Мне не к кому больше ездить в гости, дарить подарки. Я никому больше не нужна. И мне так захотелось вдруг покончить со всем этим! В общем… поэтому я и спрыгнула, – шумно вздохнув, Анита добавила. – Вот уж никогда не считала себя склонной к самоубийству, но тут вдруг так накатило.

Чуть наклонившись вперед, Авинаш взял ее за руки и крепко сжал.

– Теперь ты не одинока. Я рядом.

– Кто я для тебя, – усмехнулась девушка. – Очередная прохожая, о которой ты даже не вспомнишь, – Анита наклонилась и взяв бокал, допила остатки вина.

– Пожалуй, тебе надо немного поспать, – сказал Авинаш, вставая. – Я не буду тебе мешать, пойду в другую комнату. Если что понадобится, зови. Если тебе здесь неудобно, можешь переместиться в гостевую комнату. Она там, на втором этаже, первая слева и там же есть ванная.

– Хорошо. Спасибо, – поблагодарила девушка и прилегла обратно на диван.

Всю ночь Авинаш ворочался в кровати. Судя по звукам, Анита так и не поднималась наверх, а уснула внизу, в гостиной. Что ж, наверное, ей так было удобнее. Сон никак не шел к нему. Стоило ему закрыть глаза, как перед ним вставало ее миловидное лицо, красивые глаза, тоненькие пальчики, обхватывающие ножку бокала, мягкий голос. Да уж, жизнь несправедливо обошлась с ней, но такова жизнь, черная полоса сменяется белой и наоборот. Авинаш чувствовал, что Анита чем-то запала в его душу, тронула некие струны, о которых он и сам не подозревал и в кои-то веки ему не нашлось слов, чтобы остановить ее. Весь его словарный запас иссякал, когда он слушал или смотрел на нее. Ближе к утру его наконец сморил сон и открыл глаза он только когда лучи солнца уже вовсю заливали комнату. Быстро одевшись, Авинаш спустился в гостиную, но Аниты не увидел. Только диван был аккуратно застелен, а вымытый бокал стоял в сушилке. Что ж, очевидно, она и вправду оказалась лишь прохожей в его жизни и теперь стоило навсегда забыть о ней. Позавтракав, Авинаш постарался выбросить все лишние мысли из головы, вооружился диктофоном и своими записями и принялся за обработку интервью.

После вкусного, сытного обеда, вытерев жирные руки о полотенце, мистер Шехназ откинулся на своем кресле, мечтая лишь об одном – крепкой сигаре, что лежала в коробке в одном из ящиков его письменного стола. Но сейчас курить было нельзя, через час у пациента операция и он должен быть в идеальной форме. Да к тому же середина рабочего дня. А вот после… Он уже в красках представлял себе, как вернется с операции, как смоет с себя все запахи больницы, как позовет к себе Ниту, новенькую сестричку из реанимации, и вот тогда уже можно будет и покурить сигару и выпить коньячка и…

В этот момент, прервав его мысли, дверь стремительно, но как-то бесшумно отворилась и в кабинет вошел молодой человек. Первой раздраженной мыслью Шехназа было то, что пожаловал очередной «выкидыш», выпускник медицинского университета, как он называл их про себя. Но достаточно с него их. Порой с ними больше мороки чем пользы. Ясное дело, предыдущий паренек, его отец уж точно не поскупился, чтобы задвинуть сыночка в такую презентабельную клинику, хотя Шехназ сомневался, что тот даже знает, как делать инъекции. Ну да ничего, годик этого бестолкового подержать можно, а там, глядишь, очередной подарочек нарисуется. Но вот что-то подсказывало Шехназу, что перед ним не выпускник-медик. Стильная, дорогая одежда, которая, по меркам Шехназа, стоила даже больше его зарплаты раза в три, насмешливый взгляд (насмешливый?» с чего бы это?», – промелькнуло у него в голове, ведь он не припоминал, чтобы они были знакомы, – хотя, молодежь, что с них взять, не имеет никакого уважения к старшим.») Да и волосы уложены как-то… своеобразно. Нет! У выпускника медицинского университета никогда не будет такой прически, особенно если он стремится получить работу, а не остаться со своим дипломом на улице. Тогда кто же это? Мысли беспорядочно крутились в голове Шехназа. В это время молодой человек успел удобно разместиться на кресле, выложить на стол блокнот, телефон, диктофон и ручку и закинув ногу за ногу, чуть склонил голову вбок.

