Читать книгу: «Окна»

Окна

За окном завывал ветер,тряслись карнизы,пробегали редкие прохожие укутанные в капюшон,темнота, то был конец ноября, самая зябкая, неуютная ,ветреная, мокрая часть осени. И если из каждого окна, будь то элитная малоэтажка, сталиниская девятиэтажка или новомодные двадцатиэтажные муравейники башни, картина была плюс минус одна эта же – мрачная промозглая поздняя осень, то в каждом окне, картина была абсолютно разной.

В каждом окне была своя жизнь, своя история, своя судьба. Как же много окон в одном доме, а сколько этих домов в городе, а сколько у нас городов, а сколько стран и все они разные, все по-своему уникальные, все живые, все хранят свою тайну.

Когда холодным зябким темным вечером смотришь на окна домов, становится так уютно от их света, шторок ,которые заботливо были развешены хозяйками, слышится звон посуды, звук телевизора, детский смех или взрослая перепалка. Смотришь и понимаешь ,что за каждым окошком кипит жизнь такая, какая она есть во всех своих проявлениях, самая главная и важная и своя для каждого человека, для каждой семьи.

Мы остановимся у пятиэтажного старого, а может и не совсем старого ,примерно 1980 года постройки ,дома в городе Набережные Челны и заглянем в его окна…

Сын

В окне пятого этажа было темно.

По среди темной комнаты стоял человек. Прямая спина, военная выправка, мужчина семидесяти лет. Волосы слегка тронула седина, на шее аккуратно выбрита окантовка -привычка военного. Казалось бы, несгибаемый человек, сколько в своей жизни стойко перенес Александр Иванович, ничто не могло его сломить, даже смерть своей горячо любимой супруги Машеньки он перенес достойно, успокаивал своих давно подросших и безутешно горюющих детей, сына Валеру и дочку Татьяну : «ничего милые мои, маме сейчас хорошо, ничего не болит, смотрит на нас сверху и радуется, что мы вместе, живы и здоровы, не хотела бы она, чтобы мы так сильно горевали. А там и я через десяток лет к ней присоединюсь и будем мы вместе с Машенькой любоваться вами сверху».

Мария Федоровна оставила их в 2020 году, скончалась от пневмонии, ковид тогда подкосил многих.

Но сейчас, сейчас Александру ничто не могло помочь, весть ,которую он получил месяц назад, выжигала в нем все живое день ото дня…

Месяц назад пришла повестка из воинской части. «Офицер Петров Валерий Александрович пропал без вести при выполнении специальной военной операции».

Сын, сынок, сыночек мой, а помнишь, я привел тебя на твою первую тренировку в секцию дзюдо, ты гордо шел по татами в новом кимоно, с любопытством смотрел на ребят, с которыми предстояло вместе заниматься,немного с опаской на тренера и с большой надеждой на меня,с надеждой,что я не уйду и буду рядом на этом первом твоем занятии,но у меня был принцип,сын должен быть мужчиной,ни чего не боятся и быстро адаптироваться ко всему,воспитывал я тебя по-военному, строго,всегда хотел сделать из тебя настоящего офицера,потому что любил,вот так по-своему любил.

Я сделал вид,что ушел,а сам все занятие простоял на морозе у окна и смотрел за тобой. Видел,как поникли твои плечи,когда ты не нашел меня взглядом, видел как ты несмело улыбаешься новым товарищам,которые подошли к тебе поздороваться,видел как глаза твои загорелись после похвалы тренера (я ведь тебя с детства тренировал).

А потом Валера, ты стал мастером спорта по дзюдо, каждый раз приезжал с соревнований и вручал матери свои медали и кубки, Машенька с гордостью расставляла все на ,специально отведенной для твоих наград, полке в твоей комнате. Я всегда гордился тобой сын,хоть никогда и не показывал этого, привычка советского человека,военного..

А ты всегда старался показать мне,что ты сын,достойный своего отца. Стал офицером,да не простым, командиром специальных войск, семью создал прекрасную,красавица жена, Алия, черноглазая татарочка, любящая и безмерно уважающая тебя и твоих стариков родителей, прекрасные дети: Полечка (красавица, моя самая драгоценная внучка на свете),Ванечка внук,гордость семьи.

Ты Всегда добивался своего,всегда вызывали уважение у окружающих людей,всегда был и пропал? Пропал без вести?Разве такое бывает?

С той секунды я не смог вымолвить больше ни слова. Врачи разводили руками, здоровый мужчина для своих лет конечно ,все понимает, слышит,но сказать ничего не может.

Алия, настоящая жена военного, все взяла в свои руки, смотрела детей, водила меня по врачам, каждый день ходила в мечеть молилась и верила , верила, что ты вернешься.

А что я, я не верю, слишком хорошо я знаю эти войны… Каждый день я веду в голове монолог, Прости меня Машенька, не уберег я нашего сына, простите меня внуки,не уберег я вашего папу, почему же я живой стою здесь на кухне, а сын мой без вести пропал… С внучкой мы теперь общались с помощью смс, с остальными тоже,потому что говорить я так и не начал, просто с внучкой у нас особая связь, только мысли о ней, «расстроиться Полечка, если с дедом еще что-то случится», держат меня еще на земле…