Читать книгу: «Сказки природы. О сильванах»

Пролог

Давным-давно, когда цветы и травы были такими большими, что можно было заблудиться в них, как в лесу, жили в лугах сильваны – духи трав и цветов. Вернее, сильваны живут в лугах и до сих пор, но мало кто видит их. Когда-то злые люди обидели добрых духов трав, и после этого цветочные волшебники предпочитают прятаться от людских глаз.

Чем же занимаются травяные духи? Они выращивают растения. Именно благодаря сильванам, с приходом Весны земля покрывается травой, цветами и радует нас своей красотой.

Внешне духи трав очень схожи с людьми, только гораздо меньше их ростом – размером с детский мизинчик. Но живут сильваны много дольше, чем люди. По 600-800 лет! А еще у зеленых духов есть легкие крылышки, с помощью которых они порхают с цветка на цветок, с травинки на травинку…

Эта история, друзья, поведает вам об одном из королевств сильванов, которое располагалось на огромном лугу, где жило множество травяных духов.

Рано утром просыпались они, выходили из своих домиков-цветов, умывались росой, а после летели на луговой холм, который назывался Священной горой Салейной. На Салейне, в самом большом и красивом цветке, жил король травяных духов – Сильвио.

Здесь, на Священной королевской горе, встречали зеленые волшебники рассвет и хором пели прекрасную песнь Приветствия восходящему Солнцу и новому дню.

Солнышко улыбалось сильванам, цветы источали дивный аромат, а насекомые, птички и мелкие зверьки, обитавшие на лугу, как завороженные, слушали волшебные звуки мелодии, исполняемой оркестром кузнечиков.

После утренней песни сильваны принимались за свои обычные дела: ухаживали за травами и цветами, занимались лечением больных растений, проращивали семена. Оттого-то травы на лугу росли высокие, густые и сочные, а цветы – пышные и необыкновенно красивые!

Натрудившись, духи трав отдыхали в своих домиках или резвились на лугу: играли в прятки и догоняшки, качались на травинках-качелях, летали друг к другу в гости.

В жаркие дни сильваны отдыхали в тенистых переплетениях зеленых трав или купались в бассейнах – глубоких и широких чашечках цветов, куда специально собиралась роса и дождевая вода.

А что же кушали зеленые волшебники? То, что давала им Природа. От растений травяные духи получали целебные напитки, сладкие пыльцу и нектар. Пчелы угощали сильванов медом, муравьи – кисленьким соком, а птички приносили им орехи и ягоды из ближайшего леса.

Вечером снова собирались цветочные волшебники на Салейне и встречали закат. Они дружно исполняли песнь Благодарения Природе, Солнышку, прожитому дню, а затем уходили в свои домики-цветы и засыпали до утра.

Так жили сильваны на протяжении теплого времени года, а с наступлением холодов спускались под гору Салейну. Там у них был устроено целое подземное жилище, в котором духи трав крепко спали до прихода Весны.

Весною же, когда Солнышко щедро обогревало землю, маленькие «цветочники» просыпались и радостно приветствовали друг друга! Спавшие в земле корешки и семена согревались теплым дыханием сильванов, пробуждались и начинали прорастать. Так появлялись первые цветы и травы.

Солнце светило ярче, земля прогревалась лучше… Трава росла и входила в силу, цветов становилось все больше и больше… И вот тогда-то сильваны покидали место своей зимовки. Это был настоящий праздник!

Травяные духи собирались на вершине заветной горы Салейны, пели Приветственную песнь Природе, Солнцу, Весне, друзьям, а затем король Сильвио объявлял бал, на который приглашались все обитатели луга: насекомые, птички, мелкие зверьки… Даже старая улитка приползала от лугового родника!

Хозяева и гости «до упаду» танцевали под музыку оркестра кузнечиков, а улитка выписывала такие кренделя своими рожками, что местные хомяки надрывали животики от смеха!

Завершался бал на закате песней Благодарения, после чего сильваны провожали гостей и отправлялись спать. А на следующий день жизнь травяных духов входила в свой обычный ритм.

Глава 1

Удивительная находка

Однажды теплым летним днем, сильвана Малена обнаружила на берегу лугового ручья странный сверток, походивший на большой кокон.

– Какая огромная гусеница! – удивилась Малена.

Гусеница шевельнулась и издала вопль, оглушивший сильвану. Та испугалась и помчалась на Салейну, чтобы сообщить королю о странной находке.

Весть о необычном коконе быстро облетела весь луг. Духи трав во главе с Сильвио немедленно явились к роднику. Они кружили в воздухе над свертком, рассматривая его, а Малена даже решилась спуститься к необычной гусенице.

– Не приближайся к ней, это опасно! – предупредил цветочную фею его величество.

Малена пропустила мимо ушей слова короля.

– Глядите, у гусеницы личико такое же, как и у нас, – сказала она, рассматривая удивительный кокон, – только глазки у нее не зеленые, а серые… Серые, как дождливое небо!

Сильвио тоже спустился к свертку, а за ним и все остальные.

– Смотрите, у нее и носик есть, и ротик! Как у нас! – продолжала Малена. – Какая большая и красивая гусеница!

Король удивился смелости сильваны, а гусеница снова шевельнулась и запищала так, что духи трав бросились врассыпную. Малена юркнула в заросли трав. Сильвио оказался рядом с ней…

– Не бойся, я с тобой, – шепнул он цветочной фее.

Гусеница продолжала двигаться. Оболочка ее обмякла, и из-под нее вдруг показалась…рука! Затем – вторая …

– Да это же человек! – ахнула Малена и выпорхнула из своего укрытия. Король последовал за ней.

– А точнее – человеческий ребенок, – назидательно поправил сильвану подоспевший первый королевский советник Майерс.

Он был самым старым из травяных духов и считался самым умным среди них. Сильваны побаивались его, ведь первый королевский советник был еще и первым королевским магом! Он знал огромное количество волшебных заклинаний, умел колдовать и готовить чудодейственные зелья и порошки.

По правде говоря, каждый сильван владел подобными знаниями, но Майерс занимался еще и новыми открытиями в области магии. Он был большим ученым! Столько, сколько знал первый маг, не знал никто.

Духи трав снова приблизились к маленькому человеку, окончательно освободившемуся от ткани, в которую был завернут. Человечек сучил ножками и что-то лепетал.

– Осторожнее! – предупредил Майерс травяных духов, – не подходите к нему близко! Он может случайно зацепить кого-нибудь и покалечить.

– Как человеческий ребенок оказался здесь? Не могли же люди потерять его?! – удивился король Сильвио. – Люди не ходят на наши луга!

– Его оставила женщина, – сообщила старая улитка, которая все это время сидела на камне и наблюдала за происходящим.

– Как оставила? Какая женщина? – недоумевали сильваны.

– Это была не очень молодая женщина, бедно одетая, – охотно объясняла улитка. – Она пришла к роднику с того берега, со стороны человеческих лугов. Пришла, перешла ручей вброд, положила ребенка на траву и села рядом. Ребенок спал, а женщина плакала. Наверное, это была мать малыша. Затем ребенок проснулся и запищал. Ох! До чего же пронзителен его голос! Я чуть не оглохла! Ах, бедные мои ушки…

– Что же было дальше, уважаемая Урсула? – спросил король.

– Да что?.. – вздохнула та. – Женщина прижала ребенка к своей груди, и он моментально затих. Я подумала, что малыш снова уснул. Ан, нет! Младенец смирно лежал на руках женщины и странно причмокивал! Причмокивал так, как я, когда вы угощаете меня цветочным нектаром. Ребенок будто что-то пил! Впрочем, я не видела, чтобы женщина поила его. Ах, вот заговорила о нектаре! И так захотелось его испить! Милые сильванчики, угостите старую Урсулу нектаром, пожалуйста…

– Да угостим-угостим, – перебил Майерс словоохотливую собеседницу, – завершишь ты свой рассказ или нет?

– Благодарю, – улитка расплылась в улыбке и продолжила:

– Так вот…Маленький человек чмокал-чмокал, а затем умолк. Оказалось – он уснул! Женщина немного покачала его на руках и снова положила на траву, вот на это самое место, где он сейчас и лежит. А затем…

Улитка тяжело вздохнула:

– Затем женщина ушла. Уходя, она плакала.

Урсула зашмыгала носом и тоже готова была расплакаться, но Сильвио поспешил спросить:

– Куда же пошла мать человеческого ребенка? Или ты не видела?

– Как это не видела? – рассказчица обиженно пошевелила рожками. – Разве я слепая? Женщина ушла туда, откуда пришла. Она перешла ручей обратно, с того берега еще раз взглянула на кроху и удалилась в заросли. Я ждала-ждала… Думала, может она еще вернется? Но женщина так и не вернулась.

Расчувствовавшаяся улитка высморкалась в травинку.

– Надо же! Не побоялась явиться сюда! – удивилась одна из сильван – Майя. – Не побоялась прийти на луг сильванов!

– Да-да, обычно люди сюда не ходят, – согласилась с ней подружка Лилия.

А все дело в том, что изначально духи трав жили на всей огромнейшей луговой территории. Однажды пришли в те места трудолюбивые, но безжалостные люди. Они выкосили часть травы, вырубили много деревьев и кустарников, построили дома и развели хозяйство. В тот первый покос погибло много травяных духов, попавших под острое железо! Умирая, каждый сильван превращался в сухую травинку….

Духи трав, оставшиеся в живых, улетели далеко за ручей – в те луга, что прилегали к лесу. Люди же остались хозяевами лугов, раскинувшихся по другую сторону от родника. Таким образом, луговое пространство разделилось на две части.

Несмотря на то, что сильваны жили теперь за ручьем, ближе к лесу, они продолжали ухаживать за растениями на обоих участках луга. И все же в той части луга, которая служила домом травяным духам, растительность была сочней и пышней, нежели на территории, принадлежавшей людям.

Деревенские жители на луг к сильванам не ходили – далеко было, да и не нужно. Для выпаса скотины им вполне хватало своих лугов. Лишь иногда, в жаркие дни навещали люди родник, чтобы утолить жажду, но вскоре и туда забыли дорогу. Очень уж пугали их густые заросли трав на противоположном берегу ручья. Так и казалось, что выйдет оттуда какое-нибудь чудище! А еще пугались люди и странных «стрекоз», стайки которых иногда вылетали из густых трав и кружили над незваными гостями. Эти «стрекозы» были похожи на маленьких крылатых людей!

Со временем человеческие тропинки к роднику заросли, а сам ручей стал, своего рода, границей между двумя лугами: лугом сильванов и лугом людей.

– Уж не побоялась! – согласился с Майей и Лилией первый советник короля. – Знала, где оставить ребенка! Понимала, что здесь его люди не найдут, ведь человек не бывает в этих местах! Видать, желала малышу гибели! О, жестокие человеческие нравы!

– А давайте оставим человечка у нас! – предложила Малена. – Мы не дадим ему умереть. Верно, сильваны?

– Верно! Верно! Он такой хорошенький! – закивали духи трав.

– Оставлять человека у нас нельзя. Его место среди людей, – строго напомнил Майерс.

– Но люди отказались от него, а мы нашли ребенка, – возразила советнику Малена. – Сильваны – добрый и справедливый народ. Мы не можем поступить с ребенком так, как поступили с ним его сородичи. Либо мы оставим малыша у нас, либо он погибнет!

Сильвио с интересом глядел на Малену. Его привлекала смелость и трепетность феи.

– Раз людям ребенок не нужен, – продолжала сильвана, – значит, пусть он живет у нас.

– Духи трав, не вздумайте! – вскричал Майерс. – Нельзя оставлять человека у нас! Наделает он нам еще бед! Разве забыли вы, как поступили с нами люди? Они пришли на луга и уничтожили столько растительности! Вспомните, сколько сильванов тогда погибло! Мы и так слишком добры к человеку. Вопреки его злодеяниям, мы продолжаем выращивать траву, а человек пользуется плодами наших трудов! К примеру, кормит травой своих животных. Но где, скажите мне, людская благодарность? Нет ее!

– Что скажете, сильваны? – обратился к своему народу король.

– Да что тут говорить, ваше величество? – возмутился советник. – Наш Древний Священный Закон не дает нам права принимать в Стихию Трав и Цветов обыкновенных людей!

– А ведь были случаи, когда люди жили у нас, – напомнила Малена.

– Она права, Майерс, – поддержал король маленькую фею. – Действительно, такое бывало у нас.

– Бывало, жили, – неохотно согласился Майерс, – но таких случаев было, всего лишь, два-три… Люди заблудились тогда в луговых зарослях. Мы оставляли человека у себя на короткое время, с тем, чтобы помочь и отпустить восвояси! Сейчас же речь идет о беспомощном младенце, которого люди подбросили нам. Разве мы должны растить ребенка и заботиться о нем? Нет. У нас своих дел хватает.

– Но если мы не приютим малыша, он погибнет без пищи и воды, – взволнованно сказала Лилия. – Или скатится в ручей и утонет…

– Не утонет, – успокоил советник маленькую фею. – Мы отнесем ребенка на луг к людям, ближе к человеческим жилищам. Там малыша обязательно увидят и подберут.

– Но он может погибнуть до того, как его найдут! – возразила Малена. – К примеру, от голода и жажды, от холодного дождя… Да мало ли…

– Это верно, – кивнул король, – и вот что я думаю: от ребенка отказались его собратья. Неужели откажемся и мы? Нет, мы не будем уподобляться злым людям. Мы оставим ребенка у нас.

Сильваны зашумели:

– Пусть малыш останется! Он нам не помешает!

– Посмотрите, какой он хорошенький!

Майерс негодовал: «Кажется, король и сильваны на стороне Малены?! А как его величество смотрит на дерзкую девчонку! Чего доброго, еще назначит ее первой королевской советницей!»

Но тут первый советник и маг вспомнил, что по закону все должности при короле могут занимать сильваны исключительно мужского пола, и успокоился.

– Ваше величество, – начал Майерс уверенным тоном, – Малена права в том, что сильваны – добрый и справедливый народ. Но справедливо ли нарушать Древний Священный Закон…

Советник не договорил, так как все вокруг засмеялись.

– Что? Что смешного я сказал? – оскорбился старик.

Но травяные духи не слушали его. Они глядели на маленького человека, в ручку которому попал стебель травы. Им лепечущий ребенок пытался дотянуться до вредного Майерса.

– До чего мил этот малыш! – воскликнул король и расхохотался.

– Очень, очень мил! – подтвердили сильваны.

– Как он потешен! – в один голос проговорили Лилия и Майя.

– Решено! Маленький человек остается у нас! Мы позаботимся о нем. Не дадим погибнуть младенцу! – объявил Сильвио и посмотрел на Малену.

Та благодарно улыбнулась его величеству, а травяные духи радостно зашелестели и захлопали в ладоши:

– Здорово!

– Мы будем растить человеческого ребенка!

– Такого дива не случалось ни в одном королевстве сильванов!

– Королю виднее, – обиженно проронил первый маг и полетел прочь.

За ним помчались его ученики.

– Где это видано? – бубнел себе под нос Майерс. – Пренебречь советами первого королевского советника! Пойти на поводу у взбалмошной девчонки! Ну, погоди же, Малена!

Глава 2

Луговая жизнь маленького человека

В этот же день мыши и хомяки перетащили человеческого ребенка подальше от ручья в луга сильванов.

Его поселили у подножия горы Салейны под густым переплетом трав, рядом с высокими колокольчиками. Малыша уложили на мягкий травяной тюфячок и укрыли одеяльцем, сшитым из цветочных лепестков.

Главной нянькой была назначена Малена, а помогать ей вызвались Лилия и Майя.

Майерс злился про себя: «Ишь, должность получила… Ну, ничего! Посмотрим, как девчонка справится! Интересно, чем она будет кормить ребенка?»

А накормить малыша оказалось не так-то просто! От пыльцы с нектаром он отказывался и все время плакал. Опечаленная няня рассказала об этом королю, и тот немедленно вызвал к себе первого советника.

– Мы не знаем, как накормить маленького человека. Что нам делать, Майерс, подскажи? Ты ведь самый мудрый в моем королевстве, – обратился Сильвио к советнику.

– Ваше величество, – начал Майерс, – зачем не послушали меня? Зачем не вернули ребенка людям? На что нам эта обуза? Я же говорил…

– Ну-ну, не ворчи, мой первый маг, – миролюбиво остановил его король, – что случилось – то случилось. Лучше помоги мне, пожалуйста! Ведь ты знаешь, как я уважаю и ценю тебя.

– Только ради вас, уважаемый король! Только ради вас! – воскликнул расчувствовавшийся старик и поведал о том, что люди выкармливают своих детей белоснежным нектаром, полученным от больших, дурно пахнущих животных.

– Это те животные, которые гуляют на лугах и поедают выращенную нами траву? – поинтересовался король.

– О да, ваше величество. Хочу предупредить, что встреча с этими животными опасна для нас, ибо мы – малы, а они – огромны! Этим животным ничего не стоит раздавить нас или проглотить. Не надо связываться с ними!

– Но как же тогда мы накормим ребенка? – спросил Сильвио.

– Никак! – ответил Майерс. – Надо вернуть малыша людям!

– Благодарю тебя, мой мудрый друг, за подсказку, – улыбнулся его величество, – ты можешь идти.

– А что же с ребенком?

– Я приму решение.

Действительно, решение было принято. После разговора с Майерсом в жизни травяных духов произошли изменения.Теперь с утра до полудня одни сильваны занимались своими обычными «растительными» делами, другие же летели в луга, принадлежащие людям, где паслись деревенские коровы и козы.

Ожидая свою хозяйку, каждое животное мычало и блеяло, а из вымени его вытекало и капало на траву молоко. Эти белоснежные капельки сильваны собирали в маленькие чашечки цветов и несли на свой луг.

Приходили из деревни крестьянки доить скотину. Духи трав кружили над женщинами, а самые смелые пытались черпать молоко прямо из полных ведер.

– Кыш! – кричали хозяйки. – Ну и развелось же стрекоз этим летом! Проходу не дают! Кыш! Да какие странные! Уж не те ли это стрекозы, что живут за ручьем?!!

Летали сильваны и в деревню, где во дворах, за столами во время обеда люди пили молоко из глиняных кружек. Прячась в ветвях деревьев, духи трав терпеливо ожидали окончания обеда. А когда насытившиеся люди уходили в дома отдыхать, сильваны порхали на столы и, отталкивая наглых мух, собирали капли пролитого молока.

Духи трав пробовали молоко и говорили:

– Какой удивительный нектар! Кто бы мог подумать, что из зеленой травы, выращенной нами, получается такая белая и вкусная пища для людей!?

– Кыш! – кричали хозяйки, убиравшие со столов посуду.

Женщины размахивали тряпками так, что травяные духи еле успевали увернуться от оплеух.

– Ну и стрекоз в этом году! – возмущались крестьянки. – Просто напасть какая-то!

Собранное молоко сливалось в большие, широкие листья подорожника и лопуха. Этого молока малышу вполне хватало на день и ночь.

Горячими лучами Солнышко кипятило молоко, а когда оно остывало, им поили маленького человека. Теперь ребенок не плакал от голода. Целыми днями лежал он на своем тюфячке, сытый и довольный. От дуновения ветерка колокольчики звенели, а ребенок вслушивался в эти «серебряные» звуки, улыбался и подпевал.

Прошло некоторое время. Цветочные духи очень устали. Устали и няньки, ведь им приходилось день и ночь быть при малыше. Феи кормили ребенка собранным молоком, поили кипяченной родниковой водичкой, ухаживали за младенцем, укладывали его спать…

Маленький человек привык к цветочным феям и полюбил их. Особенно полюбил он Малену. Мальчик (это оказался мальчик) подставлял главной няне ладошку, на которую фея садилась, а ребенок внимательно разглядывал удивительную маленькую «куколку».

Малена назвала мальчика Яном.

Как-то ночью она уговорила подружек не давать молока проснувшемуся ребенку, а напоить его цветочным соком. Надо сказать, что и раньше маленькие феи пыталась сделать это, но тогда пить нектар Ян отказался наотрез. На этот раз попытка сильван увенчалась успехом. Ян, хотя и покапризничал, но выпил цветочную чашечку нектара, после чего сладко уснул.

Подобное повторилось еще пару раз, и после этого ребенок вовсе перестал просить кушать по ночам. С этих пор он крепко спал в ночное время, а если и просыпался, то лишь для того, чтобы попить водички или нектара.

Для нянек это оказалось большим облегчением! Теперь днем, как и прежде, подружки заботились о ребенке вместе, а в ночное время уже находились при нем по одной. Наконец-то травяные феи могли выспаться, как следует!

Остальным сильванам тоже стало легче. Ведь молока потребовалось меньше, и духи цветов получили больше времени на отдых. А еще все очень радовались тому, что Ян пьет цветочный нектар. Ведь этот напиток очень полезен для здоровья!

Узнав о сообразительности Малены, король Сильвио похвалил ее в присутствии всех на Салейне. Глядя на главную няньку, он думал: « Как умна эта фея! И как красива! Почему я раньше не замечал этого!?»

Духи трав радовались за Малену. Один лишь Майерс ворчал:

– Лучше было бы вовсе не сваливать на себя эту обузу. Надо же! Первого советника королевства не послушали! Послушали смазливую девчонку! А король, похоже, совсем потерял голову из-за нее!

То, что Сильвио относится к Малене по-особенному, заметили все травяные духи. Его величество часто приглашал главную няню к себе и беседовал с ней о том, как растет и развивается ребенок. Малена рассказывала, а Сильвио слушал нежный голосок феи, глядел в ее зеленые глаза и «тонул» в них, словно в густых травах…

«Как она красива, как умна, как добра и нежна… – про себя восхищался он Маленой. – Замечательная была бы королева!»

Сначала главная няня радовалась вниманию его величества. Еще бы! Сам король покровительствует ей! К тому же, Малена поняла, что и сама не равнодушна к Сильвио. Но когда вся округа заговорила о том, что Сильвио и Малена влюблены друг в друга, то страшно рассердился Майерс. Выражали недовольство и его ученики – сообщество молодых магов, которые обожали своего учителя и беспрекословно ему подчинялись.

– Где это видано? – возмущались они. – Король ухаживает за простой сильваной!!! Это нарушение нашего закона! Какими чарами околдовала Малена его величество? Ведь он смотрит только на нее, слушает только ее!

Слыша такое про себя со всех сторон, маленькая фея стала избегать встреч с королем. Но уйти от внимания Сильвио было не так-то просто. Он искал няню повсюду.

Часто путь королю преграждал Майерс. Он начинал читать его величеству мораль, но Сильвио обрывал назойливого советника на полуслове и мчался на поиски прятавшейся в луговых травах Малены.

Ученики Майерса беспокоились:

– Безобразие! Мнение первого советника уже не в счет? Как такое возможно? Кто самый умный и знающий в нашем королевстве? Майерс! А кто первый мудрец нашего государства? Майерс! Только он может дать единственно верный совет! К тому же, Майерс – первый королевский маг! С ним лучше не ссориться!

Что касается остальных сильванов, то они поддерживали главную няню, но тайно, так как боялись первого мага королевства. А Майя и Лилия говорили подруге:

– Счастливая ты, Малена! Король влюблен в тебя!

– Ах, оставьте, – отмахивалась главная няня, – вы же знаете, что он помолвлен с принцессой Эмилией!

– Это так, – кивали подружки, – но наш король Сильвио – решительный сильван! Если захочет сделать по-своему, то непременно сделает!

Принцесса Эмилия жила в лугах, которые раскинулись далеко за лесом. Прошлым летом Сильвио побывал у нее в гостях и влюбился в красавицу. Они обручились, а этим летом собирались сыграть свадьбу.

– Что же будет? – шептались цветочные духи. – Малена ведь простая фея, а Эмилия – принцесса. К тому же, Сильвио и ее высочество – помолвлены. Кого выберет король: Эмилию или Малену?

На этот вопрос никто не знал ответа.

Глава 3

Новая идея Малены

Цветочные духи полюбили маленького человека. Каждый день они прилетали поиграть с ребенком. Сильваны кружили над ним стайками, а малыш ручками пытался поймать их. Поймав, тут же отпускал, словно понимал, что может раздавить или покалечить маленьких друзей.

– Как сообразителен этот мальчик! Как ласков и умен! – восхищались духи трав малышом.

Как-то Малена и ее помощницы в очередной раз попытались угостить мальчика цветочной пыльцой. И о, чудо! В это раз ребенок принял угощение.

– Наш мальчик растет! – обрадовались няньки и принялись скручивать травяные жгутики.

Эти жгутики подружки макали в пыльцу, как в сахарную пудру, а затем подносили их ко рту ребенка. Мальчик слизывал сладкую пыльцу со жгутиков и причмокивал от удовольствия. Лакомство пришлось ребенку по вкусу.

– Наш Ян – настоящий сильван! – радовались няньки.

И снова Сильвио похвалил Малену при всех на Салейне, чем очень досадил Майерсу.

В самом деле, мальчик рос в природной среде, на свежем воздухе, как настоящий луговой житель. Кроме коровьего и козьего молока, он пил цветочный нектар, кипяченную родниковую воду, целебные травяные отвары…

Человечек ел сладкую пыльцу, ягодные пюре, измельченные полезные травы и корешки. А еще сильваны собирали на лугах и полях съедобные семена, зернышки и варили из них каши. Каши смешивались с молоком или ягодами, и маленький Ян с удовольствием лакомился этими блюдами.

Хлопот с мальчиком становилось все меньше, а свободного времени у сильванов – больше. Теперь уже и днем няни могли находиться при малыше по одной, но по привычке прилетали к нему каждый день и проводили с ним столько времени, сколько хотели.

Мальчик рос, развивался и радовал травяных духов. Лишь один вопрос беспокоил Малену: «Как маленький человек перенесет приход Зимы?»

В один из дождливых летних дней, отдыхая в своем любимом цветке цикория, няня услышала тихий стук.

– Кто там? – выглянула она в окошко.

На крылечке домика стоял король Сильвио в длинном ромашковом плаще.

Малена открыла дверцу:

– Вы, ваше величество? Здесь? В такую погоду? Входите, прошу вас…

Сильвио юркнул в жилище сильваны. Здесь было тепло и уютно. Король извлек из-под плаща лакомство – медовый тортик в пыльцовой пудре и вручил его фее.

– Благодарю! – вспыхнула Малена и, приняв гостинец, захлопотала.

Усадила короля на мягкий диванчик-одуванчик, принесла цветочного чая, разделила тортик на кусочки. Король и няня ели вкусный торт, пили сладкий напиток и болтали о всяческих пустяках. Воспользовавшись моментом, фея решила поговорить с его величеством о Яне.

– Мой король… – начала она.

– Да, Малена, я слушаю тебя.

– Я хотела сказать, ваше величество, что Лето скоро уйдет от нас. Придет Осень, а затем и Зима…

– Так что же беспокоит тебя, милая? – ласково спросил Сильвио, взяв Малену за руку.

Фея смутилась и пролепетала:

– Я хотела, ваше величество… Я хотела…

– Да, дорогая, – разволновался Сильвио, – я слушаю тебя, очаровательная…

Главная няня осторожно высвободила свою ладошку из сильной руки короля и промолвила:

– Выдержит ли человеческий малыш зимовку?

– Какую зимовку? – не понял Сильвио.

Меньше всего сейчас ему хотелось говорить о делах.

– Ну, как же, ваше величество?.. Если человеческий ребенок остался у нас, то мы должны подумать о том, как он будет зимовать. Мы спим в зимнее время в подземном городке, а сможет ли там находиться маленький человек?

– Ах, вот ты о чем… – вздохнул Сильвио.

– Это важный вопрос, ваше величество. Нам надо его решить.

– Никакой личной жизни, – пробормотал король, – все дела да дела. Что же ты предлагаешь, главная няня?

– Послушайте, ваше величество, – сказала фея, – мне рассказывали гномы, что некоторые люди работают под землей, добывая нужные породы камня. Подземное пребывание они переносят хорошо, но это, в основном, взрослые люди. А вот маленькому человеческому ребенку, наверное, будет не под силу находиться под землей, да еще и всю долгую Зиму.

– Да, верно, – кивнул Сильвио, – маленький человек – не гном и не сильван.

– Ваше величество, нам нужно превратить маленького Яна во взрослого!

Король задумался, а Малена продолжила:

– Необходимо вырастить ребенка до прихода холодов. А потом вместе с нами он спустится в подземный городок и перезимует. Я уверена, став взрослым, человек легко перенесет подземное пребывание.

– Да, но как сделать малыша взрослым? – вздохнул Сильвио.

– Ваше величество, наверняка первый королевский советник знает, как это сделать.

– Но… Дорогая няня, тебе известно, что главный советник не любит маленького человека?

– Что делать, ваше величество? Раз уж мы оставили мальчика у нас, то должны хорошо позаботиться о нем. Зря Майерс настроен против Яна. Когда малыш вырастет, мы научим его нашим премудростям. Это поможет ему лучше узнать нас и понять Природу. Люди часто обижают Природу, не понимая, что Природа – это источник жизни…

Малена говорила, а король слушал ее и кивал. Сильвио был полностью согласен с главной няней, но ему совсем не хотелось говорить с первым советником о человеческом ребенке. Сильвио вообще не хотел разговаривать с Майерсом! Только вчера они беседовали. Беседа касалась женитьбы короля:

– Ваше величество, – сказал Майерс, – осмелюсь напомнить, что этим летом должна состояться ваша свадьба с принцессой Эмилией…

– Почему ты говоришь мне об этом? – нахмурился Сильвио. – Как ты смеешь?

– Смею, ваше величество! Я забочусь о королевстве! Подумать только! Каждый сильван… Ой, да что сильван? Каждая букашка на этом лугу говорит о том, что король собирается жениться на простой фее Малене! А ведь Закон Духов гласит: «Особы королевского происхождения обязаны жениться только на особах королевского происхождения!»

Я совершенно уверен в том, ваше величество, что вы не нарушите закона. Помолвка ваша с Эмилией уже давно состоялась, так что пора бы и свадьбу сыграть. Принцесса ждет-не дождется вестей от вас!

Советник умолк. Он ожидал ответа Сильвио.

– Ты прав, – вздохнул король, – как-то неучтиво с моей стороны. Мы с Эмилией обручились и расстались на долгую Зиму. Прошла Весна, в разгаре Лето, а я даже письма не послал принцессе. А ведь она была так любезна со мной! Так хорошо приняла нас у себя прошлым Летом! Вот что, Майерс, попроси-ка ты друзей-пчел приготовить для меня их фирменный торт. Я пошлю его принцессе в подарок вместе с моими приветствиями.

– Я рад, что вы все понимаете верно, мой король, – обрадовался Майерс, – сегодня же торт будет готов и отправлен вашей невесте.

Советник хотел, было, лететь к пчелам, но Сильвио остановил его:

– Да, вот еще что…

– Слушаю, ваше величество!

– Попроси пчел приготовить два торта, – сказал король, – один – для Эмилии, а другой… для меня.

– О, с удовольствием, – улыбнулся Майерс, – я знаю, что мой король – сладкоежка!

      И советник умчался к пчелам, не предполагая, что второй торт предназначен Малене.

      Сейчас его величество вспомнил о вчерашнем разговоре с первым магом и помрачнел.

– Мне пора, – сказал он, грустно посмотрев на маленькую фею.

      Он так и не сказал ей того, ради чего пришел.