– Кто вы? – наконец вымолвил Шехназ. Лицо его выражало крайнее недовольство и любой, кто знал его, спешил всегда поскорее убраться с дороги.

– Я репортер из журнала «Star». Меня зовут Авинаш Саксена, а вас, если меня правильно направили, – Шехназ Агарвал. – Нарочито медленно, чуть растягивая слова говорил Авинаш.

– Кто, кто вы? Репортер? – Шехназ не готов был услышать именно такой ответ, но быстро взял себя в руки. – Но я точно не звезда, – он рассмеялся.

– А вам об этом никто и не говорит. Мы печатаем интервью не только о звездах шоу бизнеса, как вы, наверное, подумали, но и с политиками, в общем, с выдающимися людьми. Вас, – Авинаш поднял вверх палец, видя, что Шехназ раскрыл было рот, чтобы перебить его, – мне порекомендовали как выдающегося хирурга в своей области.

– Вот оно что, – Шехназ расслаблено откинулся на спинку кресла. Как, однако, неожиданно приходит слава.

– Я… не был готов к интервью, – решил слукавить Шехназ в то время как парень совершал какие-то непонятные манипуляции с телефоном и диктофоном. Быстрота его рук завораживала, а по лицу продолжала блуждать та же улыбка, которая внутренне так не нравилась врачу.

– Интервью? -Авинаш вскинул взгляд на Шехназа и тот отметил про себя, что в глазах то его никакого смеха нет и в помине, арктический лед скорее, – я не собираюсь брать у вас интервью, – он выделил с силой последнее слово, – всего лишь несколько вопросов. Только учтите, наш разговор записывается и транслируется, поэтому я буду ждать от вас правду и только правду.

Спустя минут 15 после начала разговора мистер Шехназ вызвал по внутренней связи своего помощника и ассистентов и передал им все инструкции касательно предстоящей операции. Сославшись на внезапное недомогание, он спешно покинул больницу, чего не мог позволить себе никогда раньше. На лживую заботу о том, что не обследоваться ли ему в стенах родной клиники он отмахнулся рукой, мол сам врач и сам справлюсь. И, учитывая, что Шехназ редко брал отпуска или выходные, ему пошли навстречу. Оставшись один, он быстро выпил рюмку коньяка, о котором так мечтал в компании с сестричкой, собрал свой небольшой дипломат и вышел. Спускаясь по лестнице, он трясся мелкой дрожью от гнева и бессилия, совсем не подозревая, что недавно Анита спускалась в таком же состоянии. Никто из персонала больницы так и не связал внезапное появление репортера и неожиданный побег врача.

Приехав домой, Анита без сил упала на кровать и долго так лежала с открытыми глазами, уставившись невидящим взглядом в потолок. Мысленно она в уме перебирала события последних дней. Спасибо, конечно, Авинашу, что он спас ее, но, положа руку на сердце, она бы предпочла, чтобы ее не спасали. Всего лишь одна мощная волна, и какое пришло забвение, ни холода воды, ни переживаний, ничего… А потом снова яркий, солнечный свет, теплый плед и заботливые глаза незнакомого парня. А с другой стороны Анита была благодарна Авинашу. Она вообще не была сторонницей необдуманных поступков и даже если бы спросила саму себя, зачем она так поступила, сбросившись с моста, не нашла бы точный ответ. Отчаянье, одиночество в расчет не шли. Анита лежала и, стоило ее мыслям вернуться к своим родным, как она с трудом сдерживала слезы. Она даже не замечала, как они сами катятся по щекам. Как, что теперь делать? У нее нет работы, нет родных, не осталось вообще ничего. Да и за аренду квартиры скоро платить будет нечего. Необходимо было срочно искать хоть какую-то больницу, чтобы иметь возможность к существованию, другими словами девушка не могла это называть, но как же ей осточертела и эта квартира, и этот район и… вообще всё! Внимание ее задержалось на огромной, почти во весь потолок зигзагообразной трещине, которая образовалась скорее всего после многонедельного дождя. «Еще немного, и все тут покроется плесенью», – подумала Анита с неким злорадством. Она не заметила, как спустя некоторое время задремала и провалилась в сон, без всяких ярких образов, кошмаров, которые так и крутились у нее в голове. Разбудил ее настойчивый звонок мобильного. Перевернувшись было на другой бок, она закрыла голову подушкой, но треньканье продолжалось. Не выдержав, она дотянулась до сумки, достала мобильный. «7 часов вечера! Кому я понадобилась в такое время? Еще что-то произошло?» – успела подумать она перед тем, как нажать кнопку вызова.

