Читать книгу: «Эффективность — наш курс»

Эффективность — наш курс

Часть первая. Перелет

Кофемашина опять ударила Глеба током. Не сильно — так, для порядка. Он дернул рукой, привычно, без огонька выматерился, и все-таки дождался, пока в стакан нальется бурая жижа, которую все называли кофе. Настоящего кофе в этом веществе не было уже лет пять, наверное, но все называли его так, и Глеб тоже делал вид, что верит.

— Глеб Андреич, — позвала Вика из рубки, — у нас навигатор опять.

— Что опять?

— Ну… снова.

Глеб вздохнул, взял кружку и пошел в рубку, задевая плечом переборку — коридор на “Ремонтнике-4” был узкий, рассчитанный, видимо, на каких-то альтернативных людей, более плоских.

Навигатор завис на экране загрузки. Логотип компании “Астра-Логистик” — стилизованная звезда с шестеренкой внутри — вращался уже минуты три, судя по таймеру в углу. Вика сидела перед консолью и пялилась в экран так, будто навигатору рано или поздно станет стыдно, и он продолжит загрузку.

— Перезагружала? — спросил Глеб.

— Два раза.

— А третий?

— Думаете, поможет?

— Не-а. Но потом техподдержка первым делом спросит, делали ли третий раз.

Вика послушно перезагрузила, не помогло. Глеб отхлебнул не-кофе, поморщился и сел в кресло пилота, которое при этом жалобно скрипнуло — с подшипником уже давно было что-то не так, но заявку на замену отклоняли уже полтора года. “Не создает угрозы персоналу и функционированию оборудования”.

— Ручками проведем, — со вздохом сказал он. — Не впервой. Кстати, где Сёма?

— В трюме. Что-то там с дроном.

— С каким?

— Да грузовой, который с формой.

А, этот. Глеб его хорошо знал, а точнее, он выделялся этой конкретной поломкой — дрон требовал подтверждение формы допуска каждый раз, когда его просили что-то перенести. Он не проверял содержание формы, просто ждал, пока кто-нибудь ткнет пальцем по сенсору “подтвердить”. Баг был в прошивке, давно известен производителю, и баг не чинили, потому что — цитата из техподдержки — “функционал работает в штатном режиме”.

Сёма появился в рубке минут через десять, когда они уже вышли на курс к астероиду. В руках у него был бутерброд, и, из чего он их делал, Глеб предпочитал не думать - на корабле был крайне ограниченный набор моделей в синтезаторе пищи.

— Починил? — спросил Глеб.

— Не-а. Зато теперь он требует форму только при переносе предметов тяжелее трех кило.

— Все наши запчасти тяжелее трех кило.

— Ну да. Но раньше он требовал ее на все, включая отвертки. А теперь только на тяжелое. Прогресс.

Сёма сел в третье кресло, которое не скрипело, но зато периодически самопроизвольно опускалось. Откусил бутерброд и умиротворенно уставился в обзорный экран, по которому неспешно плыли звезды.

— Кстати, что там по задаче? — спросила Вика. Она открыла планшет и листала файлы. — Я посмотрела заявку, там написано...

— Там написана хрень, — перебил Глеб. — Они всегда пишут стерильную корпоративную дичь: “Незначительное падение добычи”, “Логистический сбой”, “Неисправность транспортных узлов”. Знаешь, что это значит?

— Что?

— Что они понятия не имеют, что там происходит, и посылают нас разбираться.

Вика промолчала. Она работала с Глебом третий месяц — после института, по программе “молодой специалист” ее отправили сначала на “программу адаптации” где она сидела в безликом офисе с мотивирующими плакатами и смотрела видеоролики, а потом назначили сюда. Глеб был ее первым настоящим напарником. Ну, и Сёма, конечно, но он не считается, Сёма вообще отдельно от ремонтного корабля, кажется, не существовал.

— А что, по-вашему, там происходит? — спросила она.

Глеб пожал плечами:

— Узнаем. Платформа старая, автоматическая, управляется ИИ. Если там что-то серьезное — он нам по регламенту доложит, если несерьезное — сами увидим.

— А если нам не скажет, но серьезное?

Глеб посмотрел на нее и едва заметно усмехнулся, ответив тихо, скорее для себя.

— Тогда будет хоть немного интересно.

Перелет занял почти одиннадцать часов. Могло быть быстрее, но двигатель на “Ремонтнике” работал в режиме экономии уже черт знает сколько. Не столько потому, что топливо дорогое — хотя оно дорогое — а потому, что система охлаждения барахлила, и если дать полную тягу, то через час начинало пахнуть горелым пластиком. Техники при плановом осмотре сказали: не критично. Глеб сказал техникам много интересного и не очень цензурного, но план ремонта это не изменило.

Вика большую часть перелета читала техническую документацию на БУР-14 — вид модели управляющего ИИ на платформе. Документация была на триста страниц, из которых полезных — от силы страниц двадцать, остальное юридические оговорки и инструкции по заполнению форм. Сёма дремал, а Глеб смотрел в экран на приближающийся астероид и думал о том, что хотелось бы уже на пенсию, но к тому моменту, как у него подойдет возраст, начнут штрафовать за дожитие.

Астероид по бумагам имел длинный инвентарный номер, сокращаемый до Объект 447-11. Он был неправильной формы, средних размеров и с приличными запасами редкоземельных металлов. Запасы, по документам, еще оставались, но опыт Глебу подсказывал, что эта информация устарела.

Платформа “Надежда-7” прилепилась к астероиду как клещ — серая конструкция из модулей, труб, антенн и торчащие в разные стороны гигантские буры, четыре штуки, уходящие глубоко в породу. По крайней мере, должны были уходить по плану.