– До свидания, Малена.

– До свидания, ваше величество…

Король улетал на Салейну, а Малена глядела ему вслед и тихо плакала. Маленькой фее казалось, что Сильвио покидает ее навсегда.

Глава 4

Решение сильванов

На следующий день после песни Приветствия король обратился к своим подданным:

– Сильваны, я хочу поговорить с вами о мальчике, которого мы приняли в нашу семью.

Сильвио поискал глазами Малену. Она сидела на травинке рядом с Майей. С ребенком сейчас находилась Лилия.

– Я много думал, – сказал Сильвио, – правильно ли мы поступили, оставив маленького человека у нас. Считаю, что правильно, иначе бы ребенок мог погибнуть без нашей заботы.

– Правильно! Ваше решение – верно! Правильно, о, справедливый король! – соглашались с королем цветочные духи.

– Прошло время, – продолжил Сильвио, – ребенок окреп. Внимательные няни и все вы, уважаемые сильваны, приложили много усилий к этому. Маленькому человеку у нас хорошо. Но близятся холода, и надо подумать о том, как малыш будет зимовать.

– Вместе с нами! В подземном городке! – зашелестели цветочные духи.

– А выдержит ли человеческий ребенок зимовку под землей? – подал голос Майерс.

– Выдержит ли? Выдержит ли? – переговаривались между собой сильваны и пожимали плечами, не найдя ответа на этот вопрос.

– То-то и оно! – торжествующе воскликнул советник. – Не слушали меня? Не вернули ребенка людям? Вот и получили!

– Что скажешь по существу, советник? – спросил король.

– А то и скажу, что не перенести ребенку подземной зимовки. Слишком мал человек для этого!

– Тогда давайте превратим ребенка во взрослого! – предложила Малена.

– Что? Зачем? – изумился Майерс.

– Взрослый человек непременно перенесет зимовку под землей. Гномы рассказывали мне, что иногда многие люди живут в подземных жилищах…

– Да понимаешь ли ты, Малена, что говоришь? – вспылил советник. – Зачем нам в нашей среде взрослый человек? Я уж не говорю о том, что под землей надо будет приготовить для него особое место! Ведь, став взрослым, ребенок чрезмерно вырастет! Кроме того, он не сможет, как мы, спать на протяжении всей Зимы! Следовательно, специально для человека мы должны заготовить под землей запасы пищи и воды на долгую Зиму!!! Вы понимаете, какой это труд? И для чего? Для кого? Для человека?! Ваше величество! И вы, сильваны! Послушайте меня, прошу вас! Хоть ребенок и живет у нас – сильванов, от этого он не перестает быть человеком. Он – не дух трав! Ему не место среди нас!

– Верно! Верно! – зашумели молодые маги. – Никогда человеку не стать сильваном!

– Это так, это так, – соглашались с ними и другие травяные духи, – что верно, то верно…

– Ваше величество, позвольте мне сказать! – попросила Малена.

– Говори, – разрешил король.

– Сильваны! – обратилась фея к духам трав. – Конечно, человек останется человеком! Но разве он не похож на нас?

– Похож, похож! – кивали духи.

– Да и разве важно, похож или нет? Птицы и животные на нас не похожи, но это не мешает нам любить их, а им любить нас. Так почему мы не можем любить маленького человека, брошенного людьми?

– Ты сама ответила на свой вопрос! – сурово произнес Майерс. – «Брошенного» – сказала ты. Жестокие люди бросают своих детей. За что же любить людей? За жестокость? Да, ребенка жаль! Но не забывайте, что он тоже человек! Этот «миленький кроха» вырастет и превратится в огромное человеческое чудовище, злое и бесчувственное – такое же, как то, что бросило его на берегу ручья! Это чудовище приведет сюда себе подобных, и они уничтожат нас, как уже делали это! А вспомните, сколько вреда наносит человек Природе!

– Верно! Верно! – закричали ученики первого мага.

Остальные сильваны горестно качали головами и вздыхали.

– Все это правда, – взволнованно сказала Малена, – но судьба привела этого ребенка к нам. Зачем ей это было нужно? Мы привыкли к ребенку, полюбили его. Давайте…

Малена запнулась.

– Говори! – подбодрила ее Майя.

– Слушаем тебя, говори! – послышалось со всех сторон.

И тогда Малена сказала:

– Сильваны! Давайте воспитаем человека, как настоящего сильвана! Мы вырастим его, обучим нашим премудростям, и мы не скажем Яну, что он – человек. Он будет считать себя сильваном.

– Чтобы воспитать человека, как сильвана, надо передать ему Тайные знания Стихии, а это невозможно, – строго произнес Майерс, – ведь в Священном Законе сказано, что Тайные знания духов трав доступны только духам трав.

– Но если мы хотим оставить человека у себя, а тем более, воспитать его, как сильвана, то нам придется передать ему эти знания, – не унималась Малена.

Советник взорвался:

– Ишь, куда завела, вредная девчонка?! А вы, духи Стихии Трав и Цветов, идете у нее на поводу! Сначала эта нянька уговорила вас оставить ребенка на нашем лугу, теперь она хочет научить его Тайным знаниям! Нельзя! Это вопиющее нарушение закона!

Майерс не договорил потому, что его перебил король:

– Как ты смеешь, советник, называть Малену вредной девчонкой?! Ты забыл, что она – одна из нас? Никому не дозволено оскорблять и унижать друг друга! Никому не дозволено обижать существ из других Стихий! Обо всем этом тоже говорится в законе! Или ты забыл об этом, Майерс? Испокон веков духи трав были добрым народом! Вся наша жизнь пронизана светом любви к миру, Солнцу, ко всем окружающим. Мы живем на этом свете, чтобы творить благо и чтобы других учить добру! Что же случилось с нами? Мы стали злы и грубы? Мы перестали уважать друг друга? Мы нарушаем наш Древний Священный Закон Духов? Мы меняемся? Неужели сильваны меняются в худшую сторону?

Над Салейной повисла тишина. Духи трав и цветов внимательно слушали своего короля. Впервые они видели его вспылившим. Майерс покраснел от стыда и возмущения, а его ученики спрятались в траве. Еще бы! В первый раз Сильвио отчитывал их мудрого наставника, да еще и в присутствии всех!

– Ваше величество, – взмолился советник, – простите меня великодушно! Прости и ты меня, Малена. И вы, сильваны, простите меня! Я погорячился! В моих словах прозвучало неуважение к главной няне! Но клянусь вам, это произошло потому, что я слишком уважаю наш закон, хранителем которого я являюсь по велению предков!

– Закон – прежде всего! – зашумели ученики советника, выползая из трав.

Их поддержала часть сильванов.

Сильвио видел, что подданные его разделились. Одни желали оставить Яна у себя, другие – нет. Вот-вот должна была вспыхнуть ссора. Но разве может мудрый правитель допустить раскол в своем государстве?

– Успокойтесь, сильваны! – громко сказал король. – Послушайте меня! Я не призываю вас нарушить закон. Решение, которое мы примем сегодня, будет принято не мною одним, а всеми нами. Верно, мы должны следовать нашему закону. Но не думай, советник, что ты один знаешь и почитаешь закон. Мы все прекрасно знаем наши законы. Разве не сказано в Законе Духов, что сильваны должны доброжелательно относиться друг к другу?

– О да, мой король, вы совершенно правы… – пробормотал Майерс.

– Или там не говорится о том, что сильваны должны помогать друг другу?

– Говорится, говорится… – соглашались травяные духи.

– А разве не говорится в законе о том, что сильваны должны помогать и существам других Стихий, если те нуждаются в заботе?

– И об этом говорится… – кивали духи трав.

– Так вот, – продолжил король, – к нам попал человеческий ребенок. Его подкинули на наш луг. Люди отказались от него, а мы – нет. Мы оставили малыша у себя и заботимся о нем, а значит, творим благо. И раз человек живет с нами, то мы обязаны научить его нашим знаниям. Вспомните, сильваны! Иногда мы обучали некоторым своим премудростям людей. Мы поступали так во благо. А в Законе Духов сказано, что любое действие сильвана должно быть направлено во благо миру. Я считаю, что намерения Малены – благие. Но это мое мнение! Решать вам, духи трав! Как скажет мой народ, так и будет!

– Но, ваше величество, – снова подал голос советник, – то немногое из наших знаний, что было великодушно поведано людям, осуществлялось совсем в иных ситуациях. Напомню, люди тогда попали к нам случайно и пребывали у нас недолго. Во всех случаях люди понимали, что они – люди, а не сильваны. Что же касается Яна, то вы хотите, чтобы он стал сильваном. А это невозможно. Это все равно, что сильван вдруг станет человеком! Зачем, скажите, раскрывать человеку наши сокровенные тайны? Скажи, Малена, зачем?

– Да… – сказала маленькая фея, – человек не станет сильваном, но получив наши знания, он станет ДРУГИМ человеком! Этот Новый Человек всем сердцем, всей душой полюбит и почувствует Природу! Он узнает, о чем шепчутся травы с ветром, услышит, про что поет ручей… Этот Новый Человек поймет, что все это – не просто звуки, а…разговор… Вечный разговор Природы, которая была, есть и будет! Человек поймет, что и он – часть Природы, и что Природу нельзя обижать. Человек поймет, что нужно ценить все то, что дает ему Природа…

Король не сводил с Малены влюбленных глаз.

«Эта сильвана – сокровище», – думал он.

Духи трав притихли, обдумывая сказанное феей. Но вновь раздался скрипучий голос Майерса:

– А ты уверена, няня, что человеку под силу будет постигнуть наши знания?

– Уверена, – ответила Малена, – я чувствую, что у Яна все получится. Иначе, зачем бы судьба дала нам этого ребенка?

– Что ж, сильваны, – сказал его величество, – я согласен оставить человека у нас навсегда. Я согласен с тем, что человек обучится нашим премудростям. Я согласен скрыть от человека то, что он – человек. Да, это будет обман. Но обман этот нужен для того, чтобы безродный человек спокойно жил у нас. Если Ян не обрел семьи в среде людей, то пусть он обретет ее у нас – сильванов. А теперь прошу сказать, кто еще придерживается такого же мнения?

– Я! – Малена благодарно взглянула на короля.

– И я! – откликнулась Майя.

– И я! И я! – один за другим повторяли остальные сильваны. – Мы согласны! Мы согласны с вами, ваше величество! Мы поддерживаем вас и Малену! Пусть человек остается у нас! Пусть он познает наши премудрости! Пусть человек полюбит Природу!

– Так тому и быть! – громко сказал король.

Цветочные духи захлопали в ладоши, а ученики Майерса недовольно зароптали. Советник шикнул на них и обратился к Сильвио:

– А что будет, ваше величество, если человек случайно узнает правду и решит уйти к людям? Что же, он унесет полученные знания в человеческую среду? Нельзя! Повторюсь: Тайные знания духов трав принадлежат только духам трав! Так гласит закон.

– Советник, а может, и нужно, чтобы люди постигали эти знания? Если Ян решит вернуться к своим сородичам, то он объяснит людям, что такое Природа и как надо к ней относиться! Он донесет до людей то, что Природа – это огромный, живой мир! Природа – это жизнь! И кто знает? Быть может, люди прекратят жечь луга, истреблять леса, засорять реки? Быть может, люди перестанут быть убийцами Природы! Разве можно убивать то, что дает Жизнь? Убивая Природу, человек убивает себя! Ведь только посмотрите! Все Стихии Природы живут между собой дружно и созидающе, и лишь Стихия Людей живет обособленно ото всех и враждует с другими Стихиями. Ведь это все от неведения!

– Верно, ваше величество! – зашелестело большинство сильванов. – Мы согласны с вами! Пусть человек получит наши знания! Пусть он обучится нашим умениям! Пусть он познает Природу!

– Решено! – провозгласил король. – Человек остается у нас навсегда! Отныне мы считаем Яна сильваном!

Его величество повернулся к Майерсу:

– Я обращаюсь к тебе, мой первый королевский советник и маг. Нам понадобится твоя помощь. Ты должен найти средство для скорейшего взросления маленького человека.

Советник хотел в очередной раз возразить, но сдержал свой порыв и, изобразив на лице подобие улыбки, произнес:

– Слушаюсь, ваше величество! Я сделаю все возможное, дабы поскорее выполнить ваше приказание. Мои ученики помогут мне. Мы незамедлительно приступим к выполнению задачи. Позвольте удалиться?

Король кивнул:

– Да, можете идти. Удачи вам в благом деле!

– Ах, да! Чуть не забыл! – спохватился советник. – Прекрасная принцесса Эмилия благодарит вас, мой король, за вкусный тортик. Ее высочество шлет вам свои поцелуи и сожалеет о том, что до сих пор вы не порадовали ее визитом. А еще Эмилия спрашивает, на какой день назначена ваша с ней свадьба?

Сильваны посмотрели на короля, а затем перевели взгляды на Малену. Фея сидела, опустив глаза, и крылышки ее дрожали.

– Так какой ответ дать вашей прелестной невесте? – тоненьким голоском пропел Майерс.

У Сильвио возникло острое желание дернуть старика за зеленую бороду, но король сдержался и сухо сказал:

– Свой ответ я дам после того, как ты, Майерс, выполнишь мой приказ!

– Вы слышали, сильваны? Все слышали? – моментально подхватил советник. – Слово короля – закон! Я потороплюсь, ваше величество! Я изготовлю волшебное зелье, которое превратит человеческого ребенка во взрослого. Я потороплюсь с зельем, чтобы вы, мой король, скорее дали ответ Эмилии! Разве можем мы долго испытывать терпение вашей несравненной невесты?! И ваше терпение? Если наш король будет счастлив, то будем счастливы и мы! Эмилия – будущая жена нашего короля! Эмилия – наша будущая королева! Верно, сильваны? Я потороплюсь, ваше травяное величество!

Майерс уничтожающе взглянул на Малену, поклонился королю и улетел прочь с гордо поднятой головой. Вслед за ним стрекозьей вереницей устремились его ученики.

– А каково наш учитель поставил на место няньку?! – торжествовали молодые маги. – Она-то, наверное, уже и королевой себя возомнила, глупая!

Король оглядел присутствующих на Салейне, задержал взгляд на поникшей фигурке Малены и негромко сказал:

– Все свободны. Можете заняться своими делами.

Глава 5

Волшебство Майерса

Весь следующий день его величество никого не желал видеть. Он затворился в своем цветке и вышел только к песням Приветствия и Благодарения. Малена печалилась. Лилия и Майя утешали ее, как могли. Сильваны занимались своими делами и ждали, что будет. Им было жаль Малену, но и против Эмилии они ничего не имели. Соседская принцесса славилась красотой, добротой и умом. Лишь Майерс находился в хорошем расположении духа.

– Друзья мои, – обратился он к своим ученикам после утренней песни, – сейчас период растущей Луны, и Солнце находится в нужном Чертоге. Это замечательное время для сбора трав, необходимых для приготовления волшебного снадобья. Займемся делом!

Молодые маги принялись выполнять задание, и вскоре нужные травы были собраны. На Прибыльную Луну Майерс сварил волшебное зелье и доложил об этом его величеству.

– Нам осталось дождаться Полной Луны, чтобы свершить чудесный ритуал взросления ребенка, – заключил он свой доклад.

– Да помогут нам Силы Природы! – произнес король.

В ночь Полнолуния у подножия горы Салейны возле кроватки со спящим мальчиком собрались: король Сильвио, няня Малена и Майерс со своими учениками.

Любой волшебный обряд – это Таинство, и во время его проведения должно присутствовать минимальное количество участников. Ведь Таинство потому и называется Таинством, что заключает в себе тайну…

В полночь Майерс склонился над кроваткой малыша и шепотом произнес важное заклинание. Затем первый маг заглянул в наполненную темно-зеленым зельем цветочную чашу и произнес заклинание чуть громче. Ученики главного мага хором повторили заветные слова. Наконец, Майерс воздел руки к небесам и, устремив взгляд на светящийся лик Луны, в последний раз громко и протяжно изрек волшебное заклинание, которое юные маги повторили за ним три раза.

В тот же миг от Луны до земли протянулся длинный луч. Он упал на лицо спящего ребенка, пробежался по тельцу малыша, а после нащупал чашу с зельем и окунулся в травяной напиток. Волшебная жидкость вдруг забурлила и засветилась бело-голубым светом, озарившим Салейну и прилегавшее к ней пространство. После этого луч вернулся обратно к Луне, а Майерс приказал Малене:

– Буди ребенка. Ян должен выпить зелье, пока оно светится.

Разбудить мальчика оказалось непростым делом, ведь он привык крепко спать по ночам. Сначала няня легонько погладила ребенка по щечкам, ручкам… Результата не последовало. Малена травинкой пощекотала ему животик и пятки. Мальчик пошевелился, что-то пробормотал на своем младенческом языке, но не проснулся.

– Помогайте все! – тихо сказал Майерс, беспокойно поглядывая на тускнеющий свет в цветочной чаше.

Присутствующие принялись будить Яна, кто как мог: пощипывали тельце, похлопывали по животику, дергали за волосики и реснички…

Наконец, Малена подлетела к личику ребенка и изо всех сил захлопала крылышками, щекоча ими носик малыша. Это помогло. Ребенок чихнул раз, другой, третий… и открыл глазки! Он поводил ими по сторонам и захныкал. Что-то мешало ему спать. Но что? Этого Ян понять не мог, а потому громко заплакал в знак протеста. В тот же миг по велению Майерса молодые маги поднесли к устам мальчика чашу со светящимся напитком и вылили его ребенку в рот. Будучи не готовым к такому повороту дела, Ян поперхнулся, закашлялся, но все же проглотил терпко-сладкую жидкость, после чего снова сделал попытку заплакать, но не успел. Малена принялась успокаивать своего воспитанника. Узнав голос любимой няни, малыш угомонился и что-то залепетал ей в ответ.

Поболтав какое-то время, мальчик вздохнул и умолк. Он загляделся на дивный голубой свет, исходивший невесть откуда. Наверное, Ян захотел узнать, что является источником этого света, ибо он заворочался, запыхтел и… скатился с постельки! Малена метнулась к нему, но король придержал ее. Внимание присутствующих было приковано к ребенку.

Малыш лежал животом на траве и восторженно водил по ней взглядом. Вокруг светились тысячи огоньков! Это светлячки зажгли маленькие факелы и начали свой Лунный танец. Некоторое время Ян следил глазками за чудесными танцующими огоньками, а когда они светящейся дорожкой поплыли по лугу, ребенок встал на четвереньки и пополз за ними. Малена, король и Майерс с учениками последовали за Яном.

Маленький человек полз довольно долго. Он отдалился от Священного холма на приличное расстояние. Впереди уже повеяло родниковой свежестью.

– Надо его как-то остановить, – шепнул Сильвио Майерсу, – мы приближаемся к человеческим лугам…

– Не волнуйтесь, ваше величество, – успокоил советник короля, – по времени все идет, как надо.

Вскоре Ян, действительно, устал ползать и сел в траве. Оглядевшись по сторонам, он посмотрел вверх. Ночное небо поразило его более, нежели танец светлячков! В темно-синей вышине сверкали мириады звезд! Среди этих «небесных светлячков» особенно выделялся большой, круглый, бело-голубой шар. Это он посылал на землю таинственный и загадочный свет! Ребенок восхищенно «агукнул». Ему захотелось достать чудесный шар. Малыш поднялся на ноги, постоял немного, пошатываясь, и вдруг сделал несколько неуверенных шажков! На последнем шаге Ян чуть не упал, но успел ухватиться одной рукой за длинный стебель травы. Так постояв немного, он потянулся свободной ручкой вверх, стремясь достать Луну, но, видимо, понял, что заветный шар находится слишком высоко и далеко от него. Мальчику не понравилось это, и он опять захныкал. Однако плакать ему вскоре наскучило. Ян сел на траву, зевнул, потер глазки, а затем лег на спину.

– Все хорошо, – удовлетворенно прошептал Майерс. – Ваше величество, зелье действует отлично! Сейчас маленький человек уснет, а утром вы его не узнаете!

– Благодарю тебя, мудрец, – тихо сказал Сильвио. – Работа завершена?

– О да, мой король, можете идти отдыхать, а я побуду с ребенком.

– Нет, Майерс, я побуду с Яном. Я – король, и я должен печься о благе подданных. А ты, дружище, отдохни. У тебя усталый вид.

– Благодарю, ваше величество, – вздохнул советник, – я и в самом деле устал за последние дни.

– Иди, отдыхай, – разрешил Сильвио, – встретимся завтра утром на Салейне. Жди нас там. Мы с Маленой сами приведем человека на Священную гору.

– Слушаюсь, – поклонился Майерс.

– А вы, юные маги, – продолжил король, – проводите учителя и тоже отправляйтесь спать.

– Слушаемся, ваше величество, – поклонились ученики Майерса. – Доброй вам ночи!

– Сладких снов, ваше величество! – пожелал советник.

– Доброй ночи, друзья…

После того, как маги удалились во главе со своим наставником, Малена внимательно посмотрела на спящего ребенка.

– Засыпает? – спросил Сильвио.

– Да… – шепнула фея. – Идите и вы спать, ваше величество.

– Нет, Малена, я останусь здесь. Маленький Ян – мой подданный. Кроме того, над ним проведен магический эксперимент. Я – король, и я отвечаю за малыша. Я останусь здесь и буду наблюдать за ним. А ты, если хочешь, иди спать.

– Я – няня, мой король. Я должна находиться рядом с ребенком.

– Что ж, оставайся…

Малена поежилась:

– Ночи становятся прохладными. Надо бы укрыть мальчика. Помогите мне принести его одеяло, ваше величество.

Они принесли от Салейны цветочное одеяльце, накрыли им Яна и сели рядышком в открытую чашечку ночного цветка. Светлячки окружили ребенка и, приглушив свет факелов, остались охранять его сон. Луна спряталась за небольшим облачком, чтобы не светить на спящего младенца. Где-то она слышала, что человеческие дети плохо спят, когда на них падает лунный свет.

Некоторое время Малена и Сильвио сидели в полной тишине. Наконец, король первым нарушил ее:

– Я рад, что мы оказались наедине, Малена…

– Не надо об этом, ваше величество, прошу вас… – прошептала фея.

– Почему же не надо? – взволнованно спросил король. – Я целыми днями думаю о тебе, Малена, ищу с тобой встречи, а ты?.. Ты избегаешь меня! Быть может, тебе неприятно мое общество?

– Что вы, мой король… – вздохнула няня, – как вы могли подумать о таком…

– Неужели наоборот? Неужели я что-то значу для тебя? Ответь, ответь мне, Малена! – настаивал Сильвио.

Но Малена молчала. Зеленые пряди ее волос удивительно переливались в лунном свете.

– Как ты прекрасна, сильвана Малена! – восхитился его величество.

– Не называйте меня прекрасной… – попросила няня.

– Я буду, буду называть тебя так! – воскликнул король. – Потому, что ты – прекрасна и необыкновенна!

– Прошу вас, прекратите…

Но Сильвио продолжал:

– Посмотри, Малена, какая великолепная ночь сегодня! Как ярко блещут звезды! А эта полная Луна?! Ее сияние завораживает! Трава серебрится в лунных лучах! Но ты, Малена, ты чаруешь меня больше, чем эта красота Природы! Никогда раньше не встречал я феи, в которой так гармонично сочетались бы прелесть, доброта и ум…

– Молчите, прошу вас, ваше величество! – дрожащим голосом произнесла фея.

– Почему я должен молчать о том, о чем кричит моя Душа?

– Потому, что нас может услышать Майерс!

– Снова этот Майерс со своим незыблемым законом, – горько усмехнулся его величество. – Моя Душа говорит мне одно, а ум твердит иное. Сердце стремится к живой, трепетной радости, а разум заставляет следовать черствым законам. Как жить? Как нам быть, Малена?

– Я не смею говорить об этом, – прошептала сильвана.

Она склонила голову на плечо короля и тихонько заплакала. Маленькая фея знала, к чему стремится ее Душа, но ничего не могла изменить. Возможно, многое мог бы изменить Сильвио? Но сможет ли он перечить устоявшимся правилам? Решится ли король ради чувства, возникшего между ним и простой сильваной, пойти против закона – Древнего Священного Закона Духов? Ответа на этот вопрос Малена не знала. Да и Сильвио, наверное, не знал.

Так и сидели они рядышком – его величество и няня – глядели в звездное небо и молчали. Вскоре, измученные хлопотами и душевными переживаниями, влюбленные уснули. И приснился им удивительный сон: будто летают Сильвио и Малена высоко над лугами, держась за руки и греясь в солнечных лучах, а оркестр кузнечиков исполняет для них свадебную симфонию. В этот миг король и маленькая фея были самыми счастливыми существами на свете!

Влюбленные спали и не видели, как растет и меняется во сне их найденыш – маленький человек по имени Ян.

Глава 6

Сильван – Великан

Первым проснулся Сильвио. Увидев большого спящего человека, король немедленно разбудил Малену.

– Вот это да! Вот так зелье! Настоящее чудо! – прошептала сильвана, разглядывая Яна, который за одну ночь превратился в юношу лет семнадцати.

– Да, что ни говори, а Майерс знает свое дело, – согласился с феей потрясенный король.

В этот момент человек начал просыпаться. Он вздохнул, зевнул и сладко потянулся, задев рукой цветок с сидящей на нем крылатой парочкой. Король и няня вспорхнули, покружили в воздухе и опустились чуть поодаль, на соседний цветок.

– Осторожнее, пожалуйста… – услышал юноша.

Он приподнялся, огляделся и узрел крошечных духов трав.

– Доброе утро, Ян! – одновременно сказали король и няня.

Их голоса были тонкими и нежными, как звон хрустальной росы.

– Приветствую вас! – сказал Ян, рассматривая маленьких существ.

Няня шепнула королю:

– Он понимает наш язык и может говорить на нем. Это хорошо!

– Кто вы? – спросил юноша.

– Мы – сильваны. Мы – духи трав и цветов, – ответил Сильвио, – разве ты не помнишь нас?

Большой человек сел в траве и, приглядевшись к удивительным созданиям, сказал радостно:

– Я помню! Конечно-конечно… Вы – сильваны! А ты, – он указал на Малену, – ты – моя няня!

– Он помнит! – изумился король.

– Значит, ты узнал меня, дорогой мой ребенок? – обрадовалась маленькая фея.

– Конечно, узнал! Кажется, тебя зовут Малена?..

– Верно.

– Ты была со мною рядом, я помню тебя! Ты пела мне песни и рассказывала сказки!

– Да, я – Малена. А ты, Ян, теперь вырос. Какой большой стал!

– Няня, а что за сильван рядом с тобой?

– Конечно, меня ты не знаешь, ведь я не проводил с тобой столько времени, сколько Малена, – улыбнулся его величество. – Позволь представиться. Я король здешнего королевства сильванов, и зовут меня Сильвио.

– Очень приятно, Сильвио…

– Надо говорить: «Ваше величество…» – подсказала Малена.

– Приятно познакомиться, ваше величество, – кивнул Ян. – А кто же я? Сильван, как и вы?

Король и фея переглянулись.

– Конечно, Ян… Ты – дух трав и цветов… – неуверенно изрекла Малена.

– Ты – мой подданный, а значит, полноправный житель моего королевства, – объяснил Сильвио. – Ты такой же сильван, как и мы.

– Такой да не такой, – покачал Ян головой. – Вы – маленькие, а я – большой. Почему? Почему, ваше величество?

Сильвио не нашел, что ответить воспитаннику и вопросительно взглянул на няню.

– Сильваны бывают разные, – поспешно вмешалась та, – и маленькие, и большие. Верно, ваше величество?

– Конечно! – подтвердил Сильвио и быстренько перевел разговор в другое русло:

– Ну-ка, Ян-сильван, попробуй встать на ноги!

Юноша поднялся. Он был высокий, стройный, сероглазый, с вьющимися светлыми волосами до плеч.

– Какой красавец! – восхитилась няня.

Ян слегка качнулся на ногах, но удержался на месте. Он сделал несколько неуверенных шагов, запутался в густой траве и, смеясь, упал. Затем поднялся и снова попытался ходить. На этот раз у него получилось. Вдруг юноша побежал! Он бежал очень легко и так быстро, что король и няня еле поспевали за ним на лету. Пробежав некоторое расстояние, Ян остановился, отдышался и несколько раз высоко подпрыгнул. При каждом прыжке он поднимал руки вверх, словно пытался обнять предутреннее небо.

– Как хорошо! – восклицал он.

Прикрывая уши, Малена шепнула королю:

– У этого человека нет крыльев, но он бегает и прыгает так, словно летает!

– Для него это нормально, – кивнул Сильвио. – Ведь Ян не обыкновенный человек, а человек-сильван. Его растили в природной среде. Он питался ее целебными соками, а значит, обладает частью тех природных способностей, которыми обладаем мы, и которые не могут быть доступны обычным людям.

– Как замечательно! – сказал юноша, напрыгавшись, и лег на траву, раскинув руки в стороны. Глаза его блестели, на щеках играл румянец.

В этот миг над горизонтом показались первые солнечные лучи, и небо над юношей залилось алым светом.

– Какая красота! – восхитился Ян. – Что это?

– Это – Утренняя Заря, – объяснила Малена. – Сейчас, Ян, ты видишь корону восходящего Солнца – нашего главного светила. Солнце взойдет на небо и будет светить целый день, а вечером оно отправится спать. Но прежде, чем отойти ко сну, Солнышко подарит нам еще одно красивое зрелище – Зарю Вечернюю…

– Нам пора на Салейну, – сказал король, глядя на загорающийся небосвод.

– Салейна? Что-то знакомое… – проговорил юноша.

– Салейна – это Священная гора моего королевства, – пояснил его величество. – Она называется так в честь солнечного света, который мы почитаем. « Салейна » – это значит: « Солнцем залитая ». На этой горе по утрам и вечерам собираются сильваны и поют хвалебные песни Природе, Солнцу и новому дню. И вот сейчас наступает время утренней Приветственной песни. Наверное, нас уже заждались. Не будем нарушать древних традиций. Пойдемте, друзья мои!

Малена и король устроились у Яна на плече.

– Иди вперед, – сказал Сильвио юноше, – а мы будем указывать тебе дорогу.

Духи трав уже давно ожидали короля на Священном холме, вершина которого представляла собой достаточно широкую поляну. Сильваны беспокойно поглядывали на алеющее небо и перешептывались:

– Где же его величество?

– Мы уже должны начинать песню.

– Без него мы не можем приветствовать Солнышко.

– Что же будет?

– Солнышко может обидеться и уйти за облака…

– Безобразие, – ворчал Майерс негромко, но так, чтобы его могли услышать остальные, – если уж сам король начал опаздывать к Приветственной песне! Куда это годится? Хотя, этого и следовало ожидать. В последнее время король поступает так, как хочет Малена, а не так, как положено его величеству. Обычно он встречает всех нас на Священной горе, а теперь мы ждем его, и уже довольно долго. Безобразие!

– Так, так, верно, верно, – поддакивали первому магу его ученики.

– Возмутительно! – продолжал советник громче. – Хитра эта девчонка Малена! Лихо она прибрала нашего короля к рукам! Из-за Малены Сильвио пренебрегает своими королевскими обязанностями! А ведь невыполнение этих обязанностей чревато отлучением от королевской власти! Так говорит Священный Закон Духов! Разве я не прав, сильваны?