– Анита? – услышала она на другом конце незнакомый мужской голос. «Приятный баритон, – подумала она, – но это явно не Авинаш».

– Да, – ответила девушка.

– Извините, что беспокою Вас в такое время, но не затруднило бы Вас выслушать меня несколько минут?

– Да-да, конечно, – несколько рассеянно ответила она.

– Меня зовут Комал Дэв, и я работаю нейрохирургом в клинике «На 7 холмах». Простите, Вы не согласились бы работать в нашем отделении? Мне очень нужен ассистент.

– Что?? – Анита даже привстала на кровати, открыв рот и так и замерев.

– Я… если вы хотите, вы можете подъехать завтра ко мне, скажем, к 10, и мы бы обо всем обстоятельно поговорили. Дело в том, что у нас обход в 9, поэтому раньше 10 я вас принять не смогу, – словно извиняясь, быстро проговорил Комал.

– А… как же мистер Шехназ? – так тихо спросила Анита, что вдруг засомневалась, а услышал ли ее вообще собеседник.

– А что Шехназ, – немного пренебрежительно, или только так показалось девушке, ответил Комал Дэв, – у нас разные отделения. Я…я видел ваше резюме, видел вас во время практик, и, скажу честно, очень бы хотел видеть в своей команде. Так вы… не против?

– О! Конечно же, нет! Я приду!

– Очень хорошо! Я буду ждать Вас. Мы на 7 этаже, мой кабинет – 701. До встречи, мисс Анита.

– До встречи, – снова едва прошептала она.

Не в силах больше сидеть на кровати, Анита встала, заварила себе кофе и с чашкой вышла на крышу, чтобы немного подышать вечерним прохладным воздухом, а заодно и подумать. Поставив чашку на маленький столик рядом с балконной оградой (к слову, как ни странно, но хозяин дома потратился и сам поставил эту ограду, помня то, что квартиры в его доме в основном снимали жильцы с детьми), Анита оперлась о перила и стала смотреть вдаль, на бесконечные ряды крыш бараков и едва заметную лесополосу вдоль автострады. Мысли ее лихорадочно перескакивали с одной на другую. Боже, она не могла даже мечтать о том, что предложил ей Комал Дэв! Это такая невероятная удача! А что, если после разговора с ней он отошлет ее назад? При мысли об этом Анита внутри похолодела, но новая мысль пришла ей на смену. Нет, он же сказал, что видел и ее резюме, и ее работу во время практики! И просто так, ради развлечения, не позвонил бы. А, кстати, почему он позвонил? Судя по его тону в отношении мистера Шехназа они не были такими уж друзьями-коллегами. И ведь не мог сам Шехназ, после того, ЧТО он осмелился ей сказать, взять да и предложить ее кандидатуру в такое сложное отделение. Анита смутно помнила этого Комал Дэва, единственное, что ей запомнилось, что та неделя практики в отделении нейрохирургии показалась ей сказкой, в отличие от других своих сокурсников, которые только с нетерпением ожидали конца рабочего дня. А ей все было в радость, и исполнять предписания врачей, и присутствовать на обходах, внимательно выслушивая каждого больного и проецировать на себя, а как бы она лечила его, и многие-многие сложные процедуры, которые те же больные должны были проходить как можно безболезненнее и психологически подготовленные, ведь им и так было больно. А истории болезни. Да ей никакие книги были не нужны, только истории болезни, в которые она погружалась порой на несколько часов, допоздна сидя в ординаторской и изучая каждый случай отдельно и досконально, пока какой-нибудь дежуривший врач, вконец уставший, не выгонял ее домой. Друзья-сокурсники подсмеивались над ней, мало того, что девушка решила идти на хирургическое отделение, так еще и посматривает на такую невероятно сложную область, как нейрохирургия. «Женщинам там нечего делать», – так и сказал даже один из их преподавателей, и все прекрасно поняли, о ком шла речь. И тогда Анита и вправду засунула куда подальше это свое желание и постаралась изучать хотя бы обычные методы хирургии. А тут вдруг такое предложение! Как она могла отказаться?! Комал Дэв в один миг вернул ее к жизни, вернул из страшного ада в прекрасный рай и девушка, мелкими глотками попивая безвкусный кофе, с трудом могла представить себе, что сможет уснуть сегодня ночью.

