Цитаты из книги «Проклятье вендиго», страница 2

Есть вещи слишком ужасные, чтобы их вспоминать, и слишком прекрасные, чтобы их воскресить.

Знаете, почему он за него держится всем сердцем и душой, Граво? По той же причине, почему род человеческий держится за иррациональную веру в вендиго, в вампиров и всю их сверхъестественную родню. Очень трудно поверить, что наш мир добродетелен и управляется справедливым и любящим богом, когда обыкновенные смертные способны на такие немыслимые преступления. - Он кивнул на оскверненный труп, лежащий на поблескивающем столе из нержавеющей стали. - Чудовищное действие по определению требует чудовища.

-Значит... Значит, может быть что-то...

-О, Уилл Генри, ты провел со мной достаточно времени, чтобы понять: что-то есть всегда.

В голове тщеславного человека нет места для чужих мыслей...

Я слишком влюблен в рутину - а рутина это тоже своего рода смерть.

Род человеческий держится за иррациональную веру в вендиго, в вампиров и всю их сверхъестественную родню. Очень трудно поверить, что наш мир добродетелен и управляется справедливым и любящим богом, когда обыкновенные смертные способны на такие немыслимые преступления. Чудовищное действие по определению требует чудовища.

— У поэзии нет будущего, Уилл Генри... Будущее принадлежит науке. Судьбу нашего вида определят Эдисоны и Теслы, а не Уодсворты или Уитмены. Поэты будут лежать на берегах Вавилона и плакать, отравленные плодами, которые выросли на месте, где гниют музы. Голоса поэтов потонут в гуле двигателей процесса. Я предвижу день, когда все чувства будут сведены к определенным уравнениям химических реакций в наших мозгах. Надежда, вера, даже любовь — их местонахождение будет точно вычислено, и мы сможем показать пальцем и сказать: «Вот, в этом месте коры мозга лежит душа».

Казалось он приходит в восторг, обманывая надежды окружающих.

Голод стал новым членом нашей компании, гораздо более сильным и энергичным, чем остальные, и он обладает наши сухие кости.

Испытываемые ими тяготы почти предполагали необходимость какого-то расслабления в духе Диониса.