Сильваны кивали в знак согласия, но молчали. Они понимали, что законы нарушать нельзя, но не хотели обсуждать с вредным советником уважаемого короля и добрую, отзывчивую няню.

– Если король сейчас не появится, – бубнел Майерс, – то я, на правах первого советника королевства, буду вынужден сам начать Приветственную песнь!

– Потешная получится песня, – заулыбались сильваны, намекая на скрипучий голос первого мага и на отсутствие у него музыкального слуха.

– Идут! – закричали вдруг Лилия и Майя, указывая на большую фигуру человека, который поднимался на Салейну.

Узрев громадного взрослого Яна, цветочные духи ахнули и разлетелись в стороны. Расположившись в травах, они с интересом разглядывали выросшего подопечного, а он вертел головой во все стороны и изумлялся:

– Сколько же здесь сильванов! Как вас много! Какие все крошечные! И ни одного такого, как я! Приветствую вас, духи лугов! Пусть травы ваши будут сочными, а цветы – благоуханными!

Зеленые волшебники оживились. Они выбирались из трав и слетались к воспитаннику поближе. Цветочным духам понравился большой, учтивый человек.

– Приветствуем и тебя, Ян! – хором сказали сильваны.

Со всех сторон послышалось:

– Он похож на нас! Как он похож на нас!

– Только очень большой! И крыльев у него нет!

– Только глаза у него серые, а у нас зеленые…

– Конечно, похож, – подтвердила Малена, – ведь он – один из нас, только гораздо большего роста.

– Да-да, конечно, он – один из нас! Он тоже сильван! – зашелестели духи.

– Ян-сильван! Ян-сильван!

– Наш Ян не просто сильван, – засмеялась выдумщица Майя, – он еще и Великан!

– Верно! – поддержала ее подружка Лилия. – Сильван-Великан!

– Сильван-Великан! Сильван-Великан! – подхватили зеленые волшебники понравившееся им прозвище.

– Он, должно быть, очень силен! – предположила Лилия.

– И добр. У него добрые глаза и улыбка, – сказала Майя.

– Да, – подтвердила Лилия, – посмотрите, какой у него открытый и лучистый взгляд!

– Хоть бы кто-то вспомнил в эту минуту о старике Майерсе, – проворчал первый королевский советник, – ведь это я сотворил такое чудо.

– Да-да, да-да, – поддакивали учителю молодые маги.

Король Сильвио, наблюдавший за происходящим, не упустил замечания советника. Он подлетел к нему и шепнул:

– Ты – великий ученый, Майерс! Мы все восхищены твоей работой! Мы признательны тебе и твоим талантливым помощникам. Но, сам понимаешь, громко говорить об этом нельзя, иначе Ян узнает, кто он есть на самом деле.

– О, мой король, – поклонился Майерс, – ваша похвала – высшая для меня благодарность! Служить вашему величеству и королевству – вот моя цель! А громкие слова мне ни к чему! Вы же знаете, я совсем не тщеславен!

– Конечно-конечно, дружище, – сказал Сильвио, пряча улыбку, ведь в королевстве все знали о том, как горделив и высокомерен старый советник.

Всеобщее оживление на Салейне возрастало, но его остановил Сильвио:

– Народ мой! Обратим наши взоры к востоку! Солнце всходит!

Заколыхались луговые колокольчики, поплыл над травами серебряный звон. Его величество первым запел песнь Приветствия, а остальные сильваны подхватили ее.

Мелодия показалась Яну знакомой, да и слова он откуда-то знал. Еще бы! Ребенком столько раз слышал он эту песню, лежа в кроватке у подножия Салейны…

Осознанно встречая свой первый рассвет, Ян тихо, чтобы не оглушить сильванов, запел вместе со всеми, наблюдая, как всходит на небо величественное и ослепительно-прекрасное Солнце.

Так началась взрослая жизнь Сильвана-Великана.

Глава 7

Луговая жизнь взрослого Яна

Следующие несколько дней Ян бродил по лугу, знакомясь с его обитателями. Сильваны сплели ему из травы рубашку, штаны и сапожки, в которых юноша с удовольствием разгуливал, прокладывая тропки меж зарослей.

Великан увидел, что огромный луг – это целый мир, где день и ночь кипит жизнь. Вокруг летали и ползали, жужжали и трещали многочисленные насекомые; туда-сюда сновали мышки и хомячки; луговые птицы вили гнезда в траве, в ветвях кустарников и невысоких деревьев… Ян повстречал здесь даже нескольких ежей и зайца, которые забрели на луг из ближайшего леса!

Юноше понравилась луговая жизнь. Он любовался густыми, шелковыми травами, вдыхал ароматы цветов, восхищался бескрайним голубым небом, ярким Солнцем, красотою звездных ночей…Ян слушал песни ветра, шум дождя, шелест трав…Человек наслаждался общением с Природой и думал о том, что все это было давным-давно, задолго до него, и будет вечно после него. Природа – вечна!

Особенно Великан любил бывать у ручья. Он ложился на его берегу, слушал журчание воды и подолгу смотрел в нее, любуясь разноцветными камешками, юркими мелкими рыбешками и водяными жучками. А еще юноша разглядывал в воде, как в зеркале, свое отражение и думал: «Как загадочна Природа! Кто знает, зачем ей понадобилось создавать такого сильвана, как я? Я – большой, а остальные травяные духи – маленькие. У них есть крылья, а у меня нет. У сильванов глаза и волосы – зеленые, а у меня: глаза – серые, а волосы – белесые… Действительно, чудо Природы!»

Юноша обожал природный мир и обожал духов трав. Сильваны тоже полюбили большого человека, лишь Майерс да его ученики бросали недобрые взгляды на воспитанника. Советник, то и дело, норовил отпустить какую-нибудь колкость в его адрес.

– За что старик не любит меня? – недоумевал Великан. – Может быть, за мой большой рост?

– Не обращай внимания на Майерса, милый Ян, – успокаивала Малена, – он очень стар, а все старики крайне ворчливы. Да и должность обязывает его быть строгим. А большой ты потому…

Няня запнулась, ей было трудно обманывать.

– Понимаешь, иногда, раз в сто лет, рождаются такие большие духи трав, как ты.

Воспитанник поверил маленькой фее и перестал реагировать на придирки советника.

– Мир так прекрасен, и столько в нем интересных вещей! – восторгался юноша. – Какое мне дело до колючих замечаний Майерса? Пусть себе злится, если хочет!

Юноша так и остался жить у подножия Салейны. Он построил себе просторный травяной шалаш, в котором любили бывать и сильваны. В дождливые дни они собирались в жилище Яна, пили травяной чай с цветочными пирожными и рассказывали друг другу интересные истории, которые с ними когда-либо приключались.

Питался Великан съедобными травами и кореньями, ягодами и пыльцой. Пил цветочный нектар и родниковую воду. Но особенно пришлись юноше по вкусу лепешки, которые готовили для него мыши и хомяки. Эти маленькие зверушки собирали на ближайших полях зерна и перетирали их в муку своими острыми зубками. Из этой муки, родниковой воды и соли земли замешивалось тесто. Из него формировались лепешки, которые украшались ягодками и орехами. А после горячее Солнышко выпекало эти лепешки на большом камне у ручья.

Особенно любила дни выпечки старая лакомка Урсула, охотно предоставлявшая свой камень для луговой кухни. Счастливая улитка наедалась вкусных лепешек, запивала их сладким цветочным нектаром, а затем, лежа на берегу ручья, распевала веселые песни о житье-бытье на лугу.

Ян-сильван оказался крепким, здоровым и ловким юношей, а также любознательным и способным учеником. Зеленые духи-волшебники рассказали воспитаннику, как правильно выращивать травы и цветы, а также обучили юношу языкам растений, насекомых, животных, птиц и рыб.

Когда же Малена решила научить Великана языку людей, он спросил:

– А кто такие люди?

– Ты не знаешь их. Они живут далеко отсюда.

– Тогда зачем мне их язык?

– Потому, что ты – сильван! Ты – дух трав! А духи знают многое!

– Ну, что ж, надо так надо! – согласился Ян и прилежно занялся изучением человеческого языка.

Этот язык давался ему гораздо легче, чем все остальные.

– Язык людей очень прост, – говорил юноша сильванам. – И еще он не так богат и красив, как наш язык – язык духов трав!

Все это время няня виделась с королем очень редко – лишь тогда, когда Сильвио звал ее к себе, чтобы узнать, как идет обучение воспитанника.

– Я скучаю по тебе, милая Малена, я хочу видеть тебя чаще, – говорил его величество.

– Это невозможно, мой король. Все свое время я провожу с Яном: говорю, учу, объясняю. К тому же, нам с вами нельзя видеться часто. Майерс будет недоволен. К слову, его ученики следят за каждым моим шагом…

– Снова этот Майерс! Как он мне надоел! – вздыхал король.

Сильваны многому научили своего воспитанника. Теперь, зная волшебные слова и нужные действия, Великан мог выращивать растения и знал, как правильно ухаживать за ними. Он даже научился исцелять больные растения!

С помощью тех же растений, обладая знаниями о целебных их свойствах, юноша мог лечить животных, птиц и насекомых. Он и себе оказывал помощь, если приходилось пораниться об острый камень или колючку.

Молодые маги регулярно докладывали Майерсу об успехах человека.

– Ты смотри! – удивлялся старик. – Оказывается, Великан не так глуп, как я думал. Напротив, он обладает приличными способностями и талантами! Кроме того, этот человек вежлив и учтив!..

Советник поймал себя на мысли, что симпатизирует Яну. Это испугало первого мага королевства:

– Не хватало еще, чтобы и я полюбил найденыша!

А юноша, тем временем, продолжал учиться сокровенным знаниям духов трав. Сильваны передали человеку Тайные заклинания, с помощью которых возможно общаться с духами различных Стихий.

Теперь, глядя на воду, Ян видел не только разноцветные камешки на дне родника, но и никсов – духов Стихии Воды и сильвестров – духов Стихии Водорослей.

Греясь в солнечных лучах, Великан чувствовал, как саламандры – духи Стихии Огня теплыми лапками гладят его кожу.

В ветреные дни ученик сильванов любил сидеть на пригорке и наблюдать, как эльфы – духи Стихии Воздуха колышут луговые травы. Иногда эльфы подхватывали юношу на руки и носили его над лугами. Такие полеты под музыку ветра были незабываемы.

– Как жаль, что у меня нет крыльев, – вздыхал Сильван-Великан.

Ян побывал в гостях и у духов Стихии Земли – гномов.

Он с интересом разглядывал добытые трудолюбивыми гномами драгоценные металлы и камни, хранившиеся в подземных кладовых. Духи земли подарили Великану красивый зеленый камень и сказали:

– Пусть он будет твоим талисманом. Храни его, Ян, и всегда носи с собой. В трудную минуту он поможет тебе.

Рукодельница Лилия сплела для воспитанника «прятанку» из цветочных лепестков. Это такой небольшой мешочек, который предназначается для хранения сокровенных вещей. В мешочек Сильван-Великан спрятал заветный камень, и стал носить «прятанку» на шее с помощью травяного шнурка, как медальон.

Шло время. Лето близилось к концу. Луговая трава и кусты пожелтели, но дни стояли еще теплые.

Однажды Малена отвела Яна в лес, который отделялся от луга дорогой. В лесу юноша встретился с духом леса – Лешим. Веселый скрипучий старик провел Великана по своим владениям и познакомил его с лесными жителями.

Пчелы, живущие в дупле столетнего дуба, угостили Яна медом, а белки – орехами.

– Вот вкуснотища! – изумился воспитанник, отведав угощений. – Премного благодарен!

– Можешь приходить сюда, когда захочешь, – пригласил Леший Великана, – но с добрыми намерениями. И не забывай сказать заветные слова заклинания.

А еще Леший поведал о том, что в лесу тоже живут сильваны.

Каково же было удивление Яна:

– Лесные сильваны?! Не может быть!

– Почему же не может? – удивился Леший. – Ведь травы и цветы растут не только на лугах, но и в лесах. Поэтому в лесах тоже есть сильваны. Только лесные духи трав предпочитают Солнцу тень и прохладу.

– А где сейчас лесные сильваны? – Ян огляделся по сторонам. – Я хочу познакомиться с ними, но не вижу ни одного…

– Сейчас и не увидишь, ведь их время – ночь.

– Как так? Почему ночь? – продолжал удивляться Ян.

Леший объяснил:

– Ночью больше всего прохлады и тени, а потому лесные сильваны трудятся в ночное время, а спят днем.

По дороге домой Ян попросил Малену объяснить, чем же отличаются лесные сильваны от луговых.

Фея рассказала:

– Луговые травяные духи – более загорелые, нежели лесные. Это потому, что мы живем на открытых лугах, залитых солнечным светом. Оттого глаза и волосы у нас – светло-зеленые, слегка выгоревшие на Солнце. Лесные же сильваны обитают в тенистых лесах и рощах, а потому кожа этих травяных духов гораздо светлее нашей. А глаза и волосы у них темно-зеленые, под цвет травы в тенистом лесу. Но главное отличие между нами в том, что мы почитаем Солнце, а лесные сильваны – Луну. Они просыпаются вечером и встречают восход Луны, затем всю ночь напролет занимаются своими делами, а утром провожают Луну и отправляются спать.

– А в лесу у сильванов есть Священная гора? – спросил Ян.

– Конечно. В глубине леса, на самой большой поляне расположен Священный холм лесных духов трав. Они называют его горой Луисией.

– Луисия… – повторил Ян. – Как красиво! А что обозначает это название?

– Оно обозначает: «В лунном сиянии».

– Как удивительна Природа! – восторженно произнес Ян.

– Да, – подтвердила Малена, – Природа волшебна и загадочна, но она щедра и открывает свои тайны тем, кто хочет постичь ее, а также тем, кто чист помыслами. Духи Стихий – это могучая сила. Относись к ним уважительно, Ян, и они не оставят тебя в беде. Но помни: прежде, чем обращаться к духам Стихий с просьбой, обязательно надо произнести заклинание той или иной Стихии. Заклинание – это Ключики к общению с духами. И еще: не тревожь духов Стихий понапрасну или ради праздного интереса. За это они могут наказать. Обращайся к духам только тогда, когда сам бессилен и помощи ждать неоткуда! И запомни еще одно: обращение твое к духам должно преследовать благую и справедливую цель. Если же ты используешь силу духов во зло или не по справедливости, они не простят этого и обязательно накажут тебя!

– Благодарю, дорогая няня, за науку. Я запомню это и буду поступать так, как ты меня учишь.

Когда Великан и Малена вернулись из лесу, их встретили Майя и Лилия.

– Слышали?! Мы ждем гостей! Послезавтра в нашем королевстве состоится бал! – воскликнула Майя.

– Представляете, наш король посвятил его принцессе Эмилии! – возмутилась Лилия. – Малена, надо что-то делать!

– Вот как? В честь принцессы? – тихо сказала главная няня. – Что ж, бал – это прекрасно…

– Меня удивляет твое спокойствие, – сказала Майя.

– Меня тоже! – согласилась с ней Лилия.

– А что я должна делать? – бесцветным голосом произнесла маленькая фея. – Кричать? Требовать отмены бала?

– Малена, ученики советника объявили, что на балу наш король назначит день свадьбы с принцессой! – выпалила Лилия.

– Вот как… – сказала главная няня после паузы. – Что ж, давно пора. В конце концов, что же здесь удивительного? Эмилия – невеста его величества… Они обручены…

Малена всхлипнула и скрылась в своем цветке, плотно захлопнув за собой дверцу. Майя постучалась в окошко к подружке несколько раз, но Малена лишь плотнее задернула голубые занавески.

– Что будем делать? – спросила Майя, поглядев на Лилию и Яна.

– Я мало понимаю, что происходит, – пожал плечами юноша. – Если бал – это прекрасно, то почему Малена опечалилась?

– Придет время, и ты все узнаешь, – вздохнула Лилия.

– Тогда зачем спрашивать у меня, что делать?

– А я и не спрашивала! – раздраженно сказала Лилия. – Это Майя спрашивала. Майя, ты спрашивала, ты и отвечай Яну!

Лилия тоже постучала Малене в окошко и, не дождавшись отклика, улетела расстроенная.

– Что происходит? – недоуменно спросил Великан у Майи. – Что за тайны? Раньше вы ничего от меня не скрывали.

– Понимаешь, милый Ян, Малена любит короля! – взволнованно сказала сильвана.

– Так что же? И я его люблю! И всех вас тоже люблю!

– Ты не понял. Малена любит короля особенной Любовью. Потому бал, который Сильвио дает в честь принцессы, совсем не радует твою няню.

– В чем же особенность такой Любви? – удивился Великан. – В том, что она приносит страдания? Зачем нужна такая Любовь? А бал?.. Если Малене так важно, в честь кого он состоится, то я могу попросить короля о том, чтобы он дал этот бал в честь моей няни…

– Что ты, что ты, не вздумай! – замахала ручками Майя. – Этот бал посвящен Эмилии. Она не просто наша гостья! Она еще и невеста короля!

– А что значит «невеста»? – поинтересовался юноша.

– Это… – сильвана запнулась. – Как бы тебе объяснить? В общем, скоро сам все поймешь. А сейчас мне надо лететь, Сильван-Великан…

И Майя умчалась разыскивать Лилию.

– Ничего не понимаю… – вздохнул Ян. – Любовь, страдания, невеста… Первый раз слышу о таком. Раньше все было так просто и так понятно!

Юноша решил пойти к королю и попросить разъяснений. Его величество он застал на Салейне. Тот покачивался на высокой травинке и задумчиво глядел вдаль.

– А, это ты, Великан… – Сильвио улыбнулся, но глаза его оставались грустными.

– Я, – кивнул Ян, усаживаясь в траве рядом с Королевским цветком.

– Ну, рассказывай, как тебе понравился лес? Как там Леший?

– Вы уже знаете о том, что я был в лесу, ваше цветочное величество?

Сильвио улыбнулся:

– Я ведь король. А король обязан знать обо всем, что происходит в королевстве.

Юноша стал рассказывать его величеству о лесной прогулке, но король слушал рассеянно. Ян умолк и выждал некоторое время. Наконец, Сильвио очнулся от невеселых своих дум и посмотрел на воспитанника.

– Ну, так как дела у Лешего? – спросил он.

– Я только что рассказал об этом, ваше величество.

– В самом деле? – Сильвио виновато улыбнулся. – Я все прослушал. Извини, Великан…

– Мой король, я вижу, вас что-то гнетет? Что же? Может быть, предстоящий бал?

– Бал – это весело… – горько усмехнулся Сильвио.

– Тогда почему вы говорите о нем с грустью?

Король молчал.

– Странно… – Ян пожал плечами. – Малену предстоящий бал тоже не радует.

– Малену? – его величество взглянул на Яна. – Она что-то говорила тебе по поводу бала?

– Нет, но услыхав о нем, моя няня опечалилась и закрылась в своем домике.

Помолчав, Сильвио твердо сказал:

– Бал состоится. Послезавтра в полдень. Это решено. У меня к тебе просьба, Сильван-Великан. Завтра сходи, пожалуйста, к Лешему и попроси у него меду для угощения гостей.

– Хорошо, ваше величество, будет сделано. А можно Лешего пригласить на бал?

– Что ж, пригласи. Хоть он и не придет, но ему будет приятно.

– Почему вы думаете, что не придет? А вдруг придет?

Сильвио улыбнулся:

– Нет, не придет. Леший – хозяин леса. Он не оставит свои владения ни на минуту. Каждый должен быть в своей Стихии. А сейчас иди, Ян. Я хочу побыть один.

Юноша поклонился королю и спустился с Салейны.

– Каждый должен быть в своей Стихии… – на ходу повторял он понравившиеся ему слова.

Но что же произошло в королевстве сильванов в отсутствие Малены и Яна? А случилось то, что к королю явился Майерс и спросил:

– Ваше величество, когда вы намерены выполнить свое обещание?

– О чем ты говоришь, советник? – нахмурился Сильвио, хотя отлично понял, к чему ведет первый маг.

– Как? Вы забыли? Все вокруг помнят, а вы забыли? -удивился советник. – Осмелюсь напомнить, что я выполнил ваше указание относительно человека. Ребенок вырос, окреп, успел многому научиться, а принцесса Эмилия все ждет и ждет вашего ответа относительно свадьбы. Вы, мой король, обещали дать ответ после того, как я выполню ваш приказ. Я выполнил! Теперь вы…

– Ты торгуешься со мной? Ты указываешь мне? – повысил тон Сильвио.

– О нет, ваше величество! Прошу прощения! Вы не так поняли меня… – извинился советник. – Просто… Слово короля – закон! А в королевстве уже стали поговаривать, что король – не хозяин своему слову…

Сильвио опешил:

– Обо мне так говорят? И многие?

– Да все, ваше величество! – соврал Майерс, ибо так говорили только его ученики.

Его величество молчал.

– Мой король, – осторожно продолжил советник, – вас всегда считали мудрым и справедливым правителем, неуклонно соблюдающим закон. Теперь же ваша репутация рушится, а влияние на подданных ослабевает.

– Но почему? – устало спросил Сильвио.

– Потому, что вы делаете много того, что противоречит Священному Закону Духов Трав. Вы приняли в семью сильванов человека! Вы позволили открыть ему наши Тайные знания! Вы опаздываете на Хвалебные песни! Вы не держите обещания, данного Эмилии! Вы не держите обещания, данного мне и вашим подданным! Наконец, вы открыто ухаживаете за простой сильваной, хотя по закону обязаны жениться на особе королевской крови! Если же вы не собираетесь жениться на Малене, а просто волочитесь за ней ради развлечения, то такое поведение порочит короля! Так поступают в своей среде люди, но не сильваны! Вы – король! Вы – самая главная фигура в королевстве, а значит, должны подавать положительный пример своим подданным!

Выпалив все это, Майерс чуть не задохнулся от возмущения. На лбу старика выступили капельки пота, а с носа слетело пенсне. Советник ожидал, что король обрушит на него свой гнев, но Сильвио схватился руками за голову и сказал с болью:

– Я не могу жениться на Эмилии, Майерс… Я не люблю ее…

Первый маг королевства растерялся. Он ожидал чего угодно: нотаций, гнева, изгнания с глаз долой, а тут?!

– Что вы, что вы, ваше величество? – по-отечески произнес Майерс. – Мой король, разве вы не любите Эмилию? Но раньше вы ведь любили ее?! Вспомните, ваше цветочное величество, прошлым летом мы были в гостях у принцессы. Вы не сводили с нее глаз! Тогда же вы сделали Эмилии предложение руки и сердца, которое она приняла с радостью. Как вы были рады согласию ее высочества! Вспомните!

– Я помню, Майерс…

– Мало того, – продолжал советник, – вы предложили принцессе сразу же и отпраздновать свадьбу! Но мудрая Эмилия сказала, что это будет не по закону. По правилам, сначала необходимо обручиться и подождать прихода четырех времен Природы, чтобы испытать свои чувства. Вспомните, мой король, как вы страдали от того, что вам придется ждать!

– Я все помню, Майерс, – горько сказал Сильвио, – но… я влюбился в Малену…

– Да, ваше величество, вы влюбились в неровню и забыли о принцессе. Вы сами заварили кашу, а теперь намерены отказать Эмилии. В чем она виновата? В том, что была верна вам? Подумайте о бедной принцессе! И о власти подумайте! И о законе подумайте! И о королевстве подумайте! Если вы нарушите закон и женитесь на простой сильване, то вас отлучат от трона! А на кого вы оставите королевство? Кто сможет заменить вас? Да, у вас есть братья, но они не столь мудры, как ваше величество! Король не имеет права оставить подданных ради собственных прихотей! Ваши подданные так доверяют вам, а вы их предаете!

– Я никого не предаю! И это не прихоть. – Сильвио рассердился. – Ты забываешься, Майерс! Ты читаешь мне нотации!

– Если я не прав, прогоните меня, ваше величество! Я лучше уйду, чтобы не видеть, как в королевстве начнется хаос!

Сильвио молчал. После некоторой паузы советник очень мягко сказал:

– Ваше величество, вы король, а не простой сильван. А королям часто приходится делать то, что нужно для подданных, а не для себя. Послушайте меня, старого. Вы давно не виделись с Эмилией и, быть может, поэтому ваши чувства к ней притупились. Возможно, любовь вспыхнет с новой силой, когда вы встретитесь с принцессой после долгого расставания?!

– А если нет? – спросил король.

– Во всяком случае, проверьте себя! Малена – прекрасная фея! Но вдруг вы женитесь на ней, покинете трон, а через время встретитесь с Эмилией и поймете, что именно ее вы и любили! Тогда пострадают все: и вы, и Эмилия, и Малена, да и все королевство! Проверьте себя, ваше величество! Не бойтесь проверить свои чувства!

Говоря это, советник хитрил. Ему совсем не нужно было, чтобы Сильвио проверял свои чувства. Ему надо было, чтобы его величество женился на Эмилии. С одной стороны для того, чтобы не нарушался Закон Духов, а с другой стороны Майерсу очень хотелось проучить Малену, которая во всем шла наперекор первому советнику и, что самое ужасное, король и сильваны поддерживали ее.

– Ты прав, Майерс, – подумав, сказал его величество. – Так больше не может продолжаться, а значит решение мое таково: приказываю послать Эмилии приглашение в гости! На послезавтра. В честь принцессы я даю бал. И пусть все достойно подготовятся к празднику!

Старик расплылся в улыбке:

– Узнаю прежнего Сильвио. Браво, мудрейший из королей! Я немедленно лечу исполнять ваше приказание!

Ликующий маг умчался, и сейчас же по всему лугу разлетелась новость:

– Послезавтра король Сильвио дает бал в честь своей невесты Эмилии! На балу его величество намерен назначить долгожданный день свадьбы с принцессой! Всем готовиться к балу! Приказ короля!

Именно так преподнесли эту новость сильванам и луговым обитателям члены совета – ученики Майерса.

После беседы с первым магом Сильвио решил поговорить с Маленой. Он полетел к ней сам, но оказалось, что няня отправилась с Яном в лес. Разочарованный король вернулся на Салейну, и там, находясь в одиночестве, размышлял: «Неужели Майерс прав? Неужели мои чувства к Эмилии только задремали? Разве может случиться так, что я, увидев принцессу, воспылаю к ней прежней любовью? Нет, этого не может быть! Я ведь люблю Малену…»

При мысли о маленькой фее сердце Сильвио сжалось, а в зеленых глазах правителя заблестели слезы. Его величество быстренько спрятался в своем цветке, чтобы никто не увидел сильного короля слабым.

Глава 8

Cмутные догадки

На другой день сильваны принялись за уборку луга. Они стряхивали пыль с травинок и мыли лепестки цветов. Помогали травяным духам муравьи и прочие насекомые, а птички приносили им в клювиках воду из ручья.

Лишь Малена не принимала участия в уборке. Она не выходила из своего цветка. Сильваны не тревожили главную няню. Пролетая мимо ее жилища, они переглядывались, понимающе кивали и вздыхали.

Ян тоже не стал беспокоить маленькую фею. Он понаблюдал за предпраздничной суетой, посмеялся над репетицией оркестра кузнечиков, а после отправился в лес за медом.

Великан прошел через луг и только хотел пересечь дорогу, за которой начинался лес, как услышал странный скрип, совсем не похожий на скрип Лешего.

Юноша притаился в густой траве у дороги и увидел проехавшее мимо странное сооружение с четырьмя вращающимися кругами. Эту конструкцию тащило за собой не менее странное, длинномордое и длинноногое животное с гривой и хвостом. На сооружении сидел старик, чем-то похожий на Лешего, только борода его была гораздо короче и реже, чем у духа леса, и имела серо-белый, а не пестрый цвет. Старик дремал, опершись спиной о большой тряпичный тюк.

«Ростом он с меня будет», – подумал Ян-сильван.

Когда сооружение (это была телега, которую тащила лошадь) скрылось из виду, Великан вышел из укрытия и огляделся. На дороге не было видно ни души, лишь клубилась поднятая сооружением пыль. Юноша пересек путь и, ступив в прохладный тенистый лес, громко произнес слова заклинания. Сейчас же из густого куста с треском вышел Леший.

– Послушай, дружище, – спросил у него Ян, – не знаешь ли ты, кто это был сейчас на дороге?

– Не видел я, – проскрипел Леший, – дремал в кустах.

«Кто же это был? – думал Ян, идя за Лешим по лесной тропе. – Неужели еще один Сильван-Великан? Но почему он так странно одет? И что это за предмет, на котором он сидел? И что за удивительное животное тащило этот предмет? »

От этих мыслей юношу отвлек Леший. Он показал Яну живописные лесные уголки, где юноша еще не бывал. Особенно понравилась Великану Священная гора Луисия, на вершине которой виднелся Королевский цветок.

– А почему цветок закрыт? – спросил Сильван-Великан.

– Это ночной цветок, – объяснил хозяин леса. – Все лесные сильваны живут в ночных цветах. Такие цветы открываются лишь ночью, а днем они закрыты.

– А кто сейчас находится в Королевском цветке? – спросил Ян.

– Известно кто, – ответил Леший, – король травяных духов леса. Его зовут Луи. Он сейчас спит, как и все лесные сильваны.

Во время лесной прогулки Леший рассказал Яну много интересного о некоторых деревьях и кустарниках. После этого парень вытащил занозу из лапы встретившегося волка. Благодарное животное так расчувствовалось, что прослезилось и облизало Великану руки. Затем Леший угостил Яна сочными ягодами и сладкими корнями аира, росшего на берегу лесного озера, а на прощание вручил парню деревянный туесок с медом. От приглашения на бал хозяин леса категорически отказался:

– Всяк должен быть в своей Стихии.

Возвратившись на луг, юноша отнес мед сильванам-поварам, а сам отправился к Малене.

Фея тихонько покачивалась на травинке возле своего домика.

– Я скучала, – улыбнулась она воспитаннику, – где ты пропадал?

– По просьбе короля ходил к Лешему за медом.

Ян сел на траву и подставил Малене ладонь, на которую она тут же порхнула.

– Ты готова к балу? Уверен, что на балу ты будешь красивее всех, – ласково сказал юноша.

– Придумаешь тоже… – вздохнула няня и принялась расспрашивать Яна о лесной прогулке.

Тот рассказывал вяло и неохотно. Наконец, и вовсе умолк.

– О чем ты думаешь? – спросила фея.

Ян ответил вопросом на вопрос:

– Кто я такой?

Няня растерялась:

– Как это – кто?.. Сильван…

– Ты не обманываешь меня, Малена?

– Но что произошло? – встревожилась фея. – Почему ты задаешь такие вопросы?

Юноша описал ей того, кого видел на дороге:

– Он почти того же роста, что и я, ну, может, чуть пониже будет. На нем рубаха и штаны, но не из травы. Крыльев у него нет, как и у меня, но зато есть борода.

– Ты говорил с ним? – взволнованно спросила Малена.

– Нет. А кто он? Кого я видел на дороге?

– Я… я… не знаю, – соврала няня.

– Мы с ним похожи, Малена. Я же видел свое отражение в родниковой воде.

Фея молчала.

Ян понял, что она что-то скрывает, и ему стало горько от этого.

– Сколько тайн вокруг меня в последнее время, – сказал он грустно, поднялся и пошел прочь.

– Куда ты? – няня полетела следом за ним.

Юноша отмахнулся:

– Оставь меня, будь добра. Я хочу побыть один.