Но, спустившись примерно через час в свою комнату, она прилегла на кровать и сразу же отключилась, погрузившись в глубокий сон.

Комал Дэв радушно встретил девушку в своем кабинете. Встав из-за стола, он сам чуть ли не насильно усадил ее в удобное кожаное кресло напротив и приготовил ароматный кофе со сливками, который по вкусу не шел ни в какое сравнение с приготовленным ею вчера для себя. Потом он достал ее резюме и вынул оттуда приличную стопку листов – ее описание врачебной практики.

– Откуда это у Вас? – изумилась Анита.

– Запросил с Вашей кафедры, – ответил Комал, бережно просматривая каждый листок, исписанный мелким почерком. Анита не могла позволить себе ни компьютер, ни тем более ноутбук и поэтому предпочитала писать по старинке, ручкой, затрачивая на каждую работу уйму времени.

– Я… да там нет ничего интересного для Вас, – поспешно сказала девушка, нервно покусывая губы.

– Ошибаетесь, я нахожу здесь Очень много интересного! Особенно, что касается нашего отделения. Ну да ладно, – он отложил в сторону ее работу, – я позвал Вас вовсе не для того, чтобы вы сидели и смотрели, как я читаю ваши труды. Я хочу понять, вы на самом деле хотите работать со мной? Скажу вам честно, у меня еще не было ни разу ассистента женщины, но мой последний коллега уехал в Штаты и поэтому я снова один. А я такой – патриот, – он смущенно улыбнулся.

– Я тоже, – улыбнулась девушка. – Могу вам сказать, что ваше предложение просто выбило почву у меня из-под ног. Я так мечтала работать в нейрохирургии, но все, буквально все твердили мне, что это не женская профессия. А я чувствую, я знаю, что эта область именно для меня!

– Понимаете, Анита, а не сменится ли ваш задор после какого-нибудь годика, проработав здесь? Понимаете, нейрохирургия действительно является сложной и одновременно элитной профессией, и женщинам может быть здесь очень трудно. Многочасовые операции, которые потребуют от вас предельной концентрации внимания, да даже элементарная физическая нагрузка от свинцового защитного костюма! У меня и ассистенты то порой не выдерживали и либо обливались потом, либо теряли сознание, а это ведь были молодые, спортивные парни, а тут вы. Молодая, прекрасная девушка. Поверьте, я вовсе не стремлюсь отговорить вас от этого направления медицины, я, скорее, преследую больше эгоистические цели, так как хочу найти себе достойного помощника, советчика и преемника. Вы можете спросить меня, а почему я не хочу взять себе в помощники кого-то из более квалифицированных врачей, тех, кто уже не один год в этой области, но я отвечу вам так. Мне интересно взрастить Своего мастера, который будет понимать меня с полуслова и которого я буду понимать, передать ему на свежую, ничем и никем не замутненную голову Свои знания и опыт. Мне всегда интересно чужое мнение, особенно когда речь заходит о сложных диагнозах, а если у вас уже есть опыт, то ничего нового я не услышу. Прочитав ваши работы, я сказал себе, что у этой девушки есть желание, есть элементарные знания, но нет опыта. Я хочу видеть вас своей помощницей. Теперь слово за вами, – Комал сложил руки на груди и чуть откинулся в кресле.

– Мистер Комал Дэв, – неторопливо начала девушка…

– Можно просто Комал. Или Дэв, – врач улыбнулся, подбадривая ее.

– Комал, – тихо произнесла Анита, словно пробуя это имя на вкус, – я уверена в своих силах. Я хочу помогать людям и иметь такого наставника как вы. Мне безумно приятно, что именно вы выделили меня из всей толпы и преподнесли мне такой бесценный подарок, как возможность работать с вами. Я сильная, мис… Комал, взяв меня к себе в ассистенты, вы не пожалеете об этом, я могу обещать это. У меня нет задора, извините, как вы выразились, эта эмоция, которую вы видите, реакция на ваше предложение, внутри же я полностью готова к такой работе, у меня есть стержень, я сильная, – чуть с вызовом повторила она.

Комал сидел, тихо слушая, не перебивая и глаза его улыбались. Ему все больше и больше нравилась эта девушка, он сам не мог поверить своему счастью, что нашел такой неограненный алмаз среди кучи камней. И если она внутри сомневалась, что подойдет ему, доказывая свои способности, и что он не выгонит ее, выслушав всю тираду, которую она намеревалась произнести, то и сам с некоторым чувством страха ожидал, что она откажет ему.

