Цитаты из книги «Чаромир», страница 4

В дверь застучали, и я, поднявшись, на ватных ногах пошла открывать. На пороге стоял встревоженный Власов, который, потеснив меня в квартиру, вошел следом.

— Я слышал крик. Софья, что случилось?

В этот момент из кухни вышла Катя.

— Ярослав, почему ты не предупредил, что рядом с тобой живет путешественник? Я бы была осторожнее. Да и Софья могла бы сдержаться и не закидывать в книгу. Ужасно, нас чуть не убили.

Во время тирады Власов очень пристально смотрел на меня, можно сказать впиваясь взглядом, и по его лицу медленно начинала расползаться улыбка.

— Что все это значит? — тихо спросила я, переводя взгляд с гостьи на соседа.

— Катя, оставь нас, пожалуйста.

— А для чего ты вызывал меня? — приподняла брови девушка.

— Уже неважно. Все, что нужно, я выяснил.

Видно было, что Катя зла и ничего не понимает, как и я, но она сдержалась и, кивнув, вышла за дверь.

— Поговорим? — предложил Ярослав, приподняв брови.

Прищурившись, мужчина быстро направился ко мне, а я бросилась от него, забежав за стол.

— Софья, — вкрадчиво начал Ярослав. — Иди сюда.

— Не-а, — покачала головой я.

— Иди, хорошая моя, — распахнул мне объятья Власов, кружа вместе со мной вокруг стола.

— Мне и тут хорошо, — улыбнулась я.

Ярослав сделал обманный маневр, дернувшись вперед, и, едва я бросилась в противоположенную сторону, схватил меня в объятья, крепко прижав к себе и уткнувшись носом в волосы.

— Да ты обжора! — обвиняюще воскликнул мужчина.

— А вот и нет, — запротестовала я.

— Еще какая! Ты начиналась, и теперь тебя не сможет затянуть ни в одну книгу. Скажи-ка мне, как мы будем тренироваться?

Я упрямо молчала, внутренне наслаждаясь моментом. В объятьях Власова было очень уютно и невероятно хорошо. То, что сейчас происходило между мной и Ярославом, было на гране флирта. Я боялась спугнуть счастливое мгновение.

— Вернись сейчас же! — закричала я и почувствовала, как меня обхватывают сильные лапы с огромными когтями.

— А-а-а! Поставь на место. Меня нельзя воровать, я не принадлежу сюжету книги и не вхожу в задумку автора.

Кто бы меня услышал?.. Совершенно проигнорировав логичные и дельные доводы, дракон подлетел к пещере и закинул меня внутрь.

Больно ударившись бедром, я покатилась по каменному полу.

— Невоспитанная ящерица, — простонала, вставая и потирая ушибленное место.

Когда я уже видела развязку и, что говорится, «свет в конце тоннеля», Раскольников бросил в нас топор. Тот пролетел совсем рядом и чудом не задел.

Вот нас поглотило белое сияние, и мы оказались сидящими на полу моей кухни. Катя закричала, все еще предполагая, что ей могут отрубить голову, и еще не осознав, где она.

— Ты как? — бросилась я к ней.

— Как-как… Зачем ты держишь в доме такие отвратительные книги?! Да еще и читаешь. Кошмар!

— Ты… — Я никак не могла понять, что именно говорит девушка.

Она не удивлена?

— У тебя же такое сильное соприкосновение с книгами, что нужно быть очень осторожной с путешествиями.

— Что?

В руках девушки, в клетке, зажались грызуны.

— Ох! — вырвалось уже у меня.

Они-то не будут стоять и ждать, пока я буду прикладывать их волшебной палочкой по темечку. Попробуем другой метод.

— Выпускай, но желательно по одной.

По одной, конечно, не получилось, и мыши выбежали все, а я только целилась в них и кричала:

— Лошадь! Лошадь! Лошадь!

Из палочки вырывались лучи света и, словно стрелы, летели в мышей… ну, или не совсем в них.