Малена села на цветок и горько заплакала:

– Что же будет? Король женится на Эмилии, Ян уйдет к людям, а я? Как мне пережить расставание с близкими?

Сильван-Великан пришел к ручью и сел на его берегу. Он любил бывать здесь. Журчание родниковой воды успокоило юношу.

– Урсула, – обратился он к старой улитке, – ты все сидишь на камне? Не надоело?

– Нет, – сказала улитка, – здесь так приятно! От Солнышка тепло, от воды прохладно. А еще сегодня пекли лепешки к балу. На камне осталось много крошек. Хочешь? Угощайся!

– Все о еде думаешь, Урсула? А как на счет того, чтоб поразмяться, потанцевать? На бал придешь?

– Приползу, – пообещала старушка, – уж очень хочется взглянуть на Эмилию. Говорят, она такая красавица! Только вот дорога утомительна для меня, далековато до Салейны.

– Ладно, не печалься, принесу я тебя на холм, а после бала доставлю обратно к роднику.

– Благодарю тебя, Сильван-Великан! – обрадовалась Урсула.

– Послушай, – сказал юноша, – не знаешь ли ты, почему духи трав и цветов запретили мне ходить туда, за ручей?

Улитка что-то пробормотала и быстренько спряталась в своем домике.

– Снова тайны, – вздохнул Ян, – даже улитка что-то скрывает от меня…

Великан решил немного прогуляться. Он поднялся и пошел берегом по течению ручья. В той стороне луга он еще не бывал.

Вымытые травы дышали чистотой и свежестью. Сильванов не было видно. Закончив уборку, они приводили себя в порядок: купались в бассейнах и примеряли наряды.

Ян все шел и шел, пока не достиг реки, в которую впадал ручей.

– Ух ты! – восхитился Великан огромным водоемом. – Какой широкий родник!

Юноша с разбегу бросился в реку. В том месте было глубоко, и парень, чуть было, не захлебнулся, но вовремя вспомнил о никсах и призвал их на помощь, произнеся заветное заклинание. Водяные духи тут же подхватили Великана и понесли по течению.

– Ты глллуп! Ты глллуп! – булькали никсы. – Это река, а не родник. Река – глллубока! Плллыви, плллыви…

Прислушиваясь к наставлениям никсов, Ян изо всех сил болтал в воде руками и ногами. Вскоре он уже достаточно хорошо плыл сам, без помощи духов Стихии Воды. Никсы отпустили юношу, но плыли рядышком с ним, на всякий случай.

– Ты – не глллуп! Ты – не глллуп! – булькали они. – Плллывешь! Плллывешь!

– Благодарю вас, никсы! – сказал Сильван-Великан. – Плыть так приятно!

Он несколько раз нырнул и вынырнул, затем перевернулся на спину и, лежа на воде, стал глядеть в голубое небо, по которому медленно ползли белые облака. Высоко над юношей пролетали птицы…Никсы что-то булькали… Река несла Яна по течению, ласково покачивая на своих руках. Юноше стало хорошо и спокойно. Недавняя горечь отступила. Так, лежа на спине, Великан и плыл некоторое время. Он даже задремал…

Как вдруг парня разбудили какие-то звуки! Ян огляделся по сторонам и увидел двух странных существ, плещущихся в воде у самого берега. Существа разговаривали и смеялись. Оставаясь незамеченным, Великан осторожно подплыл поближе и, спрятавшись в густых камышах, прислушался к голосам. Он ясно расслышал человеческую речь. Люди!

Выглянув из камышей, Ян увидал двух девушек.

Одна из них только что вышла из воды и обтирала свое стройное тело какой-то тканью.

– Марта! Выходи из воды, пора уж! – позвала она другую девушку.

– Ой, Мария, зря ты вышла! – крикнула из реки подруга. – Вода такая теплая! Давай еще поплаваем! Это ж последние погожие деньки!

– Не могу, – вздохнула Мария, – дел много. Завтра, сама знаешь, праздник Деревни. Наша очередь печь пироги. Тесто, должно быть, уже подошло. Я обещалась помочь матери. Так что давай, пошевеливайся! Нам еще обсохнуть надо.

– Вечно ты спешишь, Мария, – упрекнула Марта подругу, – никогда у тебя времени нет!

– Что делать… – вздохнула та, – нас у матери шестеро, отца нет. Я – старшая. Кто ж матери поможет?

– Что верно, то верно, – согласилась с Марией Марта.– То ли дело я – одна у родителей, любимая дочь! Холят меня и балуют.

Марта продолжала плескаться в речке, а ее подруга выжала воду из роскошной косы, расплела ее и, облачившись в длинную, белоснежную рубашку, не спеша прогуливалась берегом. Из камышей Ян наблюдал за Марией. Девушка понравилась Великану. Она была стройна и хороша собой, а ее вьющиеся волосы золотились на Солнце.

Но вот вышла из воды Марта, и все внимание Яна переключилось на нее. Марта оказалась пышной, притягивающей взгляд красавицей с густыми рыжими волосами, которые крупными кольцами падали ей на плечи.

– Мария! Я уже накупалась! – крикнула Марта. – Иди сюда!

Мария вернулась к подруге. Они еще немного побыли у реки, пока рыжеволосая одевалась и расчесывалась, а после девушки поднялись по тропинке на крутой бережок и ушли, болтая и смеясь.

Ошеломленный Ян еще немного посидел в камышах, а затем поплыл обратно к тому берегу, с которого нырнул в реку. Плыть против течения было трудновато, но юноша справлялся, да и никсы помогали ему.

«Несомненно, это люди, ведь они говорят на человеческом языке, – размышлял Великан, – и там, на дороге, скорее всего, тоже был человек. Да-да. А я? Я такой же, как и они. Значит, и я человек? Но если я – человек, то почему нахожусь у сильванов? И почему они называют меня сильваном, а не человеком?»

Выйдя из реки, юноша не сразу вернулся на родной луг. Долгое время он сидел на берегу, глядел на свое отражение в воде и все думал о купавшихся девушках, о старике на дороге, о себе…

К Салейне Ян пришел перед самым закатом, вместе со всеми пропел песнь Благодарения, а после скрылся в своем шалаше. Малена попыталась поговорить с воспитанником, но Великан вежливо выставил ее наружу, сославшись на то, что устал за день и хотел бы пораньше лечь спать.

Но на самом деле юноша не сомкнул глаз в эту ночь. Он думал о людях, о двух прекрасных девушках… Особенно думал Великан о рыжеволосой Марте: «Увижу ли ее еще когда-нибудь?»

Ни капельки не вздремнула этой ночью и Малена. Ее мучили мысли об Эмилии и Сильвио, о Яне…

Королю тоже не спалось. Он вздыхал и ворочался в постели, размышляя о предстоящем бале, о Малене и принцессе…

В эту ночь плохо спали и остальные сильваны. Их тревожили мысли о том, что будет с их королевством, с Маленой, с королем…

Лишь Майерс и его ученики крепко спали с благодушными улыбками на лицах.

Принцесса Эмилия ничего не знала о кипящих в соседнем королевстве страстях, невольной виновницей которых была и она. Ее высочество волновало лишь одно – встреча с возлюбленным Сильвио. Принцесса сладко спала в своем цветке на лугу за лесом и видела чудесный сон: будто она и Сильвио кружатся в восхитительном танце, а над ними звенят свадебные колокольчики…

Глава 9

События на балу

На другой день после утренней песни сильваны совершали последние приготовления к балу. Даже Малена поддалась всеобщему настроению и надела свое лучшее платье, сшитое из лепестков цикория. Маленькие ножки няня облачила в васильковые туфельки, а затем отправилась в парикмахерскую «Махаон», где бабочки, накрутив на свои усики зеленые волосы феи, превратили их в роскошные локоны. Вернувшись из парикмахерской, няня обнаружила ожидавшего ее Яна.

– Малена, ты обворожительна! – воскликнул юноша, любуясь маленькой феей.

Малена благодарно улыбнулась ему, а про себя подумала: «Ах, если бы и Сильвио заметил это…»

В полдень духи трав собрались на Салейне в ожидании Эмилии. Ян принес улитку на Священный холм и, усадив ее на высоком цветке, сам устроился рядом в густой траве.

День был тихий и безветренный. В небе – ни соринки.

Но вот вдалеке показалось легкое разноцветное облачко, трепещущее многочисленными крылышками. Это летела на бал принцесса в сопровождении своих фрейлин. Облачко приблизилось. Травы и цветы на Салейне заколыхались от взмаха множества крылышек свиты ее высочества.

– Принцесса! – закричали подданные короля Сильвио и захлопали в ладошки, приветствуя гостью.

Кортеж ее высочества приземлился на полянке рядом с большим Королевским цветком. В нежно-розовом платье, сшитом из лепесточков клевера, фея-принцесса выглядела прелестно. Ее густые волосы были собраны в изящный узелок, который венчала маленькая желтая корона из цветка калужницы.

– Да будут травы ваши сочными, дорогие мои соседи! – поприветствовала Эмилия встречающих, а затем грациозно склонилась пред его величеством:

– День добрый, мудрый и справедливый король Сильвио!

Сильвио спустился с Королевского цветка и тоже поклонился принцессе:

– Ваша красота не меркнет, очаровательная Эмилия! Я и мои подданные рады видеть вас в нашем королевстве. Не слишком ли утомительной для вас была дорога сюда?

– О нет, любезный Сильвио! Дорога была для меня приятной, ведь она привела меня к лучшему из королей!

– Благодарю вас, принцесса! – улыбнулся Сильвио и, предложив Эмилии руку, увлек ее на Королевский цветок, откуда хорошо просматривалась вся поляна.

По знаку его величества помощники поваров принялись разносить присутствующим лакомства: нектар и ягодный сок, дробленые орехи и сладкие корешки, а также пыльцовые пирожные, лепешки, капельки меда в цветочных лепестках, вяленые ягоды и прочие вкусности.

После угощения зазвучала музыка в исполнении оркестра кузнечиков, и Сильвио пригласил Эмилию на танец. За ними пошли танцевать все желающие. Прекрасная мелодия разливалась над лугом. Сильваны то кружили в воздухе, то опускались на траву, выстраивая причудливые хореографические фигуры.

Станцевав несколько танцев подряд, Эмилия и Сильвио расположились на Королевском цветке отдохнуть. Они потягивали из крошечных бокальчиков ароматный нектар и болтали о всякой всячине. Король с удовольствием разговаривал с ее высочеством. Она была умной и хорошей собеседницей.

Майерс наблюдал за происходящим и не мог нарадоваться:

«Кажется, король вполне доволен!..»

Радовалась и Эмилия: «Я-то думала, что Сильвио забыл меня, но я ошибалась. Король так любезен и так нежен со мной! Ах, скорее бы вечер наступил! Обязательно приглашу его величество на прогулку под звездами…»

Бал продолжался. Было очень весело! Угощение расхватывалось моментально, а танцы сменялись один за другим. Вскоре танцевали почти все обитатели луга. Те же, кто не танцевал, вели оживленные беседы друг с другом, качались на травах или играли в игры.

Кружась в очередном танце с принцессой, Сильвио заметил, как мимо них проплыла Малена в паре с одним из сильванов. Кавалер что-то шептал няне на ушко, а та… смеялась и выглядела вполне счастливой!!!

В этот миг Эмилия с ее красотой, добротой и умом померкла в глазах Сильвио. Малена! Вот то, что разделяло его и принцессу. А еще короля неприятно поразила та мысль, что в маленькую фею может быть влюблен еще кто-то, кроме него!

Сильвио внезапно прекратил танец, остановившись на листке подорожника. Оркестр умолк. Танцующие пары замерли на месте, обратив взоры на своего короля, а тот искал глазами Малену.

– Ваше величество, что-то случилось? – встревожилась принцесса.

Но Сильвио, казалось, не слышал ее. Он смотрел куда-то в сторону. Эмилия проследила за взглядом короля и увидела ту, что завладела его вниманием.

«Почему Сильвио так смотрит на нее? – подумала гостья. – Что в ней такого особенного? Обыкновенная травяная фея. Ну, красивая… Может быть, даже красивее остальных фей… Но разве она лучше меня? О, Силы Природы! Неужели король влюблен в эту прелестную сильвану?»

Малена тоже взглянула в сторону венценосных особ, и на лице ее отразилось беспокойство. Окружающие наблюдали за всем происходящим, перешептывались и ждали, чем кончится сцена. Принцесса глубоко вздохнула и, проглотив комок обиды, перевела взгляд с незнакомки на Сильвио:

– Ваше величество, мы танцуем или нет?

Но король не обращал на гостью ни малейшего внимания. Тогда Майерс попытался исправить ситуацию. Он подлетел к музыкантам и приказал:

– Играйте! Что же вы замолчали?

Дирижер-кузнечик резво взмахнул палочкой, и музыка грянула.

– Танцуйте, сильваны, – пригласил советник, – танцуйте!

На поляне снова заколыхались изящные пары.

Потрясенная Эмилия промолвила:

– Ваше величество, я устала и хотела бы отдохнуть.

Но Сильвио и на сей раз не услышал ее. Он следил глазами за милой сильваной в синем платье, которую кавалер снова увлек в танец. Принцессе стало очень неловко, но на помощь ей подоспел Майерс:

– Ваше величество! Разве вы не слышите, что к вам обращается ее высочество? Она устала и желает отдохнуть!

– Aх, да… – спохватился король. – Простите, Эмилия. Прошу вас…

Он подал гостье руку и, взлетев с нею на Королевский цветок, уже оттуда стал наблюдать за главной няней.

Сердце Эмилии сжалось: «Действительно, король увлечен другой. Зачем же я здесь нахожусь? Зачем я спешила сюда?»

Принцессе стало очень грустно. Ах, как она мечтала о встрече с Сильвио! Как хотела увидеть его глаза, полные любви! Кажется, так все и было поначалу. Но оказалось, что все совсем иначе…

«Король холоден ко мне, – думала теперь принцесса, – эта красивая сильвана милее ему, нежели я».

– Достопочтенный Сильвио, – гостья попыталась отвлечь внимание короля от Малены, – ходят слухи, что на вашем лугу живет удивительный сильван. Правда ли это?

Король не ответил, и фея-соседка печально вздохнула.

Сейчас же рядом с ними возник первый советник. Он был вне себя от гнева. Еще бы! Планы его рушились!

– Мой король, – Майерс еле сдерживал эмоции, – разве вы не слышите, что с вами разговаривает ваша невеста?

– Ах, да… Простите, ваше высочество. Я задумался. Что вы говорили?

– Я сказала, что мне хотелось бы познакомиться с одним из ваших сильванов. Я много слышала о нем. Говорят, он большого роста?

– Да, это так, принцесса. Сейчас вы увидите нашего любимца.

Король жестом остановил оркестр и позвал:

– Сильван-Великан! Где ты? Покажись!

– Я здесь, ваше величество! – юноша поднялся из травы в полный рост.

– Ух, ты! – восхитилась гостья. – Вот это да! Я и не ожидала, что ты так велик! Ты просто огромен! Солнечных дней желаю тебе, необыкновенный сильван!

– Пусть ароматы чудных цветов наполняют вашу обитель, милая принцесса! – в свою очередь поприветствовал юноша.

Свита ее высочества одобрительно зашумела.

– Ты не только большой и красивый, – любезно отозвалась Эмилия, – но еще и учтив. Это похвально, Великан! «Великан» – это твое имя?

– Нет, ваше высочество, так прозвали меня из-за большого роста. А зовут меня Яном.

– Ян, а почему ты прячешься в высокой траве?

– Я боялся напугать вас большим ростом, потому и устроился в зарослях.

– Ерунда, – возразила гостья, – ты совсем не страшен. Наоборот, очень мил. Скажи, а ты и летать можешь? Хотя, я не вижу твоих крыльев?…

– А их у меня и нет, принцесса. Летать я не умею.

– Как так? Хм… Странно. Вообще-то, у всех сильванов есть крылья. Впрочем, Ян, ты очень похож на людей! Ростом ты будешь, как раз с человека. И, кстати, у людей тоже нет крыльев…

На Салейне вдруг стало неестественно тихо. Эмилия недоуменно огляделась и пролепетала:

– Кажется, я сказала что-то не то?

– Не угодно ли потанцевать, ваше высочество? – поспешно предложил король.

В его тоне Эмилия расслышала нотки неодобрения. Гостья так смутилась, что даже покраснела!!! А такое бывало с зелеными волшебниками крайне редко. В крошечных глазках принцессы заблестели слезы. Все не ладилось у нее сегодня! Сильвио, кажется, ей не рад. Теперь вот брякнула нечто лишнее…

– Я хочу домой, – упавшим голосом изрекла соседка.

– Но бал еще продолжается… – слабо возразил король.

Взяв себя в руки, принцесса смахнула с длинных ресниц слезинки и твердо сказала:

– Мне пора, ваше величество. Солнце уже спускается к горизонту, а мне еще нужно перелететь через большой лес. Благодарю вас, Сильвио, за… чудный бал.

Эмилия склонилась перед Сильвио в изящном реверансе.

– Благодарю и вас, Эмилия, за… визит! Был рад встретиться с вами, – проговорил его величество.

– И это все, мой король? – воскликнул Майерс.

– Что же еще нужно? – нахмурился Сильвио.

– Но, ваше величество, принцесса не просто прилетела к нам в гости! Она – ваша невеста! Всем известно, что вы с Эмилией помолвлены, а также все знают, что этим Летом должна состояться ваша свадьба! Лето скоро уйдет. Наступит Осень! Когда же сыграем свадьбу, мой король? Этот вопрос давно уже волнует всех нас, а также и принцессу!

– Ты забываешься, Майерс! – повысил тон Сильвио.

– Умоляю, проводите меня, мне пора… – попросила ее высочество, слетев с Королевского цветка.

Принцессу тотчас же окружила ее свита.

– Нет уж, погодите! – возразил советник. – Осмелюсь напомнить вашему величеству о нашем договоре. Я свое слово сдержал, а вы – нет.

– И я сдержал, – сказал король, – я устроил бал в честь ее высочества, как и обещал.

– Простите, Сильвио, – вмешалась принцесса, – кому и за что вы обещали устроить бал в мою честь?

Присутствующие замерли в ожидании ответа короля.

А тот, помолчав немного, слетел вниз к Эмилии и, глядя ей в глаза, твердо сказал:

– Я больше не хочу обманывать вас, принцесса. Я скажу вам правду. Возможно, она будет горькой для вас, но…

– Говорите, Сильвио, – принцесса собралась с силами, – я слушаю вас.

– Я был влюблен в вас, ваше высочество…

– Был? – повторила Эмилия упавшим голосом.

– Я предложил вам стать моей женой, и вы согласились. Мы обручились и мечтали пожениться, но…

– Но?… – принцесса посмотрела королю в глаза.

– Но я полюбил другую.

Принцесса пошатнулась. Фрейлины поддержали ее и усадили на травяную скамеечку. Кто-то из сильванов подал гостье цветочную чашечку с родниковой водой.

– Что вы говорите, ваше величество? – ужаснулся советник.

– Да! Полюбил! – громко объявил Сильвио. – Я полюбил Малену!

Он подлетел к няне и взял ее за руку:

– Я люблю тебя, моя зеленоглазая фея. Ты не принцесса и не королевна, ты – простая няня, но я люблю тебя и готов ради тебя пожертвовать короной.

– Не надо, ваше величество! – взмолилась Малена.

– Нет, надо! – Сильвио подхватил главную няню, и вместе они взлетели на Королевский цветок.

Оттуда король провозгласил:

– Слушайте все! Слушай, мой народ! Вот моя избранница – Малена! Только ей быть моей и вашей королевой! Но женившись на простой сильване, я нарушу закон, а потому мне придется покинуть трон. Что ж, я согласен на это. Изберите достойного, и пусть он правит королевством. А я буду счастлив с моей очаровательной няней.

– Ваше величество, одумайтесь! – почти застонал Майерс.

– Я и так слишком долго думал, советник! Я измучил Малену, измучил Эмилию, измучился сам. Я размышлял: что же мне выбрать: корону или же Любовь? Я выбрал Любовь. Эмилия, этот бал я устроил для того, чтобы успокоить моего советника. Майерс ожидал, что на балу я назначу день нашей свадьбы. Да и вы, принцесса, ожидали того же. Простите за то, что обманул ваши надежды.

– Ваше величество, вы же сами просили руки Эмилии! Вспомните, вы молили ее ответить вам взаимностью… – сказал Майерс, вытирая пот со лба.

– Да, сам. Но я не думал тогда, что полюблю другую сильвану. Малена – не увлечение, нет. Малена та, с кем я хочу провести всю свою жизнь в супружеском союзе.

Король нежно посмотрел на няню, а затем слетел с цветка вниз и встал на колени перед Эмилией:

– Я виноват перед вами, принцесса. Я был поспешен в своих выводах, когда просил вашей руки. Вы нравились мне, очень нравились… Вы и сейчас мне нравитесь, но люблю я другую фею, и не боюсь потерять корону из-за нее. Надеюсь, ваше высочество, вы поймете меня и не станете судить строго. Сердцу не прикажешь. Кажется, такая поговорка есть у людей?..

– Ваше величество, – простонал советник, – прошу вас, извинитесь перед Эмилией и перемените решение. Разве вы не понимаете, что унизили ее высочество!? Она по вашей настоятельной просьбе обручилась с вами, а теперь вы же и оставляете принцессу! Кто она теперь? Брошенная невеста? Какая слава о ней пойдет по лугам?

– Да, это ужасно, – сказал Сильвио, – что я наделал? Эмилия, я подал вам надежду и сам же разбил ее. Вы ни в чем не виноваты. И Малена не виновата. Во всем виноват я один.

Король поднялся с колен и бесцветным голосом произнес:

– Ты прав, советник. Выходит, что я и Малена…Мы будем счастливы, а Эмилия будет страдать вдвойне: из-за неразделенной любви и испорченной репутации.

На Салейне стало так тихо, будто все вокруг вымерло. Сильвио вернулся на Королевский цветок и сказал ожидавшей его няне:

– Ты замечательно смотришься здесь, Малена. Жаль, что не ты станешь моей королевой… Видит Природа, я так хотел этого! Жаль, что у нас ничего не вышло…

Он взял в свои руки нежные ручки феи и горячо расцеловал их:

– Прости, любимая, – я виноват перед тобой. Нам не суждено быть вместе. Я обязан жениться на Эмилии. Мы с ней обручены, и я не позволю, чтобы страдала репутация принцессы. Прощай…

Малена подняла на короля измученные глаза и прошептала:

– Я все понимаю. Иди и будь счастлив, Сильвио…

– Вот ты и назвала меня по имени, – грустно сказал король. – Я все ждал, когда же наступит этот миг, а то: «Ваше величество да ваше величество…»

Они стояли рядом, не в силах оторваться друг от друга. Наконец, няня высвободила свои ладошки из рук Сильвио и покинула Королевский цветок. Король печально поглядел ей вслед, а затем вернулся к принцессе, которая поднялась со скамеечки и ожидала короля в полном спокойствии.

– Ну, вот все и разрешилось, ваше высочество, – пытаясь изобразить улыбку на лице, проговорил Сильвио. – Прошу вашу руку, дорогая невеста. Предлагаю отпраздновать нашу свадьбу незамедлительно.

– Прекрасно, прекрасно, ваше величество! – обрадовался Майерс. – Чудесный, благородный поступок, достойный короля! Разве не так, сильваны?

– Так! Так! – зааплодировали ученики мага и свита ее высочества.

– Нет! – внезапно сказала Эмилия.

Аплодисменты прекратились.

– Вы что-то сказали, ваше высочество? – недоуменно спросил первый маг королевства.

– Я сказала, что свадьбы не будет!

– Как? – Майерс не поверил своим ушам.

Ученики его зашушукались, несколько фрейлин из свиты Эмилии лишились чувств, а остальные сильваны притихли.

– К Лешему репутацию! Да простит меня дух леса, – сказала Эмилия и обратилась к Сильвио:

– Я понимаю вас, ваше величество, и не сержусь. Не скрою, я огорчена, но сердце не обманешь. Это хорошо, что вы мне все рассказали. Нет ничего хуже недомолвок. Мы были с вами добрыми друзьями, Сильвио, давайте же ими и останемся. А помолвку нашу я разрываю. Вы свободны, ваше величество! И я… свободна…

Последние слова Эмилия произнесла прерывающимся голосом. Было видно, что ей нелегко было сказать все это.

– Но, принцесса, зачем? Все же так хорошо сложилось? – растерянно спросил Майерс.

– Не было бы в нашем супружестве ничего хорошего, – сдерживая слезы, сказала принцесса. – Жить в нелюбви и быть причиной чьего-то несчастья – это хуже плохой репутации.

– Благодарю вас, умнейшая и добрейшая фея, – растроганно сказал король Сильвио, – я рад, что вы поняли меня.

Эмилия смахнула с ресниц предательские слезинки, взяла его величество за руку и взлетела с ним на Королевский цветок.

– Малена, где ты? – позвала она няню. – Иди сюда! Я зову тебя.

Маленькая фея порхнула к принцессе.

– Красавица-сильвана, – обратилась к ней Эмилия, – лучший из королей любит тебя. Но я не слышала, любишь ли ты его?

– Да, я бы тоже хотел услышать, – взволнованно сказал Сильвио.

Малена грациозно поклонилась фее-соседке:

– Ваше высочество, я сражена вашим благородством. Благодарю вас! Вы осчастливили меня. Я искренне желаю и вам обрести свое счастье.

Затем Малена обратила счастливые глаза на короля:

– Если бы ты знал, Сильвио, как давно мне хотелось сказать, что… я люблю тебя!

– Малена, – сказал король, – прошу, будь моей женой.

– Я согласна, – зардевшись, кивнула маленькая фея.

– Я так рад! – воскликнул его величество.

– Малена, Сильвио, будьте счастливы! – пожелала Эмилия.

– Будьте счастливы! – радостно зашумели сильваны и луговые жители.

Лучшей развязки дела они и не желали!

Глава 10

Тайна раскрыта!

После того, как всеобщее веселье немного поутихло, его величество взял обеих фей за руки и обратился к своему народу:

– Подданные мои, эти две сильваны сделали меня счастливым. Много лет я правил тобой, мой славный народ. Но сегодня я отказываюсь от короны. Я не предаю вас, сородичи! Я поступаю так по велению моей Души. Уверен, что найдется достойный сильван, который станет нашим королем!

– Ваше величество! – вскричал первый маг королевства. – Вы нарушаете Древний Священный Закон Духов Трав! Скандал в Стихии Трав и Цветов! Что скажут другие сильваны? Что скажут другие Стихии? Какой пример вы подаете остальным? Отныне все станут поступать так, как кому заблагорассудится! В конце концов, не хотите жениться на Эмилии – не женитесь! Но не женитесь и на Малене! Не нарушайте законов! Малена – простая сильвана, и вы не имеете права жениться на ней.

– А разве не мы создаем законы? – спросил Сильвио. – Разве мы должны служить закону, а не закон нам? Кому нужен закон, приносящий страдание? Нужно создавать законы, несущие радость! А еще надо понимать, что все законы уже созданы самой Природой. Нет вернее ее законов!

Мы – духи – лишь проводники, служители Природы! Наши предки создавали Закон Духов Трав, но разве они не могли ошибаться в чем-то? Природа дает нам возможность создавать, ошибаться и исправлять. Так давайте исправлять то, что мешает нам быть счастливыми! Давайте исправлять то, что противоречит живому и естественному Закону Природы. Все хотят быть счастливыми! Что и кто мешает этому? Быть может, мы сами? Да, законы нужны. Мудрые правила необходимы для устройства жизни. Но слепо соблюдаемые и не приносящие радости законы следует отменять!

Сильваны внимательно слушали короля, а тот продолжал:

– Много лет живем мы на этом лугу, много лет мы чтим наш Закон Духов Трав. Но впервые я не согласен с законом! Нельзя измерить Любовь титулами! Если я не нарушу сейчас созданный нашими предками Древнейший Священный Закон Духов, то предам главное – свою Душу. А закон Души, закон Сердца – это законы самой Природы – живой, мудрой и естественной Природы!

Сильваны зашумели, захлопали в ладоши:

– Он прав! Он прав!

– Вы правы, ваше величество!

– Вы – мудрый и справедливый! Вы – добрый и решительный!

– Оставайтесь нашим королем!

– Ваше величество, женитесь на Малене, и пусть она станет нашей королевой!

– Да здравствует наш любимый король Сильвио!

– Сильвио – самый достойный король!

– Да здравствует добрая королева Малена!

– Да здравствует благородная и великодушная принцесса Эмилия!

– Да здравствует новый Закон Души и Любви!

Даже Эмилия повеселела. Она как будто поняла для себя что-то новое, и теперь глядела на Сильвио по-иному: не как влюбленная на возлюбленного, а как ученица на учителя.

«Как мало, оказывается, я знаю его», – думала принцесса.

Во всеобщем радостном оживлении не принимали участия лишь Майерс да его ученики. Насупившись, они ждали, когда же все умолкнут.

– Вот так, значит? – изрек советник после того, как сильваны немного успокоились. – Значит, вы обманули меня, ваше величество?

– В чем? – король уставился на первого мага.

– Как же! Вы обещали жениться на принцессе, если я своим чародейством превращу малыша во взрослого…

– Не преувеличивай, Майерс! – перебил советника король. – Я не обещал жениться. Я обещал только дать принцессе ответ. А того, каким будет мой ответ, я с тобой не обсуждал. Мой ответ прозвучал сейчас, при всех! Эмилия поняла меня и не захотела жить в притворном супружеском союзе. Ложь до добра не доводит. Пойми это, советник…

– Ну, что же, ваше величество, – добреньким голоском промолвил Майерс, – раз такое дело… Да, действительно, лгать нехорошо. Признаться, мне и самому надоела ложь! Начну говорить правду. Любезная Эмилия!

– Да, советник, я слушаю вас…

– А ведь вы были правы, когда сказали, что наш Великан похож на человека. Он и есть – человек!

– Что? – принцесса недоуменно захлопала длинными ресницами, а чувствительные фрейлины ее свиты снова оказались в обмороке.

– Замолчи, Майерс! – вскричал король. – Не смей!

– Нет, говори! – вмешался Ян. – Говори, советник! Все эти тайны и недомолвки мучают меня!