– Я бы не хотела расписывать сейчас вам все свои желания, надежды, стремления. Я старалась учиться как могла и даже лучше, читала много дополнительной информации. Я просто хочу сказать, что согласна работать с вами и буду вам надежным помощником, который никуда не уедет, – с этими словами Анита так лучезарно улыбнулась, что Комалу показалось, будто солнечный лучик света заглянул к нему в кабинет через полуоткрытые жалюзи.

Лишь позднее, уже почти поздней ночью, он, сидя за столом, доверительно сообщит своей жене, что еще тогда, когда она проходила практику в их отделении, заметил ее. Заметил и с тревогой следил за ее передвижениями по клинике, зная, что умный и достаточно дальновидный врач из какого-либо отделения, обязательно заметит ее и пригласит работать к себе быстрее, чем это успеет сделать он. И как нарочно, в дни, когда ее учеба подходила к концу и уже на носу были выпускные экзамены, последние, скажем так, штрихи к завершению учебного процесса, ему срочно понадобилось выехать в Западную Бенгалию на срочную и неотложную помощь больному. Каково же было его удивление, когда он, едва спустившись с самолета и взяв такси, подъехал к стенам родной больницы, увидеть ее выходящей в холл, с наполненными слезами глазами и нерешительным видом. Но, чуть передохнув в ординаторской, прежде чем приступить к работе, он узнал причину столь странного поведения девушки. Что он мог сказать, мистера Шехназа многие знали как замечательного врача, но многие знали его и с обратной стороны. Не с самой лучшей. А спустя пару дней к нему пришел Авинаш, чем окончательно утвердил его в желании взять к себе эту девушку. Жена Комала молча слушала, кивая мужу, потому что знала, сколько лет он пытался найти себе достойного преемника, кому не впустую пришлось бы передавать весь тот бесценный опыт, что он успел накопить за 25 лет работы. И вот его счастливый день настал.

– Я постараюсь передать вам все, что знаю сам, – Комал не смог сдержаться и, перегнувшись через стол, протянул девушке руку для пожатия, – когда вы могли бы приступить?

Анита пожала плечами.

– Я свободна, могу остаться хоть сейчас. Если вы не слишком заняты будете, я бы хотела, чтобы вы побольше рассказали мне о своем отделении. Я видела, что в паре боксах у вас есть и дети.

– Да, сейчас я пока свободен, – лицо Комала приняло вновь серьезное выражение. – Сегодня у нас четверг, а по четвергам у нас нет запланированных операций, только подготовка к ним, или экстренные. Вы задавайте вопросы, я постараюсь ответить на все. Те боксы-палаты, что вы видели с детьми, да, так и есть. К нам порой привозят разных пациентов, и, как вы, наверное, знаете, с такими травмами, лучше не особо беспокоить пациента и везти его в другой город. Особенно если это ребенок. Поэтому мы принимаем всех, от мала до велика.

– А с какими случаями вам чаще приходится сталкиваться? И… если можно, на «ты», – добавила Анита, – я чувствую себя вашей подопечной, а не наравне. Когда я пойму, что выросла, то и смогу требовать к себе должного уважения. Вас это не затруднит?

– Нет, Анита, – Комал Дэв снова улыбнулся. За долгие годы работы он встречал разных выпускников, в основном, детей преуспевающих родителей и все, или почти все они стремились сразу вызвать к себе и расположение и уважение, основанное на их деньгах, а не на работе. – C чем нам приходится чаще сталкиваться. Да знаешь, очень с многим. Есть конкретные клиники по специализации нейрохирургии – нейротравматология, нейроонкология, нейрорадиология, заболевания ЦНС, непосредственно детская нейрохирургия, функциональная, периферической нервной системы, спинальная нейрохирургия, но мы сталкиваемся со многими проблемами, а потому обязаны быть универсалами. Бюджет нашего города, да и нашей страны, что уж говорить, не так направлен именно на эту область, чтобы мы могли предложить больным конкретные клиники, занимающиеся конкретной проблемой, чаще это можно встретить в Европе. Поэтому надо быть готовыми ко всему. Но вернусь к твоему вопросу. Чаще, конечно, к нам поступают больные с черепно-мозговыми травмами, с грыжами, детишки в основном либо с травмами, либо с врожденными патологиями, бывают и больные с патологией сосудов головного мозга, я имею в виду тех, у которых кровоизлияние вследствие аневризмы.

