Цитаты из книги «Платформа», страница 8

Вот она, культура, думал я; от нее тоскливо и хорошо; каждого она отсылает в его собственное небытие.

Я насмотрелся выставок, вернисажей и выдающихся перформансов и пришел к окончательному заключению: искусство не может изменить жизнь. Мою уж точно нет.

«Уже первые строчки Корана поражают убогой тавтологией: «Нет Бога, кроме Бога единого» и так далее. Согласитесь, на этом далеко не уедешь.»

«Разве мог бы ислам возникнуть в этом прекрасном краю? – И он снова с восхищением указал на долину Нила. – Нет, месье . Ислам мог зародиться лишь в бессмысленной пустыне у чумазых бедуинов, которые только и умели, что, извините меня, верблюдов трахать. Обратите внимание, месье : чем ближе религия к монотеизму, тем она бесчеловечней, а из всех религий именно ислам навязывает самый радикальный монотеизм. Не успев появиться на свет, он заявляет о себе чередой захватнических войн и кровавых побоищ; и пока он существует, в мире не будет согласия. На мусульманской земле никогда не будет места уму и таланту.»

«В нашем распоряжении есть постоянный, легко доступный источник наслаждения – половые органы. Бог, как на грех сотворивший нас недолговечными, никчемными, злыми, предусмотрел хоть такую слабую компенсацию.»

«Никогда бы не подумал, что буду находить удовольствие в стряпне. Вот до чего доводит любовь.»

О своей жизни помнишь немногим более, чем о некогда прочитанном романе, пишет где-то Шопенгауэр.

Что может побудить людей выполнять скучную и тяжелую работу? Вот, на мой взгляд, единственный осмысленный вопрос в политике. Из рассказа старика напрашивался удручающий и беспощадный вывод: только деньги; во всяком случае, совершенно очевидно, что революция не создала нового человека, способного руководствоваться более альтруистическими мотивами.

...любители экскурсий жаждут прежде всего увидеть воочию подтверждение того, что вычитали в путеводителях.

Я ощущал в нем какую-то подлинность; не исключаю, правда, что подлинным было его ничтожество.