Советник подлетел к Великану и затараторил:

– Да-да, Ян! Никакой ты не сильван! Все лгали тебе: и король, и Малена, и все остальные! И я лгал, но теперь лгать не желаю. Ян, ты – человек! Самый обыкновенный человек! Мы нашли тебя на берегу ручья. Ты был совсем маленьким. Это случилось до трех прошлых Полнолуний. Твоя мать – жалкая нищенка. Вероятно, ты был ей в тягость, и она бросила тебя в безлюдных зарослях. О, жестокий человеческий род! Маленький ребенок мог умереть от голода и жажды, от холодных дождей… Великан, Малена уговорила сильванов оставить тебя здесь. Все согласились, хотя это было не по закону. Я один возражал, ведь человек – не сильван! Человек – не дух трав! Каждый должен быть в своей Стихии! Так гласит Древний Священный Закон Духов Трав! Впрочем, люди – тоже духи, в некотором роде. Ибо при рождении своем они наделены определенным духом. Но куда девается этот дух со временем? Он теряется. Он забивается злобой, ненавистью, жадностью! Он засоряется тупостью и ограниченностью, нежеланием постигать и учиться! Лишь очень немногие из людей сохраняют в себе Первозданный Первородный Вселенский Дух и проносят его через всю свою жизнь, учась, постигая, развиваясь и совершенствуясь. Таким людям доступны Тайные знания. Такие люди могут исцелять, видеть прошлое и будущее…Они даже могут летать, не имея крыльев! Это – особенные люди! Но давно уже нет таких. Человек ушел от себя истинного, ушел от своего духа. Человек обмельчал. Я вырастил тебя, Ян, при помощи чар, за одну ночь. Я напоил тебя волшебным зельем для того, чтобы ты вырос и скорее начал постигать наши знания. Так хотели Малена и король, вопреки нашему закону. Сейчас, юноша, ты крепок, ловок и здоров. Если ты и дальше станешь жить по законам Природы, то будешь здоров всегда, а жизнь твоя продлится дольше, чем жизнь обычных людей. Лет 120-150, а может быть, и 200-300… Как знать? Но все равно ты не сможешь жить столько, сколько живут настоящие сильваны. Ведь ты не сильван, а человек!

Первый маг королевства умолк и сел на травинку. Он снял с головы колпак и протер им вспотевшую лысину. Сильваны и луговые обитатели замерли в ожидании ответного слова Великана.

– Успокойся, Майерс, – сказал, наконец, Ян, – не надо так волноваться. Вот что я скажу тебе… Я не стремлюсь жить дольше, чем мне отведено Природой. Важнее то, как я проживу, и чем будет наполнена моя жизнь.

– Хорошая мысль, Великан, – тихо сказал Майерс. – Хочу заметить, что ты – способный ученик. Очень способный! Из всех людей, которые пребывали у нас когда-либо, лишь тебя я могу выделить. Я наблюдал за тем, как ты учишься нашим премудростям. Ты, Ян, обладаешь превосходными способностями! У тебя очень многое получается. Одно лишь не получится: ты никогда не станешь сильваном. Малена, король и остальные пытались сделать из тебя настоящего духа трав. Они хотели, чтобы ты остался у нас навсегда! И все мы лгали тебе, скрывая то, что ты – человек! Теперь, когда ты все знаешь, помни, на что мы шли ради тебя, человек. Мы нарушали свой закон! Только будут ли люди благодарны нам за это?

Майерс в упор смотрел на воспитанника и тяжело дышал. В напряженном безмолвии замерли все присутствующие. Солнце вот-вот должно было коснуться линии горизонта, однако никто не замечал этого.

– Благодарю тебя, Майерс, – вздохнул Ян. – Не ожидал, что именно от тебя услышу правду. Знаешь, мне всегда думалось, что я не настоящий сильван. Что-то подсказывало мне, что я не из вашей Стихии…

– Это твоя Душа говорила с тобой, – снова вздохнул Майерс и надел колпак. – Душа никогда не обманывает.

– Душа… – проговорил Ян задумчиво. – Удивительная, непостижимая Душа…

Помолчав, он продолжил:

– На днях я впервые увидел людей и понял, кто я есть на самом деле. Я – человек. А сегодня ты, Майерс, подтвердил это. Я не понимал одного: почему нахожусь у вас, сильваны, а не у людей? Но теперь мне все ясно. Советник, ты говоришь, что человеческий род жесток и злобен. А каков ты сам, сильван Майерс? Сколько я помню тебя – всегда ты зол, ворчлив, придирчив… Особенно, ко мне. А твои ученики с высокомерием относятся к другим сильванам. Ты говоришь, что король должен подавать пример своим подданным. А разве первый королевский советник не должен делать того же? Ответь мне, Майерс, за что ты так не любишь меня? Разве я когда-нибудь причинил тебе зло?

Советник горько сказал:

– Нет, Ян, ты не сделал мне ничего плохого. Просто я не доверял тебе. Я не доверяю людям. В свое время они принесли нам много горя, и я думал, что когда-нибудь и ты поступишь с нами дурно. Ведь ты – человек.

– Понимаю, – кивнул Ян, – наверное, нелегко забыть однажды причиненную боль.

Помолчав, советник сказал:

– Я виноват перед тобой, Великан. Я плохо относился к тебе, да и к другим тоже. Простите меня, сильваны. И ты, Ян, прости …

Юноша усмехнулся:

– Ладно, старик, забудем о плохом. Я рад, что мы поговорили по душам. Я уважаю тебя, советник. Ты смог признать, что был несправедлив.

К юноше подлетела Малена:

– Прости меня, Ян, – сказала она, – я обманывала тебя. Я скрывала то, что ты – человек. Но я так хотела, чтобы ты остался с нами! Я так полюбила тебя! Мы все полюбили тебя! Конечно, я понимала, что рано или поздно, ты встретишься с людьми. Но мне так хотелось, чтобы эта встреча произошла, как можно, позже…

– Не огорчайся, Малена, – ласково сказал юноша, – теперь я все понимаю. Знаешь, я не знаю толком, что такое – мать. Но мне кажется, что мать – это… как ты, Малена. Я помню твои песни, сказки… Ты всегда была рядом со мной…

Ян почувствовал, что к горлу его подступил горячий комок! Таких ощущений юноша не испытывал до сих пор, а потому испугался. Он глубоко вдохнул и выдохнул несколько раз, пытаясь проглотить горячий ком. Великану удалось это.

Успокоившись, он продолжил:

– Женщину, оставившую меня, не хочу осуждать. Что случилось, то случилось. Зачем теребить «увядшие лепестки»? От них лишь сухая пыль. Сильвио, я восхищен вами! Я не совсем понимал, что происходит вокруг меня. На балу я внимательно следил за всеми событиями, и теперь мне все понятно. Мой король, сегодня вы выбрали живой закон Души, а не мертвые правила. Я восхищен вами. Я восхищен и вашим великодушием, Эмилия! Благодаря вам, Малена и Сильвио – счастливы.

Ян обратился ко всем сильванам:

– Благодарю вас, духи трав и цветов! Вы приняли меня в свою Стихию и многому научили. Я люблю этот луг, люблю мир живой Природы! Мне было хорошо с вами, сильваны, мои чудесные и добрые друзья!

– Ян, ты говоришь так, словно собираешься уйти от нас, – грустно сказал король.

– Не покидай нас, дорогой малыш, – всхлипнула Малена.

– Если ты уходишь из-за меня, то прошу – останься, – попросил Майерс, – поверь, с этого дня все у нас с тобой пойдет иначе.

Со всех сторон Яна облепили сильваны и луговые жители:

– Не уходи, не уходи, Великан! Оставайся с нами!

– Благодарю, друзья! – растроганно проговорил юноша. – Но не буду обманывать вас. Я увидел людей, и меня тянет к ним. Я хочу узнать их лучше. Хочу понять их, посмотреть, чем и как они живут. Стихия Людей – это моя Стихия. Мне интересно познакомиться с человеком и узнать его ближе. «Всякий должен находиться в своей Стихии» – такая, кажется, поговорка есть у сильванов? Не тревожьтесь, друзья. Пока еще я с вами. Если же решусь уйти к людям, то не сделаю этого тайно, а обязательно сообщу вам об этом.

– Что ж, Ян, – сказал Сильвио, – теперь тебе известно, кто ты. Ты – человек. Решай, с кем остаться. Останешься с нами – мы будем рады. А решишь уйти к людям – мы уважительно отнесемся к твоему выбору, хотя нам будет трудно расстаться с тобой. Но знай, покинув нас, ты всегда сможешь вернуться обратно, если пожелаешь, и всегда сможешь приходить к нам в гости. Ты – наш. Мы считаем тебя сильваном.

– Ты – наш! Ты – наш! – зашумели духи трав. – Мы считаем тебя сильваном! Мы полюбили тебя, Великан! Оставайся с нами!

– Видишь, Ян, как любят тебя духи Травяной Стихии! – сказал Майерс. – Они передали тебе свои сокровенные знания, а такое выпадает не каждому человеку. Цени это. Должен сказать, что я тайно восхищался твоими способностями и прилежанием, но скрывал это. Неприязнь к людям во мне была сильнее справедливости. А теперь я говорю: я уважаю тебя, Великан. Ты – особенный человек. В тебе чувствуется Первозданный Дух! Главное в том, чтобы ты не утратил его в дальнейшем.

– Я буду помнить об этом, – кивнул Ян. – Благодарю вас, сильваны…

– А сейчас, друзья, – напомнил король, – пора петь вечернюю песню. – Глядите! Солнце скоро спрячется! Эмилия, придется вам заночевать у нас.

Принцесса улыбнулась:

– Это я уже поняла. Надеюсь, у вашего величества найдутся свободные цветы для меня и моей свиты?

– Чего-чего, а этого добра у меня хватает, – засмеялся Сильвио.

Заиграл оркестр кузнечиков, поплыл над лугами колокольчиковый звон… Духи трав – сильваны и человек по имени Ян исполняли песнь Благодарения.

Глава 11

Долгожданное знакомство

После вечерней песни Ян отнес улитку к ручью. Усадив старую Урсулу на ее любимом камне, юноша устроился на берегу и стал слушать тихое журчание воды. Солнце спряталось за горизонтом, но вокруг было еще достаточно светло. Ян глядел на пожелтевшие травы и думал о том, что скоро придет Осень. Малена однажды поведала ему об этом состоянии Природы:

«Осень – златокудрая красавица в пурпурном платье, – рассказывала няня. – Она ходит по земле и поет тихую колыбельную, от которой всем хочется спать. Сонные духи трав уходят в свой подземный городок, где засыпают до Весны. Вместе с ними засыпают все корешки и семена. Растения желтеют, сохнут, листья и лепестки опадают…»

«Они умирают?» – спросил Великан.

«Нет, – ответила няня, – они сбрасывают с себя одежду перед тем, как уснуть. К приходу Осени наряд растений изнашивается, но это не страшно. Весной они наденут новые красивые платья. Всю Зиму коренья и семена будут крепко спать в теплой земле под покровом пушистого снега. За это время они отдохнут, наберутся сил у Матери-Земли, напитаются ее целебными соками, а с приходом Весны семена пробудятся, согреются дыханием сильванов и прорастут…»

– А что будет со мной? – тихонько размышлял юноша сейчас, сидя на берегу ручья. – Неужели я уйду зимовать под землю? Как это возможно? Я же человек, а не сильван. Я должен находиться в своей Стихии – Стихии Людей…

Вечерние сумерки окутывали луг, ручей журчал тише… Старая Урсула, пожелав Яну «Доброй ночи», спряталась в своем домике, откуда вскоре послышалось ее сонное бормотание.

– Оставить сильванов… – продолжал размышлять Великан. – Но как без них? Я жил с ними с самого рождения. Они – моя семья и мои друзья. Сильваны сделали мне столько добра! Многому научили. До сих пор я не знал иной жизни, чем жизнь на лугу. Если доведется уйти к людям, смогу ли я жить их жизнью? Хотя, почему не смогу? Ведь я человек! Смогу! А если останусь с духами трав? Тогда не узнаю жизни в Стихии Людей. Но каково мне будет у людей? Как они меня примут? И примут ли? Может, остаться с сильванами? Но тогда я никогда не встречусь с девушкой Мартой. А так хочется снова ее увидеть!

При воспоминании о рыжеволосой красавице в груди у Яна что-то сладко заныло, а глаза затянуло слезной поволокой.

– Что это со мной?! – испугался юноша. – Что за странные ощущения я испытываю в последнее время?

В этот миг он услышал нежный голосок няни:

– Ты здесь, дорогой мой малыш? Мы искали тебя…

На камень бесшумно опустились Малена и Сильвио.

Ян улыбнулся:

– Я вижу, вам тоже не спится?

– Вот что, Великан, – сказал король, – завтра в полдень на Салейне состоится наша с Маленой свадьба. Надеемся, ты придешь на праздник?

– Да-да, – взволнованно произнесла няня, – нам бы очень хотелось, чтобы ты присутствовал на завтрашнем балу. Этот бал будет провозглашен в честь меня!

Ян понял, что сильваны боятся его ухода и поспешил успокоить друзей:

– Я буду непременно на вашей свадьбе! Ну вот, Малена, и в твою честь состоится бал. Ты рада этому?

– Очень!

– А эта странная Любовь? Теперь она не доставляет тебе страданий?

– Нет! – ответила фея. – Теперь я счастлива!

– Когда-нибудь, Ян, – улыбнулся Сильвио, – ты тоже испытаешь радость взаимной Любви и будешь счастлив.

– Когда же это произойдет? – прошептал Великан, и перед его глазами снова возник образ Марты.

– Твоя Душа скажет тебе об этом. Слушай голос Души своей. Она никогда не ошибается. Она знает ответы на все вопросы, – сказала Малена.

Все трое помолчали. Затем его величество предложил:

– Не спится сегодня. Давайте погуляем по лугу.

– Давайте! – обрадовалась Малена.

Юноша отказался:

– Спасибо за приглашение, друзья, но мне бы хотелось побыть одному, поразмыслить о многом. А вы летите. Думаю, и вам хочется побыть наедине. Нет-нет, не возражайте! Летите! А я здесь побуду. Звездной прогулки вам, друзья!

Малена и король удалились, а Ян остался у камня. Юноша задумчиво глядел на противоположный берег ручья.

«Я никогда не ходил туда, – размышлял Великан. – Сильваны запретили мне это. А почему? Может быть, по ту сторону ручья живут люди? Впрочем, недавно я бывал в том направлении, но не на лугу, а у берега реки, где купались девушки».

Яну-сильвану вдруг очень захотелось попасть в запретную часть луга. Юноша огляделся по сторонам и прислушался. Вокруг было тихо. Урсула храпела в раковинке, Малена и Сильвио где-то уединились, а остальные сильваны давно спали в цветочных домиках.

– Будь, что будет! – решил юноша. – Я быстро. Только посмотрю, что там, и сразу обратно.

Перейдя через ручей, Ян вышел на противоположный его бережок и углубился в заросли трав. Никсы тревожно зажурчали вслед юноше, но он оставил без внимания их предостережение и продолжил свой путь. Идти было трудно из-за отсутствия троп, ведь люди давно перестали навещать родник. Однако Великан упорно пробирался сквозь переплеты полусухих растений и все шел вперед. Вскоре заросли поредели, идти стало легче. Юноша вышел на широкую, гладко выкошенную луговую равнину, залитую лунным светом. Великан остановился, перевел дыхание и оглянулся назад. Ручей и заветный луг сильванов остались позади.

«Не вернуться ли обратно?» – подумал Ян.

Но неведомая сила влекла его вперед, и Сильван-Великан снова устремился вперед. Высоко в небе зажигались звезды. Ночь была свежей. Юноша отметил, что за ручьем, где живут сильваны, воздух гораздо чище и свежее, чем здесь.

«Это потому, что на лугу сильванов много растений, – рассуждал Ян сам с собой, – ведь растения питаются живительными соками земли, влагой неба…Растения дышат и наполняют своим целебным дыханием все окружающее пространство, оттого и воздух там чист. А на лугу людей травы почти нет. Она вырвана под корень. Поэтому и дышится здесь тяжелее».

Внезапно перед Великаном возникло что-то большое и темное. Приблизившись, он разглядел стог сена. Выдернув из него небольшую охапку травы, юноша вдохнул ее приятный аромат.

«Интересно, что люди делают с сушеной травой?»

Стогов оказалось много. Ян-сильван благополучно миновал их и остановился, завидев вдали мерцание огонька.

«Что это? – удивился юноша. – Будто маленькое Солнце светит?.. Но какое же Солнце ночью?»

Великан не спеша двинулся на свет огонька, который увеличивался по мере приближения к нему. У огня сновали чьи-то силуэты, слышались голоса…

До Великана донеслись обрывки разговора. Юноша прислушался и узнал человеческую речь.

«Люди! Что они здесь делают? Разве по ночам не спят?»

Стараясь оставаться незамеченным, Ян подошел поближе к огню и стал внимательно разглядывать незнакомых существ. Среди них он различил юношей и девушек. В причудливых одеждах, румяные и веселые, они сидели на охапках сушеной травы вокруг удивительного явления: прямо на земле, на сложенных в кучу ветвях и сучьях, танцевали саламандры – духи Огненной Стихии! Ян восхитился невиданным доселе зрелищем, но люди, казалось, не обращали ни малейшего внимания на Огненный танец. Это удивило юношу еще больше. Вдруг он увидел Марту среди присутствующих! Сердце Великана бешено забилось и, отбросив страхи и сомнения, он шагнул из темноты к огню. Люди онемели, уставившись на внезапно возникшую зеленую фигуру, а затем над лугом разлетелся девичий крик. Деревенские красавицы бросились от страха врассыпную.

Парни схватили в руки поленья.

– Ты кто? – угрожающе спросил коренастый крепыш.

Видимо, он был заводилой у молодежи.

– Не бойтесь меня, – улыбнулся Ян, – я не причиню вам зла. Я – сильван…

– Кто-кто? – переспросил крепыш.

– Сильван… Вернее, человек. Просто я жил у сильванов.

– Ты жил у сильванов? – прозвучал знакомый Великану голос.

К нему подошла Мария. Она оказалась единственной из девушек, которая не сбежала. Теперь Ян мог лучше разглядеть ее. Мария была тоненькая и стройная, с большими голубыми глазами и длинными золотистыми волосами, переливающимися в свете огня.

Ян радостно шагнул к ней:

– Здравствуй, Мария!

– Ты знаешь его? – удивленно спросил крепыш у девушки.

– Она не знает меня, но я знаю ее, – вместо Марии ответил Ян.

– Откуда же ты меня знаешь? – улыбнулась «Златовласка».

– Я видел тебя вчера у реки. Тебя и Марту. Вы купались.

Мария смутилась, а парни зашумели:

– Он подглядывал за нашими девушками, Якоб! Его надо поколотить!

– Я вовсе не подглядывал, – возразил Ян. – Я плыл по реке. Никсы учили меня плавать и…

– Какие никсы? – перебил заводила.

– Ну, никсы… Духи воды, – объяснил Ян, – вы должны знать их, если знаете саламандр.

– Каких еще саламандр? Да ты издеваешься над нами?!

– Да вот же саламандры – духи огня!

– Какие духи? Это – костер, который мы сами разожгли! – хохотнул маленький, курносый паренек.

– Вот видите! Значит, вы можете вызывать духов Стихий! – обрадовался Ян. – А кто научил вас этому?

– Слушай, «лиственник», я сам научу, кого хочешь! – Якоб почесал в затылке. – Духи… Слыхали мы от стариков эти сказки. Не морочь голову! Говори, кто ты, откуда и зачем пришел? Почему обрядился чучелом и пугаешь по ночам добрых людей?

– Я не хотел никого пугать…

– Не хотел, а распугал. Где наша женская половина? – Якоб поглядел в стороны. – Эй, девушки! Не бойтесь! Идите сюда! Это чудак какой-то!

К костру одна за другой подходили девушки. С опасливым любопытством разглядывали они нежданного гостя. Из темноты возникла Марта. Ян шагнул, было, к ней, но девушка быстренько спряталась за спиной у Якоба.

– Не бойся, моя красавица, – сказал тот. – А ты, пугало луговое, не приближайся к моей девушке.

– Ладно тебе, Якоб, – Марта вышла из-за его спины, – не ревнуй! Этот незнакомец – наш гость. А гостей надо встречать ласково.

– Так обласкай его, – съязвил крепыш.

На лицах парней появились ухмылочки.

– Не говори ерунды! – прикрикнула Марта на Якоба.

Она прошла к костру и села на охапку сена. Ее примеру последовали и остальные девушки, лишь Мария осталась стоять на прежнем месте рядом с Яном.

– Ладно, Марта, не дуйся. Я же шучу, – миролюбиво сказал крепыш и снова обратился к Яну:

– Говори, кто ты, из какой деревни? Чего бродишь по нашим лугам?

Великан не сводил глаз с рыжеволосой красавицы.

– Нет, вы посмотрите на него! – хохотнул Якоб. – Жених соломенный!

Вокруг засмеялись.

– А может, он полоумный? – предположила толстая девица в пышной юбке.

– Или хмельной! – выпалила другая, более щуплая.

– Вполне возможно… – проговорил заводила. – Послушай, чудище ночное! Если ты не скажешь нам правды, то пеняй на себя!

– Постойте, – вмешалась Мария, – наш гость говорил о саламандрах, никсах…Мне рассказывала о них бабушка. А ты, незнакомец, откуда знаешь о духах Стихий?

Ян удивленно взглянул на светловолосую девушку:

– Меня сильваны с ними познакомили. Сильваны – это духи трав. Они нашли меня на своем лугу до трех прошлых Полнолуний. Я был тогда совсем маленьким. Все лето я жил у травяных духов по ту сторону ручья…

– Ты жил на запретном лугу? – ужаснулась щуплая девица. – Страх какой! Говорят, что там живут маленькие крылатые люди!

– Это и есть сильваны, но они совсем не страшные, – заверил Ян. – Духи трав и цветов – добрый народ. Да, они похожи на людей, только уж очень маленькие. И, верно, у них есть крылья. Сильваны могут летать, как бабочки и стрекозы.

– Говоришь, тебя нашли маленьким до трех прошлых Полнолуний? – недоверчиво спросила толстуха.

– Да…

– И ты жил у сильванов всего лишь одно лето?

– Да.

– Но как за одно лето ты смог вырасти?

– Да врет он все! Врет, чтобы привлечь внимание наших девушек, – сказал худой, долговязый парень.

– Точно-точно, – хихикнул курносый. – Видать, слабый он до женского полу. Видишь, как смотрит на Марту!

– Давай его поколотим, Якоб! – предложил парень со шрамом на лице.

– Я не вру, – убеждал Ян, – Майерс сварил волшебное зелье и напоил меня им. Я вырос за одну ночь.

– А кто такой Майерс? – поинтересовался Якоб.

– Это первый советник короля и первый маг королевства сильванов…

– Довольно сказок! – перебил крепыш.

– Это не сказки, – вмешалась Мария, – мы все с самого детства слышали о травяных духах. Старые люди до сих пор говорят о них.

– Да, и еще они говорят, что нельзя гневить духов Природы… – с опаской произнесла одна из девушек. – Их надо бояться…

– Их не нужно бояться, – успокоила Мария, – их надо уважать и почитать.

– Неужели ты веришь этому пугалу? – спросил ее один из парней.

– Верю, – ответила Мария, – и многие в деревне верят в это. Да и все вы знаете ту историю про мою бабушку…

– Как же, знаем, – нехотя согласился Якоб, – слышали. Вот только правда ли все это?

– Правда, – кивнула Мария, – все в деревне знают, как потом изменилась жизнь моей семьи.

– А что за история с твоей бабушкой? – поинтересовался Великан.

Девушка рассказала:

– Моя бабушка, будучи малолетней девочкой, заблудилась в густых лугах. Ее искали, но так и не нашли. Бабушки не было все Лето, а к Осени она вернулась. Как же обрадовались ее родители – мои прабабушка и прадед! Бабушка рассказала тогда, что жила у духов трав, что они нашли ее и приютили у себя. Также духи трав дали бабушке некоторые знания о растениях, а еще они поведали ей о духах других Природных Cтихий. После возвращения от сильванов бабушка изменилась. Она всем рассказывала о силе Природы, о свойствах растений… Она говорила о вещах, которые представлялись людям волшебством. Бабушка полюбила лесные и луговые прогулки, во время которых она собирала разные травы и коренья. Из них она готовила целебные отвары и настои. По деревне прошел слух о том, что моя бабушка – ведунья. Действительно, она стала лечить людей и животных. Нет семьи в нашей деревне, которая не обращалась бы за помощью к бабушке…

– Что верно – то верно, – подтвердила Марта, – и не только в нашей деревне. К твоей бабушке приезжали даже из других селений! И из города!

– Бабушка и сейчас лечит травами? – спросил Ян.

– Нет, – Мария вздохнула, – бабушка умерла. Но знания свои она передала мне.

– Ты знаешь толк в травах? – почему-то обрадовался Великан.

Он внимательно разглядывал рассказчицу. Во всем ее облике присутствовало нечто такое, чего не было в других девушках: удивительная мягкость, теплота, нежность… А еще юноша заметил цветок цикория в волосах Марии, и это обрадовало Яна-сильвана еще больше.

– Да, немного знаю, – сказала Мария, – помогаю людям по мере сил. Только… знаний маловато. Может быть, ты еще чему-нибудь меня научишь, Сильван-Великан?

– Непременно, – пообещал тот. – А почему ты назвала меня Сильваном-Великаном?

– Ведь ты жил среди травяных духов? Значит, ты – сильван. Но сильваны – маленькие, а ты – большой. Значит, ты – великан! Сильван-Великан!

– Удивительно, – засмеялся Ян, – ты и в самом деле -ведунья, как твоя бабушка!

– Это почему же?

– Потому что травяные духи именно так меня и называли: Сильван-Великан.

– Эй, кузнечики, мы вам не мешаем? – ревниво спросил Якоб. – Сильван-Великан, а кроме прозвища и травяных штанов у тебя что-нибудь имеется? К примеру, имя?

– Меня зовут Яном, – представился юноша. – Так назвала меня Малена.

– Ян… Красивое имя, – улыбнулась Мария. – У людей тоже есть такое имя. А кто такая будет Малена?

– Одна из сильван, моя няня. Это такая маленькая, красивая фея. Она живет в цветке цикория.

– Вы только посмотрите, как они воркуют! – ехидно заметил Якоб. – Наконец-то наша неприступная волшебница нашла себе пару! Теперь она тоже сплетет балахон из травы, облачится в него и будет бродить по ночным лугам вместе с этим «снопом»!

Молодежь дружно засмеялась.

– Якоб! Не насмехайся над девушкой! – подал голос парень, сидящий в сторонке ото всех.

Этот парень был одет гораздо проще, чем остальные.

– А ты, Стефан, помолчи там! – огрызнулся Якоб. – Скажи спасибо, батрак, что тебе разрешили находиться здесь! Марте скажи спасибо. Это она замолвила за тебя словечко. Жалко ей тебя!

– Может, и мне нельзя находиться здесь? – спросила Мария. – Я тоже не из богатых!

– Ну, ты совсем другое дело… – Якоб сбавил тон. – Ты не батрачка. Ты – наша лекарша. А что, лекарша, разве я не прав? Кажется, тебя заинтересовал этот пришлый «Леший»?

Вокруг снова засмеялись, а Ян сказал:

– Я не Леший. Леший живет в лесу. Кстати, очень милый старик. А что, вы и Лешего знаете?

– Конечно! – хохотнул Якоб. – Вот он, стоит перед нами! В травяных одеждах!

– Я не Леший, – упрямо повторил Ян. – Я человек. Раньше я считал себя сильваном, но недавно узнал, что я – человек. Я человек, Якоб, и мне захотелось познакомиться с людьми. Но вы почему-то не рады мне. Разве я обидел вас чем-нибудь?

– Не бери в голову, – сказала Марта. – Все хорошо. Это лишь Якоб у нас один такой недобрый, а все остальные рады тебе.

– Да, – кивнул Великан, – Якоб злится на меня…

– Я? – ухмыльнулся крепыш. – Да кто ты такой, чтобы я злился на тебя? Слишком много чести тебе будет!

–Ты злишься на меня и на Марию, – сказал Ян-сильван.

– Еще чего!

–Да-да, она говорит со мной по-хорошему, а тебя это изводит.

– Что за ерунда… – процедил крепыш.

– Злишься-злишься, – согласилась с юношей Марта. – Никак ревнуешь мою подружку к нашему гостю? Что, Якоб, прежняя Любовь не забывается?

– А ты, я вижу, меня к Марии ревнуешь? – ухмыльнулся заводила. – Неужели дождался я этого желанного часа?

Он сел рядом с Мартой и обнял ее за плечи. Парни тоже расселись вокруг костра. Лишь Мария, Стефан да Ян оставались на прежних своих местах.

Марта высвободилась из объятий Якоба, а тот сказал:

– Ну что ты, моя красавица! Мария – дело прошлое! Сейчас ты для меня самая желанная! Все знают, что первая красавица деревни Марта – моя невеста!

– Еще не твоя! – сказала, как отрезала, рыжеволосая девушка, отодвинувшись от крепыша.

– Да, еще пока не жена, но невеста, – уточнил тот.

– Якоб, ты еще не сватался ко мне. Какая же я тебе невеста?

– Сватанье будет после праздника. Вся деревня об этом знает, ведь твой отец обещал, что отдаст тебя за меня.

– Обещал до того, как заболел, – сказала Марта. – А теперь, когда выздоровел, он не хочет подчинять меня своей воле. Говорит, что я сама должна выбирать себе мужа. Так что… Меня еще надо заслужить!

– Да уж! – проворчал Якоб. – После выздоровления твой отец иначе заговорил. Интересно, чем опоила его наша колдунья?

Он шутливо подмигнул Марии, а она подошла к костру и села по другую сторону от Марты.

– Конечно! – подтвердила Марта. – Всем известно, что мой отец тяжело болел. К нам приезжал лекарь из дальнего селения. Лучший лекарь в округе! Он не смог помочь моему отцу, а эта колдунья взяла да и вылечила его!

– Кроме того, – подал голос Стефан, – эта колдунья вылечила и твою мать, Якоб. Или ты забыл об этом?

– Да ладно вам, – сказал заводила, – обложили со всех сторон.

– Сам виноват! – урезонила его Марта. – Не нападай на людей без причины.

Она обратилась к Яну:

– Эй, красавчик! Ты мне нравишься! Оставайся с нами. Сегодня у нас праздник Деревни. Как водится, в праздничную ночь молодежь собирается на лугу и веселится до утра. Присаживайся, Ян, к нашему огоньку. Иди сюда, садись между мной и Марией. Посмотрите, девушки, а он и в самом деле красив! Его приодеть – так лучше жениха не будет в деревне!

Девушки игриво поглядывали на Яна, улыбались и кивали, соглашаясь с Мартой. Великан подошел к костру и занял указанное девушкой место.

– Что, колдун лесной, возьмешь меня в невесты? – девушка легонько толкнула юношу пухлым плечиком. – Мой жених Якоб – грубиян. А ты, я вижу, парень ласковый, учтивый. Такие мне по нраву!

Все покосились на Якоба, а тот снисходительно кивнул:

– Тебе везет, Ян. Сама гордая красавица Марта обратила на тебя внимание! И чего это девушкам нравятся бродяги, батраки и… пьяницы?

Ян почувствовал, как Мария, сидящая по одну сторону от него, напряглась.

– Якоб, – возмутилась рыжеволосая красавица, – довольно! Твоя грубость надоела! Ты провинился! Потому на сегодня я выбираю себе другого кавалера – Яна!

Девушки ахнули, дескать, как такое можно говорить при Якобе?!

– Да-да, – подтвердила Марта. – Сегодня мой ухажер – Ян! А тебе, мой будущий муженек, даю время исправиться!

– Слушаюсь, моя отрада! – согласился крепыш. – Чего не сделаешь ради любимой? Не буду вам мешать. Тешьтесь пока.

Он ушел от Марты и сел среди парней:

– Други, а не пора ли нам в честь праздника опрокинуть по кружечке?

Молодежь оживилась, зашумела весело. Кто-то расставил глиняные кружки, а долговязый парень наполнил их ярко-красной жидкостью из бочонка. Ян вспомнил, как однажды на лугу поранился об острые колючки, и из раны потекла красная вода. Великан испугался тогда и спросил у Малены:

– Что это?