Комал внимательно смотрел на Аниту, но она жадно впитывала его слова, как губка воду и изредка кивала.

– Тебе, наверное, будет интересно узнать, какие у нас методы и средства диагностики? Мы используем компьютерную и магнитно-резонансную томографию, но это традиционно. Есть еще такой метод, как нейронавигация, но нам пока она, увы, не доступна. Чиновники считают, что слишком дорого и не особо-то целесообразно, хотя я уверен в обратном.

– А что это такое? – спросила Анита. Она впервые слышала такое название.

– Если опухоль в голове небольшого размера или находится в очень труднодоступной зоне, используют как раз такую нейронавигацию. Она работает с результатами томографии пациента в формате 3D. Это для того, чтобы можно было спланировать досконально план будущей операции, оценить объем вмешательства, обойти важные структуры в мозге, дабы не повредить их. То есть все то, с чем вы сталкиваемся в реальном времени с реальным пациентом. Еще используем пункции, миелографию, ультразвуковое допплеровское сканирование…

– При закупорке или стенозе сосудов, – заметила Анита.

– Верно. Еще ЭХО, ЭЭГ, ну и анализы.

– А сколько требуется времени, чтобы я могла освоить эту профессию хотя бы на минимальном уровне?

– Стандартно – 6—7 лет специализации, чтобы ты могла получить сертификат и уже практиковать как отдельный врач, или вообще понимать, что ты делаешь. А до этого наблюдать, ассистировать, учиться, учиться и учиться.

– А бывают ли какие-то сложные случаи, Комал?

– Понимаешь, Анита, у нас по сути каждый случай сложный. Каждый требует особого внимания и решения. Я до сих пор сталкиваюсь с тем, что, подготавливаясь и совершая определенную операцию, умывая руки я думаю, насколько же этот случай был тяжел, но потом через некоторое время приходит другая ситуация, еще более сложная и первая уже кажется невероятно простой и так далее, до бесконечности. – Комал снова улыбнулся. – Но мне доставляет удовольствие решать эти проблемы и помогать людям. Решать каждый отдельный случай, прилагать к этому все силы и знания. Даже когда я бываю на конференциях, мои коллеги, бывают, разбирают те случаи, через которые я уже проходил, но для них это ново, а для меня уже пройденный этап.

– Как мне это все интересно, – завороженного проговорила Анита, – мне так много хочется узнать.

– Анита, документы у тебя с собой? – Девушка кивнула. – Хорошо. Ступай тогда на 2 этаж, там у нас отдел кадров, подай им все документы и…я с нетерпением жду тебя здесь!

Анита была настолько счастлива, что готова была расцеловать Комал Дэва. Подхватив сумку, она направилась к двери и, уже открыв ее, обернулась.

– Вы знаете, Комал, я чувствую себя словно во сне, – радостно сказала она. Сложно было предположить что-то иное, так как глаза девушки буквально лучились счастьем.

– Я надеюсь, что все у нас сложится, – кивнул Комал, – поверьте, я тоже долго ждал этого момента.

Поздно вечером домой Анита летела как на крыльях, радостная, умиротворенная улыбка просто не сходила с ее лица и любой, кто встречался с ней взглядом, сам поневоле улыбался, настолько это было заразительно. Но дома ее ждал еще один сюрприз. Кто-то в ручку двери вставил потрясающе красивый букет из роз с прелестной открыткой плюшевого медвежонка, но не подписанной. Понять, что этот подарок был прислан именно по адресу, не оставлял сомнений, так как была еще крохотная записочка с ее именем, но кто послал, по какому поводу, Анита не могла понять, да пока и не хотела.

Быстро перекусив, Анита легла в кровать, но так и не смогла быстро заснуть, в уме снова и снова прокручивая разговор с Комал Дэвом.

Едва Комал успел переступить порог дома, как жена сразу же заметила в нем незначительное, но изменение.

– У тебя что-то случилось? – спросила она, снимая с мужа пиджак и аккуратно вешая его на плечики в гардероб.

– Лакшми! Душа моя! – Комал любовно чмокнул жену в щечку.– ты не представляешь! Я, кажется, нашел того человека, которого так долго ждал!

– Да неужели! – всплеснула руками Лакшми. – И кто он? Выпускник или по переводу к вам?