Из полдюжины подопытного материала перед нами стояли только четыре коняги.

— Четверка подойдет? — настороженно поинтересовалась я, пока девушка их подводила и впрягала в карету.

И то хлеб. Боюсь, если впрягу я, далеко мы не уедем.

— Да! — воскликнула Золушка, поглаживая морды лошадей.

— Так, теперь нам нужны крысы.

Девушка вновь скрылась в доме и спустя минуту вынесла уже клетку с тремя грызунами. Ну, выбирать я не буду: мне бы хоть в одну попасть. Поэтому едва они выбежали, из палочки вылетел луч.

— Кучер!

И вот на земле сидит мужчина — слава Богу, хоть в одежде — и ошалело смотрит по сторонам.

— Пока я даю инструкции твоему извозчику, набери еще ящериц в саду, — сообщила счастливой девушке, и та, даже не дослушав, скрылась в указанном направлении.

А я приподняла все еще немного шального мужчину и, объяснив, что от него требуется, указала на его рабочее место.

— Смотри, узнаю, что подвел Золушку, моя волшебная палочка найдет тебя, — пригрозила я.

Бывший крыс поежился и взобрался на козлы, а «крестница» уже несла в подоле ящериц. Набив руку, я быстро превратила всех четверых в лакеев и, проведя похожий инструктаж, отправила их по местам.

Пришла очередь Золушки.

Что здесь делать, я не представляла. Девушку никак нельзя лупить волшебной палочкой. К тому же, колдуя, как бы не превратить ее в крысу или чего похуже.

Но время сильно поджимало, и я решилась. Прожив с ней в одном доме пару дней, я представляла моду королевства. Вспомнив одну иллюстрацию из книги, представила на Золушке розовое платье, все переливающееся и блестящее.

Искусная прическа словно сама сложилась на ее голове, а сверху на дорогу свалились хрустальные туфельки, почему-то тоже розового цвета.

— Косяк, — пробормотала я, рассматривая обувь.

Переодевшись в любимую пижаму, я распустила волосы, которые, упав на плечи, завивались крупными кольцами. После чего уселась с новым томиком на диван и предвкушающе потерла руки.

Рядом, на журнальном столике, ждали своей очереди чашка с горячим чаем и кучка любимых конфет. За окном стучал дождь, а в комнате царил приятный полумрак, создаваемый светом торшера.

Несмотря на расставание с Леонидом, в душе разлилось тепло. Теперь предстояло окунуться в мир книги — мой собственный дурманящий опиум, что заставит забыть обо всем.

Открыв первую страницу, я начала читать, все больше погружаясь в сюжет, где прекрасная дева с аппетитными формами задержалась на работе и у нее сломалась машина. Я, с жадностью глотая строки одну за другой, не заметила, когда вымышленная автором реальность стала настоящей.

Поняв, что что-то не так, я распахнула глаза и увидела окружающую меня действительность. Вокруг все было черно-белое: сквозь описанную автором лесную чащу шла девушка, которую я так себе и представляла, углубляясь все дальше в лес, а меня, словно магнитом, тянуло за ней.

Глупая, что же она делает? Идет в логово какого-то оборотня. То, что именно туда, я не сомневалась: купленный сборник рассказов точно был про эту нечисть.

Кошмар! Неужели мои сомнения верны и я перенеслась в другой мир? Неужели миры, созданные авторами, на самом деле где-то существуют?

Очень кстати вспомнилось, что обещала соседке, дряхленькой бабульке, помочь с пересадкой комнатных растений. Собравшись постучать в смежную с моей квартиру, я услышала сзади кашель.

Повернувшись, увидела проживающую напротив Степаниду Алексеевну, любопытную и несносную пенсионерку, которая вечно все знает и видит.

— Добрый вечер, — вежливо поздоровалась я, занося кулак, чтобы постучать.

— Решили познакомиться со своим новым соседом?

Я замерла и, развернувшись, настороженно спросила:

— Какой сосед? Какое знакомство? Разве Валентина Павловна съехала?