– Это кровь, – объяснила няня, – и нельзя, чтобы ее вытекло много. Вместе с кровью из тела вытекает жизненная сила.

И фея научила юношу останавливать кровь.

Сейчас, указывая на кружки с красным напитком, Ян спросил:

– Это – кровь?

Парни загоготали, а задира со шрамом сказал:

– В некотором роде…

– Это наливка, – пояснил Якоб.

Он вдруг сделал «страшные» глаза и зловеще добавил:

– Сейчас мы выпьем наливку, и она станет нашей кровью!

Он хохотнул, а Великан спросил:

– Что такое – наливка?

– Ты что, никогда не пил наливки? – удивился крепыш.

– Ну, а где бы он ее пил? Он же жил на лугу! – вмешалась Марта.

– Я пил воду, отвары и настои из трав, цветочный и ягодный соки… – перечислял Ян. – А наливку? Никогда.

– Ну, это никуда не годится! Настоящий мужчина всегда выпьет кружку наливки. Верно, парни?

– Верно! – эхом откликнулись те.

Девушки в это время раскладывали на чистых тряпицах всякую снедь.

– А это что? – спросил Ян, глядя на еду.

– Это? – хихикнула толстая девушка. – Пища человеческая: пироги, яйца, мясо…

– Никогда не пробовал, – покачал головой Великан.

– А что же ты ел у сильванов? – полюбопытствовала толстушка.

– Коренья, семена, ягоды, пыльцу…

Он не договорил потому, что все вокруг взорвались хохотом.

– Вы слышали, он ел пыльцу! – вскричала Марта. – Ах, кузнечик мой дорогой!

– Бабочка! Пчелка! Комарик! – послышалось со всех сторон.

– Букашечка! – гоготал Якоб.

– Оно и видно, что траву одну ел. Худющий вон какой! – заливисто смеялась толстая девушка.

Не смеялись лишь Мария да Стефан.

Ян поглядел, как дрожит монисто на груди у смеющейся Марты, перевел взгляд на Марию и подумал о том, что хочет смотреть на золотоволосую девушку постоянно. Чем-то она напоминала ему Малену: то ли милым обликом, то ли ласковым голосом, то ли нежным отношением… Или это цветок цикория в ее волосах так действовал на юношу?

Мария заметила пристальные взгляды гостя, другие тоже не пропустили их, в том числе и Якоб.

– Эй, парень! – сказал он тоном хозяина. – Ты бы спросил разрешения, прежде чем пялиться на наших девушек. И быстр же ты! Одну разглядывал, теперь другую…

– Я любуюсь красотой Марии, – просто сказал Ян. – Эта девушка будто сплетена из солнечных лучей…

Марта сказала со смехом:

– Вы только посмотрите! Сильван влюбился в человека!

– Я не сильван! Я – человек! – в который раз повторил Ян.

– Ха! Человек без штанов, в мешке травяном… – процедил Якоб.

Девушки прыснули, а Марта предупредила:

– Якоб, не язви…

– Молчу, молчу, моя отрада! – вздохнул тот и поднял кружку с наливкой. – Ладно, не сердись, Ян. Раз пришел, то будь гостем! Давайте выпьем. За праздник Деревни нашей и за знакомство с Яном. Надо же! Какой подарок преподнесли нам духи трав! Самого Сильвана-Великана! Бери кружку, Ян, и выпей. Давай дружить. Входи в наш круг, узнавай нашу жизнь, наши традиции. Думаю, с людьми тебе будет интереснее, чем с сильванами. Пусть живет и богатеет наша деревня!

– Живи и богатей! – громко произнесли парни и девушки.

Мужчины опрокинули в себя содержимое кружек, а после вместе с девушками громко запели красивую торжественную песню, в которой пелось о любви к деревне и родному краю, о трудолюбивых людях, о смелых и сильных мужчинах, о красивых и верных женщинах…

«Хорошие песни у людей… – подумал Ян. – Но такие ли люди, как их песни?..»

Глава 12

Человеческие страсти

Песня закончилась. Парни снова стали разливать наливку.

– Эй, Ян, а ты, я вижу, не выпил с нами? – спросил курносый паренек.

– Песню слушал. Заслушался… – улыбнулся Великан.

– Хороши наши песни, Сильван-Великан? – спросила Марта.

– Хороши.

– Тогда выпей за песню, не обижай, – дружелюбно сказал Якоб.

– Выпей-выпей, Ян, – стали уговаривать его парни, – наливка наша тоже хороша!

Ян сидел в нерешительности:

– Я никогда не пил людской наливки…

– Значит, выпал случай попробовать! – хохотнул парень со шрамом. – Наша наливка славится на всю округу!

– Не пей, – посоветовала Великану Мария, – ягодная наливка безвредна, но тебе может стать плохо с непривычки…

– Ерунда! Пей, Ян! Пей, если ты настоящий мужчина! – подбодрил его крепыш.

– Пей, Ян! – загудели парни. – Сам Якоб угощает тебя! Это – честь! Не отказывайся! Не обижай его и нас!

Яну захотелось понравиться людям, и он выпил. Наливка оказалась терпко-сладкой и довольно вкусной. Правда, от нее зашумело в голове, а в груди стало горячо…

– Молодец! – похвалил Якоб. – Сразу видно, что ты – человек, а не блоха луговая! Если в меру, то выпить можно! Тем более, в праздник! Нельзя пить много и часто. Мы этого не приветствуем. Все мы здесь – хозяева из зажиточных семей, за исключением Стефана. Нам хозяйство вести надо, приумножать… А тот, кто часто в кружку с наливкой заглядывает, тот не хозяин, а пропойца! Верно, мужчины?

– Верно, верно ты говоришь! – подтвердили парни.

– Был у нас в деревне один пьяница… – сказал крепыш, выразительно поглядев на Марию.

– Прекрати, – остановила его девушка.

– Ладно, – подчинился Якоб. – Не будем в праздник вспоминать голодранцев. Давайте послушаем Яна. Опиши нам, Великан, свою жизнь у сильванов.

Юноша рассказал людям о королевстве травяных духов, о горе Салейне и о короле Сильвио, о Малене и ее подружках, о колдуне Майерсе и о его учениках… Ян объяснил, что каждой Стихией управляют свои духи, и что каждая Стихия есть частью Природы, а Природа – жизнь всему.

– Природные Стихии – это могущественные силы, – заключил Ян. – С ними надо дружить, и тогда они помогут в трудную минуту.

– Могущественные, говоришь? – Якоб почесал заросший щетиной подбородок. – А если я возьму топор и лес вырублю? И ничего твой Леший мне не сделает! Или потушу сейчас этот костер, и угаснут твои саламандры?! А захочу – снова разведу огонь и сожгу сильванов вместе с их Салейной! Кто ж тогда сильнее – дух или человек?

– Но зачем уничтожать? – удивился Великан.

– Затем, что я – человек! Я – хозяин Природы! Я хозяин лугов, лесов, рек… Я Природу подчиняю себе и использую ее так, как того хочу. Поклоняться при этом невидимым духам не собираюсь! Пусть они поклоняются мне. Пусть Природа мне служит!

– Никто никому не должен служить и поклоняться, – сказал Ян, – с Природой вместе, в ней самой надо жить. Надо понимать Природу и беречь ее. Тогда и она ответит добром. И почему ты, Якоб, говоришь, что природные духи невидимы? Их видят. Их видят те, кому они показываются. Но тебе, Якоб, они бы не показались!

– Это почему же?

– А потому… Хоть ты и считаешь себя хозяином Природы, но сам не умеешь и капли того, что умеют духи Стихий. Ты только используешь Природу, уничтожаешь ее, но ничего не создаешь. Хотя, люди сумели бы многое, если бы научились. Мой совет тебе, парень, не задавайся и говори о Природе почтительно.

– Вы посмотрите! – воскликнул Якоб. – Этот «желудь» меня поучает! Наливка ударила ему в голову! Осмелел! Ты, бродяга луговой, явился сюда, чтобы учить меня? Так знай, я – первый парень в деревне! Я самый богатый и самый сильный в деревне, а мой отец – первый хозяин в округе! Все идут к нему за советом, как сделать то-то и то-то. И просто идут, чтобы поклониться! А я весь в отца! Деревня, можно сказать, принадлежит нам! Мой прапрадед ее основал! А ты, «охапка сена», смеешь давать мне свои жалкие советишки?!

– Якоб! – вступилась за Великана Марта. – Ты снова вспылил! Не забывай, что Ян – наш гость. К тому же, он не совсем обычный гость. Он жил у сильванов, а теперь пришел к нам. Ян не знает нашей жизни. Мы должны рассказать ему, научить, объяснить. За этим он и пришел к нам. А ты, Ян, не советуй там, где не понимаешь!

– Ну, почему? – вздохнул Ян. – Кое-что я уже понял…

– Что же? – полюбопытствовала Марта.

– Прав был Майерс, когда говорил, что человеческий род – жесток и злобен. Не зря он призывал сильванов опасаться людей…

– Ты говори да не заговаривайся, – обиженно сказала одна из девушек. – Если мы так плохи, зачем явился сюда?

– Нет, не обижайтесь, – сказал Ян, – я не говорю обо всей Человеческой Стихии. Я хотел сказать, что в ней действительно бывают очень злобные люди.

– Ты это о ком? – спросил Якоб.

– О тебе…

– Это он мне? – крепыш обвел взглядом всех присутствующих. – Ой, Марта, видать, не удастся мне исправиться сегодня! Ох, и получит тумаков наш дорогой гость! Ну, дела! Жили-не тужили, хозяйничали на своем лугу, никого не трогали, как вдруг явилось травяное пугало и стало учить умных людей жизни…

Якоб хохотнул:

– Вы только представьте, что творится на наших лугах! Там расположилось целое государство! С королями! Советниками! Принцессами! И все это – в траве! В нашей траве, которую мы косим, которую поедают наши коровы… В траве, которую щедро метит наша скотина! Вот так королевство! Ха-ха-ха!

Все вокруг рассмеялись.

– Ой! Хочу быть королевой трав! – выкрикнула Марта. – Возьмешь меня в жены, Ян-сильван?

Юноша не ответил ей, он смотрел на Марию и не понимал, что с ним происходит. Ему хотелось смотреть на эту девушку постоянно, хотелось прикасаться к ней. Великан не выдержал и взял Марию за руку. Девушка не отняла руки. Яна будто обдало теплой волной – той самой, которой раньше обдавало при воспоминании о Марте…

«Что со мной? Что я чувствую?» – мысленно спросил себя Ян и тут же услышал чей-то ответ: «Любовь»…

Потрясенный Великан оглянулся, но не нашел никого, кто мог бы ему так ответить.

Парни и девушки болтали и смеялись, долговязый снова разливал по кружкам наливку, Якоб пререкался с острой на язык Мартой, а Стефан все так же безмолвно сидел в стороне.

Приложив ладонь к щеке Яна, Мария спросила:

– С тобой все в порядке, Великан? Какой ты горячий! Кровь ударила тебе в голову. Это от наливки. Не пей больше.

От прикосновения девушки тело юноши налилось сладкой истомой.

– Ты излучаешь тепло, – шепнул он Марии на ушко и вдохнул аромат ее распущенных волос.

От них пахло луговыми цветами, ягодами, сушеной травой…

– Тепло излучают все, – вмешалась в разговор услышавшая их Марта.

– Нет, – сказал Ян, – от Марии исходит особое, солнечное тепло. Мария, ты – нежность луговых цветов. Ты – тихий звон серебряной росы. Ты – легкость облаков и свежесть речной волны… Мария, я чувствую, я знаю, ты очень хороший человек. А еще ты – красавица…

Деревенские парни примолкли, а девушки зашушукались. Марте, кажется, не понравилось то, что слишком много внимания гость уделяет не ей – первой красавице деревни, а подруге.

– Ян-сильван, разве я хуже Марии? – ревниво спросила рыжеволосая сердцеедка.

– Нет, не хуже… – ответил юноша. – Просто, Мария – настоящая, теплая. Она рядом, и сердце переполняется радостью. Это радость Любви – той самой, о которой недавно говорил мне король Сильвио!

Люди притихли. Они внимательно слушали пришлого человека, а тот продолжал:

– А ты, Марта…Ты красива. Очень красива! Твоя красота – броская, яркая, но она меркнет без внутреннего тепла. А раз нет в тебе тепла, то ты не приносишь и радости… У тебя хорошая Душа, Марта, но она закрыта, как родник, заросший колючим кустарником. Расчисти путь своей Душе, и тогда забурлит чистый поток! Тогда ты сможешь радовать других и сама почувствуешь небывалую радость!

Марта молчала.

– Что, красавица, поймала? – обрадовался Якоб. – Знай правду о себе! Так тебе и надо, изменница!

Парни засмеялись.

– Чего гогочете, кони? – прикрикнула на них Марта. Она поднялась и ушла от костра в ночную темень. Стефан хотел пойти за ней, но девушка приказала ему:

– Оставайся здесь. Я хочу побыть одна.

– Вот те раз! – переговаривались парни. – Впервые гордячка Марта не нашлась что ответить. Обычно, пальца ей в рот не клади, а тут – растерялась! И перед кем? Перед степным бродягой!

– Кажется, Марте не понравились мои слова?… – виновато сказал Великан.

– Ну, что ты?! Не бери в голову! – подсел к нему Якоб. – Марта – девушка отходчивая. Погуляет, остынет и вернется. Ты не представляешь, сколько сердец разбила эта рыжая зазноба! Никто не мог покорить ее. Даже мне это не удается. Но это – пока. А ты явился, сказал несколько слов, и она растерялась. Удивительно!

– Я обидел Марту? – взволнованно спросил Ян.

– Не переживай, – успокоил крепыш, – ты все верно сказал. Пусть девка не воображает! С бабами так и надо. А теперь выпьемте еще, други, – предложил он и налил Яну наливки.

– Якоб, не пои гостя, – попросила Мария, – ему будет дурно.

– Вот ты его и исцелишь! Ты же уже лечила одного пьяницу!

Девушка нахмурилась, а Якоб продолжал, обращаясь к Великану:

– Выпей, Ян! Уважь меня, выпей! Не робей! Докажи, что ты – человек, а не сильван! Докажи, что ты – мужчина!

Яну не хотелось пить, но он согласился:

– Я выпью. Уважу вас – хозяев…

Юноша влил в себя содержимое кружки. Перед его глазами замелькали «разноцветные бабочки»…Голова закружилась сильнее…

Он слышал, как Якоб говорил:

– Наливка немного дурманит, но ничего! Привыкнешь! Ты правильно сделал, Ян, что пришел к людям! Нечего тебе жить в траве. Ты – человек, а не козявка. Держись за нас, не пропадешь! Только слушайся меня во всем, и лучшего друга, чем я, тебе не найти! Я попрошу моего отца приютить тебя у нас на первых порах. Ведь надо же тебе где-то жить и столоваться. Обычно, за это платят копеечкой, но откуда у тебя деньги? Пока поработаешь на нас, побатрачишь. Парень ты, я вижу, крепкий. Потом, когда научишься работать, начнем платить тебе, сколько заслужишь. Станешь денежки копить, потом дом свой поставишь, хозяйством обзаведешься, а там и женим тебя… Девушки у нас красивые!

– Слушайся Якоба! – сказал курносый парнишка. – Он дело говорит! Якоб плохого не посоветует!

– Не верь, Ян, – хмуро сказал Стефан, – все соки он из тебя выжмет…Жадный очень и хитрый, как и его отец. Так и ищет дармовую рабочую силу…

– Еще одно слово, грязный батрак, и я сверну тебе шею! – гаркнул Якоб.

– Попробуй…

– Чего-чего? Ты пререкаться со мной вздумал?

– Угомонитесь, парни! Праздник ведь, а вы ссоритесь, – попросили девушки.

– Только ради праздника и не хочется связываться с этим голодранцем, – сказал крепыш.

Мария подала Яну пирожок:

– Съешь.

– Отведай, отведай угощения лекарши, – подал голос один из парней, – она у нас мастерица не только зелья варить, но и пироги печь.

– Да уж, Мария – невеста завидная, – проговорил Якоб, – жаль, что голодранцу какому-нибудь достанется…

– А что такое «голодранец»? – спросил Ян. – И что такое « денежки»?

– Денежки – это богатство человеческое. Потом покажу их тебе. А голодранец – это человек, который не способен себе жизнь безбедную создать, – объяснил Якоб. – Вот мы здесь все умные, расчетливые хозяева, не беря во внимание батрака Стефана. Мы каждую копейку считаем! У всех у нас – хорошее хозяйство, сундуки добра. А как же! Мы – уважаемые люди. За таких мужчин, как мы и надо девицам замуж идти. А я в нашей деревне самый богатый! Каждая из сидящих здесь девушек мечтает стать моей женой! Верно?

Некоторые девушки захихикали, игриво поглядывая на Якоба, а Мария возразила:

– Не каждая.

– Ну, разве что ты не мечтаешь! Тебе же по сердцу пьяницы! – выпалил Якоб.

– Не смей со мной так разговаривать, – спокойно сказала молодая травница.

Якоб неожиданно взорвался:

– Да, девушка, тебе удалось уйти от меня! Я сам виноват! Надо было украсть тебя! Увезти! Подчинить! Но мать меня отговорила: «Сынок, насильно мил не будешь…» Послушался я родной матери, а зря! Отца надо было слушать. Ну, ничего! Мария ускользнула, а Марте не уйти! Ее-то, уж, не упущу! Я – первый парень, я – первый хозяин в нашей деревне! Марта – первая красавица и богачка! Я привык получать все самое лучшее! Пока я терпим к Марте. Пусть поерепенится… в девках! А станет моей женой – узнает свое место! Узнает, кто хозяин, и кого надо слушаться!

– Замолчи! – Стефан вскочил на ноги.

– Видали несчастного влюбленного? – засмеялся крепыш. – Вот, Ян, жизнь наша человеческая… Стефан работает скотником у отца Марты. Парень сохнет по хозяйской дочке, но понимает, что не видать ему красотки, как своих ушей. Разве пойдет богачка за батрака? Кто ее отдаст за него? Стефан все понимает, потому и злится. А Марта жалеет его и таскает всюду за собой! Вот и сегодня привела батрака сюда и просила не прогонять. Я великодушно разрешил ему находиться с нами, а он полночи пререкается со мной!

– Якоб, ты же сам из простых людей! – напомнила Мария. – Из грязи в князи?

– Да! – гаркнул крепыш. – Мой прапрадед начинал простым работником! Но ни одного дня он не батрачил на других! Когда-то он пришел в эти места, привел за собой людей. Они построили первые дома, разбили пастбища! Они развели хозяйство и много работали! Позже в деревню понаехало чужаков! И все они у моего прапрадеда просили разрешения остаться жить в этой местности! Прапрадед был умным и расчетливым. На правах главного хозяина он позволял приезжим поселиться, беря за это плату. Кто мог заплатить, платил. Кто не мог, работал на моего прапрадеда. Много лет он и сам трудился, и сколотил отличное хозяйство. Из простого крестьянина превратился в богатого хозяина! Позже мой прадед и мой дед усилили это хозяйство. А теперь мой отец и я приумножаем. И деревня наша процветает благодаря нашему роду! До сих пор тянутся сюда чужие люди с просьбой осесть в этих местах. Вот какой вес имеет моя семья!

– Но зачем кичиться этим? – удивилась Мария. – И к чему злиться?

– Конечно, это ты у нас сама доброта! – съязвил Якоб. – Ты всех любишь! Каждого пропойцу готова пожалеть!

– Врешь! – глухо сказала Мария.

– Я вру? Ты забыла, как развлекалась с пьяницей?

– Это ложь! Не верь ему, Ян! – Мария задохнулась от возмущения. – Евсей не был пьяницей! Все об этом знают! У него умерла мать. Он остался совсем один и запил с горя. Но он понимал, что не может остановиться, что спивается, а потому обратился ко мне. Я помогла ему. Он перестал пить вообще!

– Хорошо же ты помогала, обнимаясь с ним на крылечке! – ехидно сказал Якоб.

– Я любила его… – тихо проговорила девушка. – А он любил меня. Если бы не ты, Якоб, мы были бы счастливы…

– Любила… – процедил Якоб. – Этого труса…

– Он не трус…

– А чего же тогда он не остался здесь, с тобой? Испугался?!

Мария заплакала.

Слегка заплетающимся языком Ян сказал:

– Якоб, я не совсем понимаю, о чем вы говорите с Марией, но чувствую, что ты обижаешь ее. Не надо этого делать. Мария, не плачь…

Но заводила свирепел все больше:

– Эх, глупый, глупый Ян! Смотри и слушай! То, что здесь происходит – это, всего лишь, человеческие страсти. Это – жизнь человеческая! У сильванов, наверное, было спокойнее?!

– Нет, Якоб, у сильванов тоже кипят страсти, и они чем-то похожи на людские… – сказал Великан, вспомнив о недавних событиях в королевстве.

– Что ты говоришь? – заводила округлил глаза. – Значит, и сильваны любят тоже? И страдают?

– И любят, и страдают…

– Слышишь, Мария? – обратился Якоб к девушке. – Даже букашки понимают толк в Любви. А ты понимаешь? Ты говоришь, что любила Евсея. Но за что? За что? А я? Разве я не любил тебя? Почему ты не оценила этого! Ты отвергла меня! Ты выбрала голодранца и, тем самым, опозорила меня и себя на всю деревню!

– В чем ты видишь позор? – спросила Мария сквозь слезы.

– Ты целовалась с пропойцей на глазах у всех! Ты привечала его в то время, когда я дневал и ночевал возле твоего дома, добиваясь тебя. Я просил тебя одуматься! Я убеждал твою мать… Но вы…вы унизили меня, выбрав жалкого нищеброда! Ян, ты не знаешь, что за девушка наша Мария! Ты не знаешь, кого… Вернее, каких парней она любит…

– Замолчи! – крикнула Мария.

– Заткнись! – Стефан вскочил на ноги. – Зачем чернишь порядочную девушку? Зачем оговариваешь? Не можешь простить ей того, что она дала тебе от ворот поворот?

– Знай свое место, батрак, и благодари меня за то, что я разрешаю тебе находиться здесь. Иначе, милости прошу в коровник. Там твое место! Иди и выноси навоз!

Стефан двинулся на крепыша, сжав кулаки:

– Берегись же, Якоб!

– Стефан, Якоб, уймитесь, – попросила Мария. – Да что с вами такое?

Чувствуя, что надо вмешаться, Ян поднялся, но ноги плохо слушались его. Юноша пошатывался.

– Якоб, – сказал он, – в Стихии сильванов тоже любят и страдают, но нет там такой злобы и жестокости, какая есть в тебе.

Возмущенно зароптали девушки:

– Парни, хватит вам! Успокойтесь! Якоб, сколько же можно ругаться? Не надо портить праздник!

– Якоб, друг! – загудели парни. – Не обращай внимания на батрака. Стефан, либо сядь на место, либо уйди!

– Стефан, милый, прошу тебя, уйди… – попросила Мария. – Иди и поищи Марту!

– Не надо меня искать, здесь я, – сказала рыжеволосая красавица, подходя к костру. – Я вижу, страсти разгораются? За что борешься, Якоб? Или – за кого?

– Лучше спроси у него, – крепыш указал на Стефана.

– Да с ним-то мне все ясно, – усмехнулась девушка, – Стефан защищает Марию. А вот ты…

– Что – я?

– Чего ты хочешь от нее? Оставь мою подругу в покое. Она никогда не любила тебя.

– Ах, как ты не хочешь, чтобы Мария любила меня! воскликнул крепыш. – Неужели и впрямь ревнуешь меня к ней? Неужели ты любишь меня, Марта? Неужели я дождался?

– Дождался, это уж точно, – устало сказала Марта. – Ты много говорил сегодня, дружок, теперь скажу я.

– Красавица моя, если ты обижаешься на меня из-за Марии, то это в прошлом. Все мои мысли заняты лишь тобой! Ты – моя королева!

– Хватит, Якоб. Я была неподалеку и все слышала…

Крепыш внимательно посмотрел на девушку и сказал:

– Что ж, тем лучше. Запомни, ты – моя! Никуда от меня не денешься! Я от своего не отступлюсь!

Девушка вдруг рассмеялась:

– Бравый парень Якоб! «Я – первый! Марта – моя! Деревня – моя!» Может, и река твоя? И небо? И весь белый свет?

– Захочу – станут моими…

– Много на себя берешь, первый парень. А тебе никогда не приходила в голову мысль, что я не люблю тебя?

Такого поворота никто не ожидал. Окружающие замерли, а Марта продолжала:

– Не скрою, мне льстило, что первый богач деревни сватается ко мне, но сейчас я думаю: на что мне твое богатство? Мария из небогатой семьи и то не польстилась на твое добро. А мне оно и подавно не нужно! У меня своего хватает. Только… богатством счастья не измерить. Но тебе не понять этого, Якоб. Ты глуп, как это полено в костре, хотя от него и то гораздо больше толку. Оно хоть какую-то пользу приносит…

– Что ты говоришь? – с тихой угрозой произнес Якоб. – Да как ты смеешь? Да ты знаешь, что я с тобой сделаю?!

Не обращая на него внимания, Марта подошла к Яну:

– Благодарю тебя, Ян…

– За что? – удивился Великан.

– Если бы не ты, я никогда бы не решилась…

– Решилась на что?

Марта подошла к батраку и сказала просто:

– Прости, Стефан, за то, что хотела променять тебя на мешок денег. Что бы я узнала, живя с лиходеем Якобом? Работу с утра до вечера да упреки его родни?

Крепыш вдруг расхохотался:

– Ну и нравы в нашей деревне! Лекарша влюбилась в пьяницу, а богачка в батрака! Ничего не выйдет, красавица! Как и договорено, быть тебе моей!

Марта повернулась к горе-жениху и спокойно произнесла:

– А я Стефана люблю. Я и раньше просила отца, чтобы он отдал меня замуж за Стефана. Только тогда отец был против этого, а теперь нет. Теперь мне самой разрешено выбирать себе судьбу.

– Врешь, – зловеще проговорил Якоб, – ты говоришь это специально, чтобы досадить мне.

– Ни капли не хочу досаждать тебе. Просто сообщаю о том, что я решила.

– И что же?

– Знаешь, Якоб, а ведь мой отец любит Стефана и относится к нему, как к родному сыну. Стефан – трудолюбив, толков, силен. А еще он добр и не заносчив. Это те качества, которые уважает в людях мой отец. По-моему, из нас со Стефаном выйдет красивая пара. А? Как думаете, подружки? – Марта огляделась.

Девушки молчали, не зная, что и сказать.

– Что ты мелешь, девка, белены объелась? – взревел Якоб. – Все равно будет так, как я хочу!

– Неужели? – притворно испугалась Марта. – Тогда слушайте все! Отныне мой жених не Якоб, а Стефан!

Кто-то из парней присвистнул. Девушки ахнули.

Счастливый батрак спросил:

– Это правда, Марта?

– Правда, Стефан. Засылай сватов. Отец не будет против. Мое слово решающее.

– Я тебе сейчас покажу, чье слово решающее, – крепыш качнулся к Марте. – Вот как запела, вертихвостка? Знай, такого я не прощаю!

Стефан преградил ему дорогу:

– Только подойди к ней…

Марта мягко отстранила парня, сказав:

– Не стоит, Стефан…

Она сама подошла к бывшему жениху и спросила с вызовом:

– А что ты мне сделаешь, Якоб? Я не сирота и не безродная. Мой отец богат. С ним считаются так же, как и с твоим отцом. Род у нас большой. Есть дядьки, двоюродные братья, племянники! За меня есть кому вступиться! И за Стефана! И за Марию с Яном!

Рыжеволосая красотка повернулась к оторопевшим парням:

– Так что, голубчики, если по приказу Якоба вздумаете измываться над Стефаном так, как измывались над Евсеем, то сначала хорошенько подумайте, стоит ли?

Парни мирно забубнели:

– Да ладно тебе, Марта, никто ни над кем не будет измываться. Мы уважаем твоего отца… Что ты, в самом деле…

– Что ж, договорились, – кивнула первая красавица деревни, – на этом завершим все споры. А что, девушки, не пора ли и нам выпить наливочки? Парни, наполните-ка наши кружки! Да дровишек подбросьте в огонь!

Молодежь оживилась, все снова стали рассаживаться у костра. Ян занял место рядом с Марией.

– Стефан, садись со мной! – предложила Марта, и тот, не раздумывая, сел возле девушки.

Все посмотрели на Якоба. Он один не подсаживался к костру, продолжая стоять и с ненавистью глядеть на бывшую невесту и батрака. Затем крепыш перевел взгляд на Яна и прорычал:

– Все из-за тебя, «почка березовая». Зачем явился сюда? Если бы не ты, все было бы, как прежде! Явился дух и – на тебе! Наделал шелеста, «сорняк»! Наломал дров!

Замахнувшись пудовым кулаком, крепыш бросился на юношу. Девушки завизжали, парни замерли, но Великан успел подняться и перехватить руку Якоба. Некоторое время парни стояли друг против друга неподвижно, а затем Ян, приложив усилие, опустил руку соперника вниз и оттолкнул от себя задиру. Молодежь издала возглас удивления.

Девушки зашептались:

– Вот, так-так! У Якоба силища какая, а Ян-то, выходит, сильнее…

– Якоб – первый силач деревни, а так оконфузился …

– Ян-то худой какой, тонкий, а Якоба здоровенного усмирил!

– Видать, правда, что сильваны силой наделили парня…

Слушая все это, заводила дрожал от стыда и ярости. Он вырвал свою руку из руки Великана и пошел прочь, провожаемый взглядами молодежи. Один из парней окликнул его:

– Якоб! Ты куда?

Тот остановился возле кучи дров и, подхватив с земли топор, повернулся со словами:

– Ну что, червяк, рад? Рад, что явился сюда и все разрушил? Погоди, сейчас сочтемся! Н-на!!!

Он швырнул топор в Яна, но промахнулся. Острое железо пролетело, коснувшись пышной юбки толстой девицы. Та завизжала так, что подняли крик ночевавшие на реке гуси. Завопили от страха девушки. Парни замерли.

Мария бросилась к толстухе и стала ощупывать ее бок.

– Все в порядке, не бойся, – успокоила она испуганную девицу, – ты не ранена. Топором отсекло лишь клочок юбки.

Толстая девушка оглядела дыру на одежде и заревела, как голодная корова:

– А-а-а!!! Новую юбку отец справил к празднику! Что ты наделал, Якоб? Сдурел, что ли? Бык крутолобый! А-а-а!!!

Девушки недовольно зашумели:

– Якоб, ты что творишь? Ты же чуть не убил ее!

– Что делает, а? А если бы попал в кого топором?

– Совсем, что ли, без ума в голове?

Недовольные парни тоже зашумели:

– Ладно тебе, Якоб! Успокойся! Чего разошелся-то? У нас праздник! Праздник нашей Деревни! Праздник нашей земли! Нельзя его омрачать, а то не будет нам удачи! Давай лучше выпьем! За процветание нашей деревни!

Якоб и сам здорово испугался. Он тяжело дышал, ноги его тряслись… Кто-то из парней усадил крепыша на траву, кто-то подал ему кружку наливки. Это подействовало.

– Ладно, давайте праздновать, – сказал заводила.