– Выпускница, – широко улыбаясь ответил Комал. – Да-да, представь себе, это совершенно еще юная девушка, но я в ней вижу настолько огромный потенциал, – он рассмеялся. – Она напоминает мне себя в ее годы. И если она действительно так хороша как я думаю, цены этому врачу не будет!

– Вашему дуэту не будет цены, – сказала Лакшми. – Дай Бог, чтобы все так и было. А теперь иди поешь, я приготовила твои любимые бирьяни и как раз все мне расскажешь.

На следующий день, придя на работу чуть ли не раньше всех, едва Анита успела переодеться в белый халат, забрать волосы под шапочку и выйти из сестринской, как ее тут же перехватил Комал.

– Далеко не отлучайся, сейчас обход, а потом пойдешь со мной на операцию. Сегодня оперируем грыжу, будешь смотреть.

– Ага, – только и смогла вымолвить Анита, как Комал унесся дальше по коридору.

Чуть позже она присоединилась к нему на обходе пациентов. День пронесся молниеносно и остановилась Анита лишь тогда, когда на плечо ей легла чья-то рука. Обернувшись, она увидела Комала.

– Ты не желаешь выпить чашечку кофе? – снимая медицинскую шапочку, спросил он, улыбаясь.

– Я… мне надо…

– Да ничего уже не надо, угомонись. Ты на часы давно смотрела? Не знаю, как насчет завтрака, но обед и ужин ты точно уже пропустила. Ты собралась сутками без еды работать? Так не пойдет. Если бы я не перенес вторую операцию на завтра, ты бы точно объявила голодовку?

– Но я перекусила….

– Когда, чем? Булочкой с чаем? Анита, ты же врач, и знаешь, что так питаться нельзя, или ты хочешь в один прекрасный день сама занять одну из палат здесь? – все это Комал говорил, ведя девушку в свой кабинет, чуть подталкивая за талию. – И вообще, твой рабочий день должен был закончиться еще три часа назад.

– Так уже 9 часов? – изумилась Анита. – А вы, сэр, почему тогда еще здесь?

– Я на сутках, а у тебя пока суточных нет.

– А-а, кто же будет моим куратором, пока Вас не будет?

– Мистер Ананд Варма, мой коллега. Он тоже все тебе покажет и расскажет. Но ты имей в виду, что на цокольном этаже здесь есть столовая, а то мне не хочется, чтобы, ассистируя мне, ты упала в голодный обморок.

Накормив Аниту, Комал предложил ей вызвать такси. Увидев, что она смутилась, он понял, что финансовая сторона вопроса не позволяет ей воспользоваться таким предложением. Почесав в затылке, он сказал:

– Хорошо, если ты подождешь еще часок, я могу отвезти тебя до дома, а потом вернусь сюда. Ну как, идет?

Анита согласилась, но изъявила желание выйти на улицу и подышать свежим воздухом. Переодевшись, она спустилась вниз и, толкнув стеклянную дверь, тут же буквально попала в объятья Авинаша.

– Ну наконец-то! Я уж думал, что ты никогда не выйдешь! – радостно воскликнул он.

– Авинаш! – Анита не могла поверить своим глазам. – Что Вы здесь делаете?! Как Вы меня нашли?

– Ну мы же договаривались общаться на «ты», – улыбнулся он, – а что я здесь делаю? Жду тебя, уже почти четыре часа.

– Право, не стоило, – Анита чуть отстранилась от него и пошла вдоль здания. Авинаш шел рядом.

– А найти тебя мне ничего не стоило, я же вроде говорил, где работаю. Ан нет, не говорил.

– Полицейским, – тихо проговорила девушка.

– Нет, – заразительно засмеялся парень и даже остановился, – я спецкор, – и, увидев недоумение девушки, поспешно добавил, – специальный корреспондент, свободный журналист, называй как хочешь. Специализируюсь на звездах нашего кино и телевидения, иногда политиках.

– А что, корреспонденты имеют доступ к адресам жителей города?

– Анита, давайте это останется моей маленькой тайной, хорошо? Но я вижу, что ты вовсе не торопишься домой, ты вправду продолжишь работать сейчас? Хотя…, ты не в халате, с сумочкой на плече.

– Я просто вышла подышать воздухом, а через час меня подвезут домой.

– В чем проблема, я тебя отвезу!

Анита, наконец, остановилась и внимательным взглядом окинула своего собеседника.

– Зачем тебе это, Авинаш?

– Что зачем?