На меня посмотрели с некоторой долей превосходства.

— Уже два дня как ее забрали дети к себе и продали квартиру.

— Так быстро…

— Долго ли умеючи. Может, они давно планировали переезд.

— Нет. Валентина Павловна только в начале недели говорила мне, что никуда не собирается.

— И тем не менее собралась. Если не верите мне, то можете познакомиться с новым жильцом сами, — недовольно проворчала женщина. — Молодежи в наше время и предлога не нужно. Видный такой мужчина…

В это время Дима наматывал круги по кухне, недовольно квакая. Повернувшись на мое появление, он узрел волшебный инструмент всех фей — волшебную палочку.

— Иди сюда, сейчас будем расколдовываться. — Я взмахнула волшебным инвентарем.

— Ква? — взвизгнула лягушка, на всех парах бросившись от меня прочь.

Я за ней, крича:

— Стой, дурной! Мне же надо избавить тебя от зеленой кожи, а ты никак не даешь!

А в ответ только паническое:

— Ква!

Споткнувшись и распластавшись на полу, я все-таки задела лягуха палкой и крикнула:

— Расколду-у-уйся!

Закружились розовые искры и пыльца, но ничего не произошло.

— Странно, — пробормотала я, поднимаясь, и посмотрела на забившуюся в угол рядом с холодильником цель. — В сказке срабатывало. Может, ты в душе лягушка и поэтому теперь останешься таким?

— Квак! — икнуло земноводное.

— А почему вы упаковываете книги? — спросила Катя, потянувшись к одной из них, которую я отложила, чтобы сдать в библиотеку.

— Сама пока еще не знаю, — со вздохом призналась я, ставя на стол чай и беря с другого конца книгу, чтобы закрыть ее.

И тут раздался женский крик. Я лишь с ужасом успела посмотреть на томик, как меня и Катю втянуло в роман.

Я осмотрелась вокруг: небольшая темная квартирка со старинной обстановкой и старуха, разговаривающая с молодым мужчиной. И с ужасом поняла, какую страницу открыла Катя.

— Ух ты! Мы внутри книги! И как все реалистично, хоть и черно-белое. А вот этот молодой чел…

Я закрыла ей рот ладонью, но было уже поздно: Родион Раскольников повернулся в нашу сторону.

Бледный мужчина, на пике душевных страданий, с топором в руке, с которого медленно капала кровь. Ему нечего терять.

— Он что, видит нас? И кто это такой?

— Это, Катя, милый мальчик Родя, который только что на наших глазах зарубил бабушку топором. И, кажется, он нас не только видит, но и слышит, — ответила я, начиная тихо отступать и попутно таща за собой девушку.

Судя по еще более побледневшему Раскольникову, он решился на второе убийство. Вернее, на два.

— Бежим! — крикнула я.

— Софья, тебе нужен стимул, — настаивал Ярослав, сидя рядом со мной в библиотеке за столом.

— Но не «Архипелаг Гулаг»! Ты смерти моей хочешь?

— Я выбираю романы, в которые тебе ни за что не захотелось бы попасть. Ты долго сидела на книжной диете, и сейчас тебя может утянуть практически в любое произведение, даже если ты его и не откроешь.

Я же, насупившись, продолжала стоять на своем, хотя прекрасно понимала, что Ярослав прав.

— А тебе первым делом нужно научиться контролировать хотя бы путешествия, после чего мы сможем двинуться дальше.

Власов направился ко мне с томиком Солженицына в руках, и я, вскочив, спряталась ему за спину.

— Софья, не будь ребенком, — улыбнулся Ярослав, поворачиваясь вокруг и пытаясь меня выманить.

— Если я попаду в этот кошмар, что ты держишь в руках, то только вместе с тобой.

Власов резко развернулся и смог меня поймать. Правда, Солженицын полетел на пол.

Я застыла в руках мужчины, боясь пошевелиться и спугнуть момент.