Он хмуро поглядел на Стефана и Марту, задержал взгляд на Яне с Марией и процедил:

– А с ними я еще поквитаюсь…

– Да ладно тебе, Якоб! – легонько толкнул его парень со шрамом. – Пей!

Крепыш залпом выпил наливку, утерся и загорланил лихую песню, а подвыпившие парни подхватили пение дружка. Молодежь угощалась, шутила, смеялась…

Яну стало нехорошо. Его мутило от наливки. Юноша побледнел, а на лбу его выступили крупные капли пота. Мария поняла состояние Великана и сказала с укором:

– Это все наливка. Не послушался меня, выпил… Идем, отведу тебя к речке. Там свежо, хорошо… Там тебе станет легче.

– Мы будем у реки, – шепнула девушка Марте.

Опираясь на Марию, неуверенным шагом Ян побрел в сторону речки. Якоб, опрокинув в себя очередную кружку наливки, проводил пару ненавидящим взглядом и тихо произнес:

– Идите, стебелечки… Тешьтесь, любитесь… Но знайте, я отомщу вам… Отомщу, не будь я Якобом!

Глава 13

У реки

Река встретила Яна и Марию свежим дыханием. Прохладный ветерок остудил горячее лицо Великана. Юноша оставил Марию на берегу, а сам вошел в воду. Никсы легонько толкали его и, посмеиваясь, булькали:

«Болллван! Болллван! Глллотни воды! Гллллотни воды!»

Ян погрузился в холодную влагу с головой. Вынырнув, отдышался и стал жадно пить речную воду. Холодные струи проникали в горящее нутро юноши и наполняли его живительной силой.

«Хорошо-то как», – подумал Ян.

Внезапно, все выпитое им полилось изо рта обратно. От резких спазм у парня перехватило дыхание.

«Что со мной?» – испугался Великан.

– Ян! Тебе плохо? – донесся до него взволнованный голос Марии. – Ян!

Но юноше стало легче. Странный приступ прошел. Боль в висках отпускала, а в теле появилась былая легкость. Остался лишь неприятный привкус во рту.

– Мария, я поплаваю! – крикнул Ян девушке и, глубоко вдохнув, нырнул.

Он плыл до тех пор, пока не достиг противоположного берега. Выйдя из воды, лег на траву.

Ночь была свежей, дышалось легко…

«Хорошо-то как!» – снова подумал Ян, глядя в звездное небо.

Так лежал он некоторое время, пока не услышал плеск воды. Великан приподнялся и увидел выходящий из реки белый силуэт.

– Ян! Ян! – послышался голос Марии.

– Я здесь, – отозвался юноша, – иди сюда.

Девушка подошла к Яну. Ее длинная мокрая рубашка прилипла к телу, и в лунном свете Ян разглядел плавные очертания стройной девичьей фигуры. Мария опустилась на траву рядом с Яном.

– Не думал, что поплывешь за мной, – сказал Великан, – не страшно было? Река ведь широкая и глубокая…

– Я привычная. Не боюсь. У нас немногие девушки умеют плавать. Марта умеет, но далеко не плывет. А меня плавать бабушка научила. В детстве я тонула, а после очень боялась воды. Однажды бабушка привела меня на реку и сказала: «Вода – это могучая Стихия. Если ты, девочка, покажешь реке, что не боишься ее, уважаешь, но не боишься, то река признает тебя. Река уважает сильных!» И я вошла в воду. А потом каждый день мы с бабушкой ходили на речку. Помню, я плавала и тихонько разговаривала с рекой, просила помочь мне. И однажды я поплыла. Мне показалось, что сама река подхватила меня и понесла. Это было так чудесно!

Рассказывая это, девушка дрожала.

– Что с тобой, Мария? Тебе страшно? Отчего ты дрожишь?

Мария улыбнулась:

– Озябла после воды.

– Конечно, озябла. Рубашка-то мокрая…

– И твоя тоже…

– Да, и моя. Но мне не холодно.

Они сели рядышком – спина к спине, и так сидели некоторое время в полной тишине. Великан вдруг понял, что уже никогда не вернется к сильванам. Причиной этому была Мария. Здесь, в родной Стихии Людей, повстречал он ту, с которой не в силах расстаться.

«Так вот что такое Любовь!..»

Юноша первым нарушил молчание:

– Скажи, Мария, что происходит в Стихии Людей? Сильваны дружны между собой, а люди будто ненавидят друг друга.

– Привыкай, Ян, – вздохнула девушка, – такова жизнь людей.

– Разве так нужно жить?

– Нет. Злой человек – несчастный человек. Злоба сушит его, грызет изнутри. Злому человеку никто не рад. Да он и сам себе не рад…

Они помолчали.

– Мария, – осторожно начал Ян, – может, ты мне все расскажешь: о себе, о Якобе, о Марте?

Девушка вздохнула:

– Расскажу, если хочешь…

– Хочу.

– Якоб ухаживал за мной одно время, но я не принимала его ухаживаний. Он из богатой семьи, а у нас в деревне не принято, чтобы бедняки роднились с богатыми. Потому родители Якоба были страшно недовольны его выбором. Они прочили ему в жены богатую Марту…

– Удивительно, – сказал Ян, – у сильванов тоже существовали подобные правила до недавнего времени.

– Что ты имеешь в виду? – спросила «Златовласка».

– Да так… Было кое-что у нас в королевстве, но не об этом сейчас. Вернемся к вашим отношениям с Якобом. Значит, родители его были против тебя, и это тебя останавливало?

– Нет. Просто…я не любила парня. А он все понимал, но не оставлял меня в покое. Даже шел наперекор своим родителям.

– Неужели Якоб был против красавицы Марты?

– Понимаешь, они с Мартой – соседи. Детьми росли вместе. Вот их родители да и все в деревне решили, что как вырастут Якоб и Марта, то поженятся. Казалось, так все и было поначалу. Дети росли… А когда выросли, то влюбились в других людей. Так бывает. Но два года назад тяжело заболела мать Якоба. Ее возили к знаменитому лекарю в дальнее селение, но тот сказал, что женщина обречена. Тогда отец Якоба пришел ко мне за помощью. Я мало умею, потому ничего не обещала ему. Но все получилось! Мать Якоба выздоровела! После этого случая люди стали чаще обращаться ко мне. Я стараюсь помочь им, использую все, чему учила меня бабушка. После того, как мать Якоба выздоровела, она и ее муж изменили отношение ко мне. Они захотели, чтобы я стала их невесткой. Когда моя мать сказала, что я не пара Якобу, его отец воскликнул: « То не беда, что невеста бедна. Богатство Марии – в ее таланте. За такой талант, о-го-го, сколько можно денег взять!» Понимаешь, Ян? Семья Якоба во всем ищет выгоду!

Мария вздохнула:

– Потом пришли сваты от Якоба, а я отказала им. Они увещевали, говорили, что мне честь великая оказана. Дескать, сам первый богач деревни сватается ко мне! Просили мою мать вразумить меня…

– А Марта? Как она на это смотрела? – спросил Ян.

Мария улыбнулась:

– Марта ревновала немного, но не потому, что любила Якоба. У нее и без него всегда было полно воздыхателей! Просто, она привыкла к званию первой красавицы деревни, а Якоба считают первым парнем деревни. Значит, он должен был посвататься к ней, а не ко мне! К тому же, людская молва давно их поженила, и вдруг… Якоб сватает меня, а не ее – богачку и красавицу!

Мария рассмеялась:

– Было задето Мартыно самолюбие, и только. Она дулась на меня ровно один день, а потом успокоилась и даже обрадовалась. Ведь ей нравился Стефан. Якоб – богат, а Стефан – красив. У Марты появилась надежда на то, что отец разрешит ей выйти замуж за Стефана. А отец Марты очень расстроился, узнав, что Якоб ко мне сватался. Старик ведь мечтал породниться с первыми богачами деревни. Потому, когда деревню облетела весть, что я отвергла Якоба, отец Марты воспрянул духом и вновь стал надеяться на родство с ним.

– А что произошло после? – спросил Великан.

– Семья Якоба обиделась на нас. Родители его вспомнили о Марте и стали говорить о ней сыну, но Якоб не хотел слышать о Марте.

– Почему? Она разве не нравилась ему?

– Не думаю. Марта не может не нравиться. Любой парень потеряет голову из-за такой.

– Но Якоб же не потерял?

– После моего отказа Якоб не сразу оставил меня в покое. Он продолжал ухаживать за мной. Он надеялся на то, что я передумаю. Якоб поджидал меня вечерами у дома, звал гулять, приносил мне подарки…

– Как ты думаешь, Мария, почему Якоб не оставлял тебя в покое? – спросил Великан.

– Не знаю…

– Все ты знаешь, – сказал Ян, – и я знаю. Якоб любил тебя, Мария. По-своему, но любил. Он и сейчас еще любит тебя. Ты – особенная девушка, Мария. А Марта – обыкновенная. Красивая, но обыкновенная. А ты особенная. И Якоб почувствовал это и потянулся к тебе. Он захотел прикоснуться к тому волшебному счастью, которое ты можешь дать человеку. Другое дело – смог бы он сохранить это счастье? Или забил бы его, засорил своей грубостью и жадностью? Скорее – второе. И ты понимала это, потому и отказала Якобу. Верно?

– Да, и это тоже.

– А что еще?

– Я уже говорила – я не любила Якоба.

Они помолчали. Затем Мария продолжила:

– Так и было некоторое время: Якоб добивался меня, а его родители приказывали ему ухаживать за Мартой. Марта мечтала о Стефане, а ее отец запрещал ей видеться с батраком. А потом… ко мне пришел Евсей.

Мария умолкла, погрузившись в воспоминания. Великан не торопил ее. Наконец, девушка продолжила:

– Евсей, как и я, из бедной семьи. Отец его умер, когда парень был совсем маленьким. Мать еле сводила концы с концами, бралась за любую работу, но вырастила сына. Евсей с детства помогал ей, тяжело работал. Однажды случилась беда. Мать Евсея внезапно умерла. Шла и вдруг упала. Так больше и не поднялась. После того, как ее схоронили, Евсей запил. Добрые люди понимали его, пытались поддержать в беде – увещевали, вразумляли, в общем, помогали, как могли. Однажды я встретила парня и поговорила с ним. Мне было жаль Евсея, и я предложила ему свою помощь. Он был пьян, нагрубил мне, но через несколько дней после нашей беседы пришел к нам в дом и попросил помощи. Сказал, что хочет избавиться от пьянства. Он был решителен. А это очень важно, понимаешь, Ян? Если человек решился быть здоровым, то это очень помогает в лечении. Я взялась лечить парня. Он вылечился быстро. Наверное, очень хотел этого. И.., – Мария запнулась на миг, – так случилось, что…

– Ты полюбила его? – спросил Ян взволнованно.

– Да… Мы полюбили друг друга и стали встречаться. Якоб, узнав об этом, рассердился. Еще бы! Ведь я выбрала никчемного бедняка, а не его – богача. Якоб угрожал нам. Я даже перестала выходить по вечерам на улицу. Мы с Евсеем встречались только днем, да и то недолго. Днем ведь много дел по хозяйству. А Якоб натравил парней на Евсея. Они подстерегали его и били. Били до крови…

Мария заплакала. Ян повернулся и осторожно обнял девушку:

– Не плачь, Мария, все в прошлом. Не плачь.

– Я просила Якоба не делать этого, – говорила девушка сквозь слезы, – а он сказал: «Ты выставила меня посмешищем перед всей деревней. Ты предпочла мне голодранца и горького пьяницу! Я отомщу вам. Или этот пьянчуга уйдет отсюда, или его забьют до смерти».

– И Евсей ушел? – спросил Ян.

– Он не хотел уходить, но я уговорила его это сделать. Он просил, чтобы я пошла с ним…

– А ты?

– Не могла я тогда бросить мать, сестру, братьев. Евсей ушел без меня.

– Подавал ли он потом о себе весть? – спросил Ян.

– Нет, – вздохнула Мария.

– Как? Ты ничего не знаешь о нем с тех пор?

– Знаю, – горько сказала девушка. – Он живет в дальнем городке. Люди из нашей деревни видели его. Евсей пошел батрачить к богатой вдове, а спустя время женился на ней. Растит ее сына, хозяином стал…

– Не может быть… – прошептал потрясенный Ян. – Мария, он ведь покинул тебя! Покинул и забыл…

– Не смей! – девушка повысила голос, но опомнилась и убавила тон. – Прошу, не говори о нем плохо.

Она отодвинулась от юноши и вздохнула:

– Что ты понимаешь? Что вы все понимаете? Предал… Забыл…Оставил…Парню некуда было деваться. В деревне у него не было никого, кроме меня. А в городе и меня не было. Один… Ни жилья, ни работы… Вот и посоветовали ему наняться в работники к вдове.

Мария замолчала.

– Знаешь, – сказал Великан после паузы, – Якоб, конечно, человек злой, но я с ним согласен в том, что Евсей струсил. Будь я на его месте – ни за что не ушел бы от тебя. Невозможно уйти от любимого человека!

Мария обратила на Яна заплаканные глаза. Прямо перед собой он видел лицо девушки, слышал ее дыхание… Юноша коснулся губами ее ароматных волос, горячей щеки… Мария не отстранилась. В этот миг вдалеке будто послышались крики, похожие на призывный клич. Юноша и девушка поднялись с земли и прислушались, но все стихло.

– Наверное, парни резвятся, – предположила Мария. – пройдемся берегом?

Они не спеша пошли по тропинке.

– А что было после того, как Евсей ушел из деревни? – вернулся Ян к прошлому разговору.

Девушка вздохнула:

– Якоб успокоился и отстал от меня. Он сделал свое дело, прогнав из деревни моего парня. Месть свершилась, и Якоб стал ухаживать за Мартой. Его родители и отец Марты обрадовались, а моя подруга не желала выходить за Якоба. К тому времени она и Стефан тайно встречались. Только я одна знала об их отношениях. Марта объявила отцу, что станет женой Стефана, и тогда отец запер ее в чулане, а батрака прогнал со двора. Подружка просидела взаперти несколько дней. Отец пригрозил, что она просидит в чулане до самой свадьбы. И тогда Марта сдалась: согласилась выйти за Якоба. Отец выпустил ее на волю, а Стефана снова позвал на работу.

– И он пришел?

– Конечно! Ему хотя бы видеть Марту – уже счастье! Выйдя из заточения, Марта прибежала ко мне заплаканная и спрашивала совета.

– И что ты ей сказала?

– Сказала, что она должна остаться с тем, кого любит по-настоящему.

– И что Марта?

– Сказала, что подумает. А потом я узнала, что Якоб собирается посылать к ней сватов. Вечерами, когда молодежь выходила гулять, Марта сидела на бревнах рядом с Якобом. Он носил ей угощения и подарки, а она, как ребенок, радовалась всему этому. В праздники во время танцев Марта всегда стояла в паре с Якобом…

– А как же Стефан?

– Страдал, переживал, просил меня поговорить с ней. Я поговорила и узнала о том, что отец пригрозил оставить Марту без приданого. А Марта не привыкла жить в нищете, потому и отказалась от Стефана. Вот так…

Мария улыбнулась:

– В этом вся Марта – капризная и непостоянная. С ней никогда не бывает скучно.

– А как дальше шли дела? – спросил Ян-сильван.

– Дальше? Случилось несчастье. Отец Марты уехал в соседнюю деревню по делам. В дороге лошадь под ним взбесилась и понесла старика. Его нашли в поле, он лежал в беспамятстве. При падении старик сильно ушибся головой, а когда пришел в себя, то ничего не помнил. Его привезли домой и послали за мной. Я стала лечить Мартыного отца. Постепенно память к старику возвращалась, а рана на голове зажила. Помню, как он сказал дочери: «Прости меня, Марта. Это наказание мне за гордыню мою да за жадность. Не буду более давить на тебя. Выбирай в мужья себе того, кто сердцу мил».

– А как приняли это родители Якоба?

– Когда его отец пришел проведать больного старика, тот сказал ему: «Не гневайся, сосед. Пообещал я дочь свою твоему Якобу в жены, но насильно Марту не стану выдавать замуж. Захочет – пусть идет за Якоба, а не захочет – ее воля». На это отец Якоба ответил: «Да чего ж ей не захотеть!? Мой Якоб – первый жених! Ты, сосед, поправишься, и мы пришлем сватов к дочке». «Приходите, чего ж! Только без обид! Решающее слово за дочкой!».

– А как твоя подруга отнеслась к тому, что сказал отец?

– Обрадовалась из-за того, что теперь все в ее руках. Да и у Стефана появилась надежда. Только до сегодняшнего дня Марта к Якобу, вроде как, благоволила. Но и Стефану стала оказывать внимание. Вот, к примеру, сегодня позвала его на луг, чтоб он повеселился вместе со всеми. Якоб, узнав об этом, разозлился и даже поссорился с Мартой. Но потом опомнился и согласился с ее желанием. Марта ведь капризна. Если рассердится, то может и передумать выходить замуж. Вот Якоб и старался угодить девушке.

– Перестарался… – сказал Великан.

– Да, случилось все неожиданно. Якоб ведь собирался посылать сватов после праздника Деревни. А теперь такие дела! Видишь, Марта говорит, что если бы не ты, то не решилась бы все изменить. Значит, вышла бы за Якоба без любви. Но разве была бы она с ним счастлива? Думаю, нет.

Мария и Ян вышли на небольшой деревянный мосток, предназначенный для стирки. Держась за руки, молодые люди глядели на воду, в которой отражались звезды.

– Мария, а ты вспоминаешь Евсея? – осторожно спросил Великан, надеясь на то, что девушка ответит: «Нет».

– Вспоминаю…

Что-то защемило в груди у Яна.

«Так вот она какая – Любовь… И радостно от нее, и грустно…»

– Ты до сих пор любишь его? – с болью спросил юноша.

Помолчав, девушка сказала коротко:

– Нет.

Внезапно ночную тишину разорвали крики, доносившиеся с противоположного берега:

– Мария-я-а!!!! Я-а-ан!!!

– Кто-то зовет нас, Великан…

Молодые люди прислушались.

– Мария! Ян!! – летел над водной гладью звонкий девичий голос.

– Ян! Мария! Где вы? – вторил ему голос мужской.

– Это Марта, – узнала Мария голос подруги. – А с ней Стефан. Наверное, волнуются, ищут нас. Эй! Мы здесь!

– Мы на другом берегу! – прокричал Ян. – Все хорошо!

– Скорее сюда! – позвала Марта. – Беда, беда! Ян! Беда!

– Беда? Слышишь, Мария, беда… – Великан прыгнул с мостка в реку и поплыл к противоположному берегу.

«Златовласка» бросилась в воду следом за ним. На середине реки юноша оглянулся:

– Мария! Где ты?

– Я плыву за тобой! – прокричала отставшая девушка. – Не волнуйся обо мне! Спеши! Тебя зовут!

– Не торопись, Мария! Не то устанешь и утонешь!

– Ян! Ян! – метались крики на противоположном берегу. – Где же ты? Скорее! Беда!

– Я плыву! – крикнул юноша и поплыл еще быстрее, при этом тихонько прося никсов помочь Марии.

– Пллыви! Пллыви! Мы прослледим! – пообещали духи воды.

Наконец, Великан добрался до берега. К нему тут же подбежали Стефан и Марта.

– Беда, Ян, – сказала девушка, – Якоб надумал сжечь сильванов! Он и парней подбил на это! Мы пытались остановить их, да где там!

В лунном свете юноша разглядел разорванную рубаху Стефана и кровь на его лице.

– Где они? – спросил Ян.

– Побежали туда, откуда ты пришел, в луга за ручей. Они взяли с собой горящие головни.

Великан рванул вперед, крикнув:

– Дождитесь Марию! Помогите ей выбраться из реки!

– Марта! Жди Марию! – сказал Стефан, а сам побежал за Яном.

Глава 14

Людское злодеяние

Ян бежал так быстро, что ветер свистел в его ушах.

«Только бы успеть, только бы успеть остановить парней, – повторял он про себя, – только бы успеть! Только бы успеть!»

Далеко перед собой юноша увидел сверкающие огни факелов, расслышал лихие крики парней. Вот уже видны увеличивающиеся огненные точки – это разгорались участки полусухих луговых зарослей.

«Поздно! Они поджигают…Что делать?»

Великан остановился, перевел дыхание и, набрав полные легкие воздуха, прокричал:

– Стойте! Не смейте! Не жгите! Остановитесь!

Алым светом ответило Яну зарево, вспыхнувшее над лугом.

– Нет! Нет! – закричал Ян. – Малена! Сильвио! Беда! Спасайтесь!

Юноша снова устремился вперед. Зарево разгоралось ярче, а заросли трав впереди превратились в огненную стену. Пожар на лугу разрастался, озаряя ночное небо. Наконец, Великан достиг края «человеческого» луга и бросился в пламеневшие травы, преграждавшие путь к роднику. Обжигаясь, Ян прошел сквозь огненную ловушку, выбежал к ручью и плюхнулся в водоем. Ах, как хорошо было в холодной воде! Так не хотелось покидать этой обители живительной влаги! Но Великан заставил себя выбраться из ручья и вышел на другой берег.

Луг сильванов дышал невыносимым жаром. Яну показалось, что даже вода в ручье закипает! Люди ушли далеко вперед, оставив за собой горящую растительность. От смоляных головешек сухая трава занималась быстро, и пламя стремительно разгоралось. Куда ни глянь, повсюду бесновался огонь, в котором метались и гибли застигнутые врасплох сильваны, насекомые, животные…

Тяжело хлопая обожженными крыльями, из горящих зарослей с криком поднялась луговая птица, стремящаяся вырваться из огненного котла. Пролетев немного, но так и не набрав высоты, птица бессильно упала вниз, слизанная высокими языками пламени.

Горячий огонь, выедающий глаза дым, треск сгорающих растений, предсмертные крики гибнущих… так теперь выглядел заветный луг сильванов.

Ян стащил с себя мокрую травяную рубаху, и стал хлестать ею направо и налево по огненным зарослям. Недалеко от себя он увидел Стефана, делающего то же самое. Поняв, что теперь он не один среди смертельных огненных змей, Великан воспрянул духом. К нему вернулось самообладание, а в голове возникла мысль:

«Почему сильваны не остановят саламандр?»

На самом же деле, травяные духи попросту не успели договориться с духами огня, ведь пожар застал сильванов внезапно. Многие из них погибли, даже не успев проснуться. Многие проснулись, но мгновенно попали в огненное полымя. Те же луговые обитатели, которые чудом вырвались из пламенных сетей, устремились к самому высокому месту на лугу – к горе Салейне, куда огонь еще не успел подняться. На лету и на бегу травяные духи шептали и кричали заветные слова с обращением к духам Огненной Стихии, прося их остановиться.

Но невозможно остановить духов Стихий в разгаре их могучей силы!

Среди общей паники Ян заставил себя собраться и вспомнил о заклинании духов огня. Юноша громко произнес его, стремясь остановить пожар, но в ответ услышал шипение саламандр:

– Не можжжем…Не можжжем… Вошшшли в ражжжж… Жжжем… Жжжем…

Саламандры уже были не в силах обуздать себя. Они испепеляли на своем пути все, что встречалось, злясь и на себя, и на жестоких людей, натравивших их на сильванов. Единственное, что попытались сделать духи огня, это по возможности, обходить каждого обитателя луга. Но луговые жители, а тем более, сильваны и насекомые были так малы, что обходя одного, огонь неизбежно поглощал другого. Большого же человека обходить было проще, и Ян, воспользовавшись этим, бросился на помощь Стефану. Он выхватил обессиленного парня из огненных лап саламандр и потащил его назад к ручью. Здесь их встретили Мария и Марта. Девушки, стоя в воде неглубокого родника, тушили на себе тлевшую одежду.

– Как? И вы здесь? – крикнул Ян. – Зачем? Здесь опасно!

– Что со Стефаном? – взволнованно спросила Марта.

– Живой я… – простонал Стефан.

Изрядно обгоревшего парня уложили на дно ручья так, что тело его оказалось под водой. Марта, стоя коленями на дне родника, поддерживала голову Стефана над водой и причитала:

– Бедный, бедный, Стефан! У него на голове сгорели волосы, на лице раны… Веки обожжены, и ресницы, и брови…

– Не плачь, Марта, вылечим мы Стефана, – пообещал Ян, – пусть он в воде пока побудет. Это нужно, чтобы остудить ожоги. А вот это…

Ян достал из воды какую-то водоросль, прошептал над ней заветные слова духов Стихии Воды – никсов, затем – заклинание духов Стихии Водорослей – сильвестров и положил водяную траву на обожженное лицо парня.

– Это спасет ему глаза… – объяснил Великан. – Марта, придерживай траву так, чтобы она не сползала с лица Стефана. Это целебная водоросль. Сильвестры и никсы помогут!

Ян вспомнил об Урсуле. На обугленном камне ее не было. Юноша ощупал черное выгоревшее место вокруг камня и наткнулся на знакомую раковинку. Она была забита золой. Ян потряс раковинкой, а затем приложил ее к уху и прислушался, стремясь уловить хоть малейший шорох. Не услышав ничего, юноша окунул улитку в родниковую воду, вынул, снова потряс ею. Никаких признаков жизни…

Острая жалость кольнула сердце Великана: «Погибла! Сгорела или задохнулась…»

Выбросить почерневший Урсулин домик у Яна не поднялась рука. Он положил раковинку в мешочек-прятанку, где хранился камень-талисман, подаренный гномами, и сказал девушкам:

– Оставайтесь со Стефаном. Будьте все время у воды, не отходите от родника. Если пожар возобновится – немедленно в воду! И не выходите из нее. В воде ваше спасение. Я иду на Салейну.

– Марта останется со Стефаном, а я пойду с тобой! – сказала Мария.

– Мне страшно, – снова заплакала Марта.

– Марта, не бойся. Посмотри, здесь огонь уже слабый, горит кое-где, – попыталась успокоить ее подруга. – А Ян идет в гущу пожара. Это очень опасно, и я должна быть рядом с ним.

– Хорошо, – всхлипнула Марта, – идите. Только берегите себя. Доброй вам дороги на доброе дело!

– Благодарю, Марта, на добром слове, – сказал юноша. – Мы с Марией пойдем, только сначала…

Он вошел в ручей, окунул руки в воду, затем поднял их к небу и громко проговорил заклинания духов Стихии Воды и духов Стихии Воздуха, прося у них дождя и ветра.

Вода в ручье забурлила, и Ян обрадовался:

– Помощь будет!

Он взял Марию за руку и предупредил:

– От меня – ни на шаг!

Они ринулись в горящие травы, направляясь к Салейне. Саламандры держали свое слово: занавес пламени перед людьми расступался, время от времени, все же, касаясь людей. Мария вскрикивала от боли, а Ян молча терпел.

Но вот огонь стал метаться из стороны в сторону. Это налетели духи воздуха – эльфы. Своим дуновением они попытались затушить пожар, но от этого стало только хуже. Поднявшийся ветер, сам того не желая, подхватывал горящие охапки трав и швырял их, куда попало. От этих огненных клубков занимались другие – живые участки луга. Завидев такое, эльфы разъярились и понесли горящие травяные клочья к Салейне, возле которой собрались деревенские парни.

– Поджигайте холм! – скомандовал Якоб. – Видимо, это и есть гора Салейна, про которую рассказывал «репях». Пусть сильваны знают, кто хозяева лугов! Пусть знают духи, кто хозяин Природы!

Травы у подножия Священной горы заалели, вверх по холму поползли огненные дорожки. Но тут же огненный дождь из принесенных эльфами горящих трав посыпался на головы и спины глупых, жестоких людей. Холм затянуло едкой дымовой завесой, находясь в которой невозможно было видеть и дышать. Парни натыкались друг на друга, словно слепые котята, падали, обжигались, поднимались, кашляли, терли глаза…и кричали от боли и страха. Глупые, злые люди попали в свою собственную ловушку.

– Уходим! – заорал Якоб.

Он очень испугался, но чувствовал ответственность перед товарищами за их жизни.

– За мной! В обход холма! – позвал он. – Назад нельзя! Там все горит!

Он побежал первым, а вслед за ним бросились его дружки. С трудом прорываясь сквозь огонь, парни обежали Салейну и остановились, чтобы отдышаться и потушить друг на друге загоревшуюся одежду. Саламандры изрядно потрепали их! Оглядевшись, поджигатели обнаружили, что среди них не хватает троих приятелей

– Что делать, Якоб? – дрожащим голосом произнес один из парней. – Надо вернуться за нашими… Надо спасти их!

– Поздно, – прохрипел заводила. – Если они не вышли, то уже не выйдут. Вот беда!

– И зачем мы затеяли это, Якоб, – заныл курносый паренек, – что мы скажем в деревне?

– Заткнись! – заорал Якоб. – Все! Друзей не вернуть, а нам надо уносить ноги, иначе мы тоже сгорим! В деревне скажем, что наткнулись на пожар случайно. Хотели потушить, но не смогли.

– Смотрите! – крикнул долговязый. – Огонь идет прямо на нас!

Действительно, огонь, опоясав Салейну, пополз не только по ней вверх, но обойдя холм, двинулся дальше по лугу. Взбешенные саламандры горели острым желанием испепелить жестоких людей.

– Вот беда! – с досадой сказал Якоб. – Скорее! Бежим за мной по лугу до речного обрыва! Берегом вдоль реки пробежим к нашим камышам и вернемся на свой луг! Там нет пожара!

Парни кинулись наутек, как нашкодившие коты. Добравшись до реки, цепочкой побежали они по краю обрыва. Парень со шрамом поскользнулся и скатился с крутого берега в реку. В том месте было глубоко, но парень умел плавать. Он попытался вынырнуть из воды, но обозленные на людей никсы утащили поджигателя на дно.

Тем временем Ян и Мария приблизились к Салейне.

Холм почти весь пламенел, лишь вершина его оставалась пока нетронутой, и там, в свете зарева Великан разглядел небольшую стайку сильванов и луговых жителей, отчаянно призывавших на помощь дождь.

– Гоните сюда дождь! – крикнул Ян эльфам.

– Гооооним! Знаааем! – раздували воздушные щеки эльфы. – Сильвааааны соооооообщиииииили! Нооо туууучи даааалееекооооо! Доооождь идеееееет! Ждииии дождяяяяя!

Ян стал подниматься на гору.

– Скорее, Мария, скорее! – просил он.

Юноша так быстро забирался на холм, что выпустил руку девушки из своей руки. Молодая травница еле поспевала за Великаном.

– Прошу тебя, Мария, догоняй! – кричал Ян.

– Беги, Ян, беги! Не жди меня! Спасай сильванов!

Расстояние между Великаном и девушкой увеличивалось. Огненные дорожки побежали по подолу юбки травницы и по рукавам ее рубашки. Волосы на голове девушки задымились. Метавшиеся на ветру лохмотья сажи забивали нос и рот, а ядовитый дым выдавливал глаза и перехватывал дыхание. Мария упала на колени и закашлялась. Она почти теряла сознание.

Ян, наконец, достиг верхней части Салейны, куда еще не добрался огонь. Юноша оглянулся и не увидел девушки. Она осталась в нижней части холма, охваченной пламенем и черным дымом. Ян закричал, испугавшись того, что возлюбленная сгорит, но тут же взял себя в руки и позвал на помощь эльфов. Те мгновенно налетели, раздули дым вокруг Марии и стали отбрасывать прочь от нее горящие клочья трав. Теперь Ян хорошо видел любимую.

