Цитаты из книги «Бордерлайн», страница 2

И голос его доходит до тебя вместе с запахом тинистой речки и проспиртованной в кишках рвоты – так пахнет твоя жизнь.

Если последнее правда, то я согласен на боль, в ту же минуту раскинувшись под твоими ногами на татами едва завидев их в предрассветном тумане, ведь ты – самый сильный удар, который я когда-либо получал. И хочу ещё получить.

Мне не отдали в той пельменной сдачу точно так же, как не отдали сегодня военник в военкомате

Я – всё ещё шавка, тоскующая по ласке невиданных рук.

Стабильность – это творческие тиски.

Мой завершающий трюк безукоризнен; не надо меня спасать от смерти – ведь надо было спасать от жизни.

– И вот зачем ты пичкаешь себя мясом? – вот-вот перья падут мне на темя. – Чтобы помнить, что я тоже мясо, – но я выставил когти первый.

Но покуда я не ушёл, я остаюсь жить дальше – такой же раной на Вселенной, какой были миллиарды до меня и будут после. А когда я замахнусь одной ногой с поребрика в бездонный мрак, то поставлю катушку в голове на повторное воспроизведение, – как Чак из любимого рассказа Стивена Кинга – и осознаю, что вся моя жизнь вышла чертовски потешной байкой.

По Дункану Макдугаллу – врачу, замерявшему вес тела скончавшихся чахоточных туберкулёзников – душа весит 21 грамм. На меня иногда нахлынивают сомнения: не перепутал ли я ничего однажды в этих оплёванных сортирах, когда делился вскрытыми зиплоками с нимфами да жёнами, что кусали мне губы в кровь и пальцами, как копьями, рыскали сердце под размокшей футболкой, желая забрать у меня грамм, а может парочку?

Быть может, если бы ты был по-настойчивее, то не стоял бы сейчас в 3:50 на балконе – осмысляя это нескончаемое проклятие без развилки – а лежал бы где-то на спине, захлебываясь в агоническом и потном сне собственной рвотной массой, вулканизирующей пеной из целованного тысячами блядей рта, скрюченного по правилу финального аккорда едва в уловимой улыбке, как уплывающие круги по поверхности ручья. Потому что некому тебя было бы перевернуть на спину – кого бы ты из них не трахал.