– Ну, зачем ты меня нашел, зачем тебе нужно подвозить меня. Я же совсем не знаю тебя. Да, я благодарна тебе за спасение, мне не стоило так поступать, но кроме слов благодарности я ничего не смогу для тебя сделать.

– А мне кажется, можешь, – с этими словами Авинаш чуть приобнял девушку и мягко поцеловал ее в губы. Она не отстранилась, но вопросительно посмотрела на него. Неожиданно Авинаш смутился. Он не привык к такой реакции девушек, ведь было всё: пощечины, нервный смех, радость и предвкушение продолжения, оскорбления и завуалированный флирт, но еще никто не реагировал так как она. Молча, чуть склонив голову набок, она просто смотрела ему в глаза чистым, ясным взором и в этом взгляде не было ничего осуждающего или ожидающего.

– Ты нужна мне, Анита, – он взял ее прохладные руки в свои. Он вдруг потерял всю свою веселость, почувствовав серьезность этого момента. – Позволь мне подвезти тебя до дома.

– Ну, хорошо, – Анита высвободила руки и полезла в сумочку, – только мне надо тогда предупредить мистера Комала, я ему позвоню.

Убедив Комала, что с ней все будет в порядке, девушка подошла к машине.

– Садись здесь, рядом со мной, – предложил Авинаш, указывая на переднее сиденье.

– Нет, – помотала головой девушка, – мне будет комфортней на заднем сиденье. Можно ведь?

– Да конечно! – учтиво открыв ей дверь, Авинаш подождал, пока она удобно устроится и затем сель за руль.

– Для кого этот бесподобный букет? – раздался позади него голос. Взяв в руки огромную охапку роз в прозрачной обертке, перевязанной шелковой лентой, Анита с упоением вдыхала аромат.

– Для тебя, конечно, – глядя на нее в зеркало заднего обзора, улыбнулся Авинаш. – Нравится?

– Еще бы, но…, право, не стоило.

– Куда мы едем? – Авинаш завел мотор.

– Как удивительно, ты знаешь, где я работаю, но не знаешь, где живу? – Их глаза встретились. – Ну, ладно, – и она продиктовала адрес. Всю дорогу они ехали молча, лишь периодически Авинаш смотрел на нее в зеркало, Анита же, устало откинув голову на подголовник, прикрыла глаза.

Подъехав к дому, Авинаш проводил девушку до двери.

– Тебе не место здесь, – сказал он, окидывая взглядом строение и улицу, – тебе надо съехать отсюда, и чем скорее, тем лучше.

– Какое тебе дело до этого? – неожиданно разозлилась Анита, – что ты лезешь в мою жизнь? Авинаш, я еще раз тебе говорю, спасибо, спасибо за то, что ты сделал для меня, но оставь меня.

– Но почему? – искренне недоумевая спросил Авинаш.

– Пойми, мы с тобой очень разные. То, как ты привык жить, я к этому не привыкла, у нас с тобой разные дороги.

– Ты ошибаешься, Анита, – он хотел взять ее за руку, но девушка отдернула ее. – Может быть, мы и отличаемся по классовым обществам, но, поверь, мне абсолютно все равно, из какого ты класса, касты, если хочешь. Я уже давно живу так, как привычно мне, а не окружающим людям! И, к твоему сведению, девушки из моего общества абсолютно меня не интересуют. В большинстве своем они неинтересны.

– Ты не там ищешь, Авинаш. Ладно, спасибо, что проводил меня, дальше я пойду сама, не поднимайся и вообще, забудь дорогу сюда, хорошо?

– Разреши мне хотя бы поцеловать тебя… на прощание.

Чуть помедлив, девушка кивнула.

Немного погодя, поднявшись в свою комнату, Анита поставила цветы в вазу, включила чайник и легла на кровать. Мысли в голове проносились со скоростью молнии. Лицо ее еще помнило нежные, теплые руки Авинаша, его приятный запах, скромный поцелуй. Но он не для нее, хотя, видит Бог, он очень нравился ей. Анита сама себе не могла объяснить, почему так думает, но считала это правильным. Быть может, она настолько ушла в свое время в учебу, теперь нужно работать, завоевывать репутацию, и на чувства уже не остается никаких сил? А как же другие в таком случае? Всему свое время, но, может быть, этого времени при таком раскладе так никогда и не настанет? Ведь, оглядываясь назад, девушка понимала, что ни то что парня, а даже подруг за все время своей жизни она так и не завела. Так, есть отдельные знакомые, но это не в счет.