Он вдруг вспомнил о заветном камне: «Может, мой талисман убережет Марию?»

Великан вытащил из прятанки подарок гномов и, размахнувшись, бросил его в сторону девушки:

– Мария, лови!

Талисман не долетел до нее, но духи воздуха подхватили камень и принесли его девушке. В тот же миг пламя и дым отступили от нее. Мария с трудом поднялась на ноги, одной рукой крепко сжимая талисман, а другой туша на себе огонь.

– Стой на месте, словно камень! – крикнул Ян. – Ко мне не иди! Может статься, что споткнешься и уронишь талисман. Стой! Слышишь? Что бы ни происходило, стой на месте и крепко держи камень! Не выпускай его из рук! Огонь не коснется тебя! Волшебный камень гномов не горит!

Мария замерла, крепко удерживая в руках талисман, а вокруг нее стонало и бушевало неумолимое пламя.

«Мария спасена… – облегченно вздохнул Ян. – А как быть с сильванами? Почему они не улетают с горы? Хотя… Они не улетят. Они не покинут родной Салейны и сделают все, чтобы спасти хотя бы маленький участок луга!»

Юноша поглядел вверх. В воздухе уже ощущалась свежесть приближающегося дождя. По небу со стороны леса стремительно неслись серые тучи, занавешивая собой бледнеющие утренние звезды. Ветер усилился. В вышине сверкнула молния и прогремел гром.

«Надо продержаться еще немного, вот-вот придет дождь!» – подумал Сильван-Великан.

Он посмотрел вниз. Оттуда к вершине Салейны подбирались саламандры. Вот-вот они коснутся ног юноши…

– Скорее сюда! К нам! – донеслось до Яна с вершины горы.

Великан снова поглядел в небо, затем вниз и понял, что дождь может опоздать. Совсем не на много, но этого времени хватит, чтобы огнем охватило весь Священный холм. И тут Яну в голову пришла одна мысль. Он встал на колени, взял в руку горсть земли и громко произнес заклинание духов Стихии Земли, прося их о помощи. В тот же миг почва разверзлась пред юношей, и он увидел, как в земной расщелине множество гномов отодвигают горящий ободок земли от основного стержня Салейны. Вокруг холма образовался широкий ров, преградивший огню путь на гору.

– Благодарю! Благодарю! – прокричал Ян, стирая со лба капли пота.

А может быть, это стекали капли спасительного дождя, который, наконец, пролился на истерзанный пожаром луг…

Дождь лил мелкий и злой. Словно острыми сабельками, рассекал он извивавшиеся тела саламандр, которые шипели и корчились, погибая. Предрассветное небо полностью затянулось тучами, капли отяжелели и дождь усилился. С высоты вниз хлынули могучие водяные потоки, остужая горячие раны на теле обожженной земли.

Ров стал сужаться – это гномы соединяли части холма, возвращая Салейне ее прежний вид. Ян поднялся на ноги, дождался, пока земля окончательно срастется и спустился вниз к Марии. За плотной завесой дождя Великан не сразу разглядел девушку. Она сама окликнула его. Юноша подошел к Марии крепко обнял ее. Так стояли они некоторое время на ветру, под дождем…

Затем, взявшись за руки, возлюбленные поднялись на вершину холма, где в плотных зарослях трав прятались от дождя сильваны, хомяки, мыши, насекомые, птицы, земляные ящерицы, испуганный обгоревший заяц, решивший заночевать этой ночью на лугу… В общем, здесь находились все те, кому удалось избежать огненных объятий и добраться до вершины Священной горы. Все спасшиеся бросились навстречу Яну и его спутнице, облепили их со всех сторон и плакали, и смеялись, и благодарили, и целовали, и без конца что-то говорили, говорили, говорили…

С вершины Салейны Ян обернулся в сторону «человеческого» луга и с болью сказал, повторяя слова Майерса:

– Как жесток человеческий род!

Громовым эхом ответили Великану небеса так, что вздрогнула Салейна! Небо раскололось множеством огненных молний, стремительно упавших на расстилавшиеся луга людей. Стрелы молний били точно по стогам, зажигая их, и, тем самым, уничтожая нелегкий человеческий труд, обрекая людей на убытки и голод.

Стрелы молний коснулись и парней, спешащих в деревню. Вдалеке послышались душераздирающие человеческие крики. На многих поджигателях загорелась одежда, а некоторые из них упали на землю, да так больше и не поднялись. Жалкая кучка удиравших людей заметно поредела.

Так могучая сила Природы наказывала глупых и жестоких «хозяев» лугов.

Глава 15

Каждый должен быть в своей Стихии

Никсы завершили свою работу, дождь утих. Уставшие эльфы оттягивали серые тучи за предрассветный горизонт. Обычно утреннюю зарю предвещал щебет птиц, но сейчас над лугом висела мертвая тишина.

Сидя рядом с Марией на вершине холма, Ян хмуро глядел на мелькавшие вдали огни догоравших стогов и шептал: «Вот и все, вот и все…»

Страшное бедствие было преодолено, но впереди ожидало другое, не менее страшное – последствия убийственного пожара.

«Сколько погибло? Сколько потеряно? Как пережить это горе?» – только эти мысли занимали оставшихся в живых сильванов и луговых жителей.

Но Сильвио, будучи королем, также думал и о том, что нельзя забывать о важных и добрых традициях рода. Поэтому, прижимая к своей груди плачущую Малену, король внимательно глядел на розовеющий восток. Как только из-за линии горизонта показалась алая верхушка Солнечной короны, Сильвио, осипшим от пережитых волнений голосом, первым запел Приветственную песнь. К нему присоединились все, у кого еще оставались силы петь. Впервые во время исполнения Приветственной песни не играл оркестр кузнечиков, не звенели луговые колокольчики. Впервые Приветственная песнь исполнялась тусклыми, безрадостными голосами, сопровождалась всхлипами и стонами боли…

На небо взошло прекрасное, величественное Солнце и ярко осветило черный, страшный луг.

Луг сильванов – от ручья до Салейны, и за ней – выгорел дотла. Лишь небольшой его участок, прилегавший к лесу, остался невредимым. Сам холм обгорел почти до вершины и принял вид большого гриба с толстой черной ножкой и желто-зеленой шляпкой.

Многие травяные духи погибли. В их числе – веселая фея Майя, не успевшая выйти из своего цветка. Рукодельница Лилия спаслась, но сильно обожглась. Пытаясь остановить пожар, погибли в пламени первый королевский советник Майерс и большинство его учеников…

Ян вспомнил об Урсуле и вытащил ее из мешочка-прятанки. Он повертел в руках раковинку улитки и посмотрел в сторону ручья. Оттуда, по выгоревшему лугу к Салейне медленно шли Марта и прихрамывающий Стефан.

«Живы, – подумал Ян, – это хорошо. И Стефан на ногах. Никсы и сильвестры сделали свое дело».

Великан ощупал улиткин домик, потер черную поверхность раковинки, постучал по ней, позвал старушку… Все, что ему удалось, это вытряхнуть из раковинки комочек золы.

«Сгорела»…

К горлу юноши подкатил уже знакомый горячий ком и, впервые в своей взрослой жизни, Ян заплакал. Cлезы текли по его лицу, капая на голую грудь, на черные от копоти руки, на лохмотья, оставшиеся от травяной одежды… Вместе с Яном заплакали и остальные. Лишь король Сильвио сдерживался.

– За что? За что? – твердили духи трав и луговые обитатели.

Охваченные горем, они не заметили пришедших на холм Стефана и Марту.

Их увидел Сильвио.

– У нас гости! – предупредил он.

И сейчас же многие из сильванов и луговых обитателей укрылись в гуще трав.

– Не бойтесь, – успокоил Ян, – это мои друзья: Марта и Стефан. Они пытались остановить поджигателей, но те не послушали их. Это Марта и Стефан сообщили мне о поджоге.

Луговые жители выглядывали из трав и шептались:

– Эти люди тоже обгорели…

– Особенно, парень…

– У него сильно обожжено лицо…

– Надо приложить траву…

– Но глаза спасены…

– Да, от парня пахнет родниковой водорослью… Глаза спасены.

Потрясенная Марта вертела головой во все стороны и восклицала:

– Какие же вы маленькие! Как маленькие человечки! Ой, сколько же вас! Ой, как вас много!

– К сожалению, теперь гораздо меньше… – сказал Сильвио на человеческом языке. – Я благодарю вас, люди, за то, что попытались нам помочь.

– Да уж, помогли… – произнесла Марта, оглядывая с вершины изуродованный пожаром луг. – Что же мы наделали?! Сильваны, простите нас…

Стефану тяжело было стоять. Марта помогла ему сесть в траву и сама села рядом.

Ян впервые заговорил с духами трав на языке людей:

– Пожар случился из-за меня. Я увидел людей и захотел узнать их ближе. Я рассказал людям о том, кто я и где живу, рассказал о Салейне и о вас, сильваны. Я сказал людям, что вы – хозяева лугов. Люди сначала не поверили в это и высмеяли меня, а затем разозлились и сожгли вас.

– Зачем ты рассказал о нас? – простонал один из обожженных сильванов. – Разве мы просили тебя об этом?

– Нет. Но я думал, что люди, узнав о вас, полюбят вас так же, как и я. А вышло наоборот. Выходит, что я предал вас, сильваны. Я верил в человеческую доброту, но ошибся. Простите меня, друзья, если можете. Сильвио, Малена, простите меня. Такая страшная у вас сегодня свадьба… Прав был Майерс, люди – жестоки.

– Не говори так, Ян, – сказала Мария, – люди бывают разные.

– Да, знаю, – кивнул Великан. – Ты, Марта, Стефан… Вы не такие, как те, что сожгли луг. Но сколько вас – хороших? Думаю, немного. Теперь я знаю, что Стихия людей – жестокая и злобная Стихия.

– Люди – несведущи, Ян, – вздохнула Мария. – Они многого не знают, потому и совершают ужасные поступки.

– Я попытался дать им знание, – горько сказал Великан. – Я хотел открыть людям удивительный мир живой Природы! Почему люди не приняли этого, Мария?

– Чтобы познать истину, Ян, мало одной ночи. Бывает, что на это уходят годы, а иногда и целая жизнь!

– Мария, ты защищаешь людей потому, что они из твоей Стихии.

– А разве ты, Ян, из другой Стихии?

– Я сожалею об этом.

– Не говори так, милый. То, что случилось – страшно. Но почему это случилось?

– Почему же?

– Потому, что Душа человека – засорена. Вспомни, ты недавно говорил об этом с Мартой у костра. Ян, послушай меня. Человеческой Стихии нужны такие люди, как ты. Постепенно ты будешь проникать в сердца людей, рассказывая им об истинном богатстве. Рядом буду я. С нами – Марта и Стефан. Пусть не сразу, пусть через какое-то время, но мы достигнем своей цели. Люди все поймут и изменятся в лучшую сторону…

– А если не поймут? – спросил Сильвио.

– Не может такого быть. Кто-то да поймет. Только не надо падать духом! Не надо предаваться унынию! Надо верить и действовать!

– У тебя замечательные друзья, Великан, – сказал король. – Что ж… Что случилось, то случилось. Прошлого не вернуть, а настоящее покрыто пеплом тяжелых воспоминаний. Но ты права, девушка, мы не должны предаваться унынию. Уныние отнимает время и силы. А время и силы – это самое ценное, что есть у любого живого существа. Сородичи! Сейчас нам необходимо подумать о будущем. Как жить дальше? Наш дом сгорел, и многие погибли. Конечно, упорно трудясь, мы сможем привести в порядок родной луг и Салейну. Но думаю, что нам нельзя здесь оставаться. Люди могут вернуться сюда и снова поджечь.

Со всех сторон раздались взволнованные и горестные голоса сильванов. По примеру своего короля они тоже перешли на язык людей:

– Как злы люди!

– Прав был Майерс!

– Надо уходить отсюда, наш король…

– Люди жестоки! Они не оставят нас в покое!

– Люди ненавидят сильванов! Но за что? За что?

– Человек пользуется плодами наших трудов!

– Люди берут наши растения в корм себе и своим животным!

– Люди лечатся целебными травами!

– Люди едят мед и ягоды!

– Неблагодарный человеческий род!

– Надо уйти подальше! Иначе мы снова пострадаем от людей!

– Они непременно вернутся сюда, чтобы отомстить нам!

– Ах, бедный Майерс! Как верно говорил он о людях!

Король Сильвио поспешил остановить поток горького возмущения:

– Тихо, тихо, сильваны! Успокойтесь! Не будем тратить время на недовольство. Мы уйдем далеко отсюда, дабы избежать встреч с людьми. Но сначала надо найти новое жилье. Это будет непросто. Среди нас есть раненые. Пока им придется остаться на Салейне, а остальных я прошу лететь на поиски новых лугов. Поиски займут некоторое время, но мы постараемся найти другое жилье, как можно, скорее. А затем нам нужно будет переправить раненых на новое место поселения.

– Здесь никого нельзя оставлять даже на время, – проговорил Стефан, – парни могут вернуться сюда с минуты на минуту и закончить то, что не доделали.

– Да, – подтвердила Марта, – не сегодня, так завтра, а может, в ближайшее время они придут сюда и сожгут Салейну полностью.

– Не посмеют, – неуверенно сказал Ян. – Люди сами напуганы тем, что сотворили. Они поплатились за свое злодеяние. Вы видели? Саламандры, эльфы и никсы показали им свою силу и мощь! Но зачем люди довели до этого?

– Парней жалко, – вздохнула Марта, – но они сами виноваты. Не надо было жечь луг.

– Может быть, парни и не придут сюда больше, – подал голос Стефан. – Несомненно, они напуганы. Но Якоб… Этот может и один вернуться сюда, чтобы снова поджечь.

– Это так, – согласилась с парнем Марта. – Якоб – зол, упрям и мстителен. Он может прийти сюда снова.

– И что тогда? – спросила Мария. – Снова пожар? Снова будем звать на помощь духов воздуха и воды? Или когда Якоб подожжет вершину Салейны, мы попросим саламандр сжечь его, как он сжег сильванов? Жестокость за жестокость?

Эти слова произвели на всех впечатление.

– Ты права, девушка, – кивнул Сильвио, – какими бы злыми ни были люди, мы не должны уподобляться им. Сегодня отчасти, возмездие настигло человека, но мы не должны снова доводить до этого. Возмездие Природы наступает лишь в самом крайнем случае.

Помолчав, король продолжил:

– Природа добра… Она дает жизнь и здоровье тем, кто желает и всем того же. Тем же, кто уничтожает и убивает Природу, она мстит: землетрясениями и наводнениями, ураганами и извержениями подземных огненных лав, выпадением ядовитых дождей и пламенным, сжигающим Солнцем… Люди загрязняют реки, лишая себя воды… Уничтожают растения, лишая себя воздуха… Разбрасывают мусор, распространяя зловоние… Закапывают в землю нечистоты, заражая чистое тело Матери – Земли! Земля болеет, страдает и мстит глупым людям! Поэтому и они болеют и страдают! Понять все это не сложно. Убивать Природу – значит убивать Жизнь! Но зачем, скажите, убивать Жизнь, если все хотят жить? Нужно беречь Жизнь, любить Жизнь! Если люди не поймут этой простой истины, то убьют сами себя. Люди погибнут в неравной схватке с Природой! Сильваны, мы покинем этот луг сегодня. Сейчас же все, у кого целы крылья, полетят на поиски нового жилья. Здесь останутся лишь раненые и я с ними. Если сюда придут люди со злым умыслом, я сделаю все, чтобы спасти моих подданных. Мы будем защищаться всеми средствами. На этот раз нас не застанут врасплох! На этот раз мы постоим за себя! Да, нельзя проявлять жестокость, но если она проявляется, то надо ее пресекать! Иного выхода нет!

Голос цветочного короля звучал жестко и не предвещал ничего хорошего.

Но вот прозвучал нежный голосок принцессы Эмилии:

– Есть! Выход есть! Сильвио, Малена! Мои добрые соседи! Я приглашаю вас ко мне, в мое королевство. Мой луг, как вы знаете, находится за лесом, далеко отсюда. В тех местах нет людских поселений. Сколь я там живу со своими подданными, людей там не бывало. Так что, добро пожаловать на мой лужок!

Слабые улыбки появились на измученных лицах сильванов.

– А как же наш король? – подал голос единственный выживший ученик советника. – Он будет править в новом королевстве или нет? Ведь те земли принадлежат вам, принцесса…

– Ваш луг огромен, – сказала Эмилия, – но мой – в два раза больше! Он так велик, что все мои подданные живут только в одной его части. Вторая же часть луга совершенно свободна! Признаться, мне трудно управлять такой большой территорией. Я ведь, все-таки, женщина. Так вот, вторую часть моих владений я отдаю вам, дорогие соседи! Занимайте место и обживайтесь! И пусть вами правит король Сильвио. Подумать только! Два королевства будут расположены совсем рядом! Это замечательно! Теперь чтобы ходить друг к другу в гости, нам не понадобится преодолевать расстояния!

Духи трав и прочие обитатели луга радостно захлопали в ладошки и прокричали:

– Благодарим вас, великодушная Эмилия!

– Многие лета вам, добрая принцесса!

– Благодарю вас, принцесса! – растроганно произнес король Сильвио. – Вы – наша спасительница.

– Ну, что вы, Сильвио? Мы ведь должны помогать друг другу, верно?

– Конечно, – согласился Сильвио. – Что ж, сильваны, тогда начнем сборы. У нас мало времени.

Солнышко обогревало землю, мокрые травы на вершине холма высыхали. Сильваны готовились в дорогу: вместе с прочими луговыми жителями они занялись плетением травяных ковриков и гамачков. Люди помогали им. На готовые гамачки укладывали тех сильванов и луговых обитателей, которые не могли идти и лететь. Те же, чьи крылья не пострадали, должны были нести эти коврики в воздухе. Чтобы помочь сильванам в этом деле, из лесу прилетели птицы, присланные Лешим.

Мелкие луговые животные собирались добраться до луга Эмилии пешком, а кое-кто из них намеревался везти на себе тех раненых, для которых не хватило крыльев. Наконец, все было готово к отбытию. Сильвио окинул взглядом родной луг:

– Прощай, наш добрый луг! Прощай, Салейна! Мы вынуждены покинуть родные края…

Король замолчал. Глаза его увлажнились…

И снова, в который раз, заплакали сильваны и луговые жители.

– Ну, все, все… – остановил их Сильвио, – хватит… Долгое прощание – пустые слезы. В путь, друзья мои, в путь! Все, кто летит, летите и ждите на новом месте нас, идущих пешком.

– Как, Сильвио, разве вы не летите с нами? – спросила Эмилия.

– Нет, принцесса. Я вверяю вам моих летящих подданных. Я же остаюсь с пешими. Я должен проследить, чтобы мои подданные благополучно преодолели этот путь и добрались до нового дома.

– Я останусь с тобой, мой король, – сказала Малена.

– Нет, любовь моя, твои крылышки не повреждены. Они необходимы для перелета. Раненым нужна твоя помощь. Так что, лети. Поручаю тебе, фея сердца моего Малена, и вам, благородная Эмилия, тех моих подданных, которые будут двигаться воздушным путем.

– Будьте спокойны, Сильвио, – сказала принцесса, – мы с Маленой справимся. А как только прибудем на место, я сразу же пришлю вам в помощь моих подданных.

– Будьте осторожны в дороге, – всхлипнула Малена, – я очень волнуюсь…

– Не надо волноваться, радость моя, мы не одни. С нами – большой и сильный Ян… Ты, ведь, идешь с нами, Сильван-Великан?

Наступила тишина. Все посмотрели на юношу.

Малена не выдержала:

– Идем с нами, Ян! Ты же сильван, верно? Сильван-Великан! Вспомни, как нам всем было хорошо вместе! Как весело и интересно мы жили!

Юноша напрягся и почувствовал, как напряглись все присутствующие в ожидании его ответа. Ян посмотрел на Марию и прочел в ее большых, усталых глазах боль надвигающейся разлуки, страх расставания… А еще – Любовь…

– Нет, Малена, – Великан покачал головой, – я не сильван. Я – человек. Этот луг был моим домом, а вы – моей семьей. Вы нашли меня, приютили, вырастили и многому научили. Я люблю вас, духи трав. Я люблю Природу, но я не сильван. Майерс был прав. Никогда мне не стать сильваном, никогда… Потому, что я – человек!

– Не продолжай, – с болью произнесла Малена, – все ясно… Ты покидаешь нас, ты остаешься с этой девушкой… Я вижу, ты любишь ее… Ты уходишь с людьми.

Юноша ласково улыбнулся Малене и взял ее к себе на ладонь.

– Милая моя няня, – нежно сказал он, – я ухожу с людьми, но я никогда не забуду тебя, и никогда не забуду вас, сильваны. И о вас, луговые жители, я тоже буду помнить. Вы все – мои друзья, а друзей не забывают. Мне тяжело расставаться с вами. Но что делать? Каждый должен жить в своей Стихии. Верно, ваше величество?

Сильвио печально кивнул.

Ян повернулся к возлюбленной:

– Мария, я – человек. Я иду к вам, к людям. Пойдешь ли ты по жизни со мною? Если да, то дай мне свою руку.

– Я с тобой, Ян! – живо откликнулась девушка . – Я всегда буду рядом с тобой. Я пойду за тобой туда, куда скажешь.

– Но как ты уйдешь к людям после всего, что случилось, Ян? – спросила Малена. – Люди не простят того, что ты – друг сильванов. Они возненавидят тебя! Они отомстят тебе!

– Не буду спорить с тобой, няня, – горько сказал Ян. – Вполне вероятно, что люди встретят меня враждебно. Но я ведь человек, и я должен быть среди людей. Я должен найти с ними общий язык. А еще я хочу научить людей любить Природу и любить вас, духи трав… Я виноват перед вами, и хочу исправить свою ошибку! Люди не должны убивать Природу, не должны убивать вас, не должны убивать себя… Я постараюсь убедить людей в этом.

– Ты веришь, что тебе это удастся? – спросил король.

– Не совсем. Но одно я знаю точно: я – человек, и я люблю Природу. И Мария любит! И Марта, и Стефан… Значит, и другие люди тоже могут полюбить ее. Люди увидят в Природе не только охапку сена для скота и вязанку хвороста для костра… Они увидят густые луга, покрытые утренними росами… Они слышат шелест зеленой листвы и пение птиц… Люди увидят бескрайнее синее небо, а в нем горячее Солнце… Человек поймет, что Природа – источник жизни и красоты. Ее нельзя слепо потреблять, губить… Все это я уже говорил недавно людям. Я говорил, что надо жить вместе с Природой, надо жить в ней самой! Надо ценить все то, что Природа дает человеку, и тоже отдавать ей свою заботу и Любовь. И вот тогда, когда Природа поверит в человека, в его к ней Любовь, тогда и она ответит добром и Любовью, щедро одаривая людей своими богатствами…

– Люди не поймут тебя, Ян, они безжалостны… – простонала Лилия. – Люди уничтожат тебя за одно то, что ты не такой, как они!

– Не посмеют, – сказала Мария, – Ян не один. С ним – я.

– И я… – отозвался Стефан.

– Мы – вместе, – сказала Марта. – Ян не один!

Великан благодарно улыбнулся людям и сказал:

– Вот видите, сильваны, я – не один.

– Ну, что же, Великан, – улыбнулся Сильвио, – ты, действительно, не один. С тобой верные друзья. За такими людьми – будущее человеческого рода! А еще, Ян, у тебя замечательная возлюбленная. Теперь ты понял, что такое Любовь?

– Понял, – кивнул Ян, поглядев на Марию.

– Пусть Ян поступает так, как хочет! – сказал его величество. – А мы пойдем своей дорогой. Об одном просим вас, люди, не рассказывайте никому о том, где можно нас найти.

– Обещаю, что не предам вас, – сказал Ян. – Ни я, ни мои друзья – мы никому не укажем места вашего нахождения.

– Хорошо, – сказал его величество. – И еще одно, Великан. Сильваны многому научили тебя. Надеемся, что ты используешь эти знания только во благо. Обещаешь?

– Обещаю вам, духи трав, что все, чему вы меня обучили, будет использовано лишь в добрых целях.

– Иди к людям, – сказал Сильвио, – живи в своей Стихии, твори добро. Как знать, может, и смягчатся сердца рода человеческого. Но помни, Сильван-Великан, что самые сокровенные знания переданы только тебе, и нельзя передавать их кому попало. Ведь Тайные знания можно использовать не только в добрых, но и в злых целях.

– Я не забуду про это, – кивнул Ян.

– И помни о том, Великан, что нельзя тревожить духов Стихий по мелочам. Только в том случае зови на помощь могучую силу, когда твердо знаешь, что сам не справишься. И не забывай заветных слов Стихий. Без них духи не придут к тебе на помощь.

– Я помню, мой король. Я знаю.

– И еще, – Сильвио улыбнулся, – если захочешь вернуться к нам, то приходи. Мы всегда ждем тебя, Ян-сильван!

– Мы ждем, ждем тебя, Ян, – зашелестели духи трав, – приходи к нам, возвращайся к нам!

– Благодарю вас, мой добрый король! Благодарю вас, друзья мои дорогие, – сказал Ян, – я всегда буду помнить о вас и о том, что вы мне сказали.

– Прощай, Сильван-Великан! – сказал король. – Хотя, как знать, может быть, и до свидания…

– Прощай, малыш, – всхлипнула Малена, – я всегда буду помнить о тебе…

– Прощай, Сильвио! Прощай, Малена! Прощай, Эмилия! Прощайте, сильваны! Прощайте, друзья! – дрогнувшим голосом произнес Ян.

– Прощайте, духи трав… – тихо сказала Мария.

– Прощайте, духи трав! – повторили за ней Марта и Стефан.

– В путь, братья! В добрый путь! – объявил его величество.

В этот момент вдруг кто-то громко чихнул.

Присутствующие на Салейне насторожились. Чихание повторилось снова, а затем послышалось знакомое ворчание. Ян почувствовал, как что-то щекочет ему ладонь. Он разжал руку, в которой находилась раковинка улитки, и все увидали, что домик Урсулы шевелится! Некоторое время из него доносилось чихание, сопровождаемое выбросом пепла, а затем из раковинки показались знакомые всем, изрядно почерневшие рожки.

–Жива! – обрадовались сильваны и луговые обитатели.

–Жива! – подтвердила прочихавшаяся улитка. – Ой! Ужас-то какой! Спала я мирно на моем камне. Вдруг слышу: крики, ругань! Выглянула из раковины, а это обормоты людские лужок поджигают! Какое пламя полыхало вокруг! Я хотела скатиться в родник, да не докатилась до воды! Ну, думаю, сгорю! Через дверь гляжу – трава горит, в пепел превращается, а пепел-то все сыплется и сыплется ко мне в помещение! Хорошо, что дом у меня большой и в два этажа закрученный. Проползла я коридорами на самый верхний этаж, забилась в угол на чердаке и ждала, что будет. Ждала– ждала да и уснула. А недавно проснулась да голоса снаружи услыхала. Прислушалась – свои голоса, родные. Дай, думаю, выйду наружу. Еле выбралась. Всю прихожую пеплом забило! Так что, здравствуйте, мои хорошие!

Появление живехонькой Урсулы было добрым знаком и всех несказанно обрадовало. Сильваны, обитатели луга и люди от души рассмеялись. Сначала тихо, потом громче… Наконец, все смеялись так, что травы колыхались на вершине Салейны.

– Вот радость-то! – хлопала в ладошки Малена. – Улитка наша жива!

– Жива наша любимица! – смеялся король Сильвио.

– Вот радость-то! Вот радость-то! – хохотали сильваны и луговые жители.

Даже раненые слабо улыбались. Урсула сначала недоуменно глядела на смеющиеся рожицы, а затем и сама расхохоталась, продолжая, однако, чихать, выплюхивая из ноздрей черную пыль.

Когда все вдоволь насмеялись и утихомирились, Сильвио вкратце рассказал старой улитке о том, что произошло. Увидев выгоревший луг и узнав, что сильваны уходят в другие края, Урсула расплакалась. А услыхав, что Ян уходит к людям, и вовсе разрыдалась. Когда она немного успокоилась, Сильвио спросил:

– Дорогая старушка, хочешь ли ты отправиться с нами?

– Идем с нами, – пригласила Эмилия, – на моем лугу тоже есть ручей. Там есть даже небольшое озеро! Я уверена, что на новом месте тебе понравится.

– Пойдем с нами, улитка, пойдем! – наперебой приглашали старушку остальные.

– Нет, дорогие, – вздохнула Урсула. – Вы уходите потому, что люди могут вернуться сюда и обидеть вас. А мне они не страшны. Я останусь у нашего ручья, возле родного моего камня. А если обормоты забредут сюда, я спрячусь: скачусь под камень или в воду. Я стара, уж буду здесь век свой доживать. А вы отправляйтесь на новое место, в новые луга. Живите и меня вспоминайте. И ты, Ян, меня не забывай. Навещай иногда. А я всех вас помнить буду. Прощайте!

И улитка снова немного всплакнула. Духи трав тоже, было, зашмыгали носами, но Сильвио решительно призвал:

– Довольно слез! В путь!

Затрепетали крылышки. Поднялись в воздух сильваны, птицы и насекомые, понесли с собою раненых. Побежали вниз по холму, а затем по лугу в сторону леса прочие луговые обитатели. На спинках своих тоже повезли они раненых, а в воздухе над пешей процессией летел король Сильвио, сопровождая подданных.

Вынужденные изгнанники покидали родной луг и любимую Салейну. Они уходили в чужие края, подальше от людских глаз. Уходили с болью в душе, но с надеждой в сердце на то, что однажды люди пробудятся от ужасного сна, в который они обратили свою жизнь, и увидят эту жизнь в новом, истинном свете.

Эпилог

Четыре человека стояли на вершине обожженной Салейны и глядели вслед удалявшимся сильванам.

Когда травяные духи исчезли из виду, люди спустились с заветного холма и пошли по сожженному лугу к ручью. Здесь они попрощались с Урсулой и, оставив старушку на ее любимом камне, отправились в деревню.

Двое парней и две девушки шли по выкошенной луговой равнине, где совсем еще недавно стояли стога, заготовленные на Зиму трудолюбивыми деревенскими хозяевами.

Люди шли к людям.

Но как примут их в деревне после всего, что произошло? Что ожидает идущих в Стихии Людей? Отчуждение? Изгнание? Жесткость? А может быть, понимание, доверие и поддержка?

Идущие были готовы и ко всему. Они надеялись на хорошее, но и плохого не боялись, а потому шли и не испытывали страха.

Напротив, после общения с духами Природы, каждый идущий стал другим: более смелым, более уверенным в себе, более мудрым и спокойным. Каждый идущий осознавал, что знает теперь больше, чем его сородичи. Каждый идущий нес в Стихию Людей бесценный дар – жемчужину сокровенных знаний. И только от самого человека зависело теперь, примет ли он в свою жизнь эти новые знания, сулящие здоровье, долголетие и чудесное общение с великой силой Природы.

Двое юношей и две девушки шли по голому лугу мимо черных следов, оставшихся от сожженных стогов сена…

Люди шли, а над их головами в чистом, умытом дождем небе играло лучами и сверкало румяное, смеющееся и вечное Солнце.