могла его понять и не злилась, потому что видела, как ему тяжело. Я все больше чувствовала, что возвращаюсь в Синдикат, внушала себе, что меня заперли дома не для того, чтобы скрыть беременность от общества. Но чего

нравилось. – Римо, тебе надо отдыхать. Прошло всего три дня, а ты уже околачиваешься по дому. – Бывало и хуже. Так что

похуже, – хмыкнула я. – Да в нем самом дерьма полно, – засмеялся Адамо. Савио ткнул Адамо

– Ангел, – тихо произнес он, проводя пальцами по моей обнаженной коже. – У тебя всегда были крылья.

пошел за ним в раздевалку. Толпа расступилась еще шире. В воздухе стоял сильный запах рвоты. Гриффин прижимал полотенце

– Ты прекрасно знаешь, зачем она мне понадобилась. Фабиано помрачнел и тоже откинулся на спинку сиденья. – Мне кажется, даже ты не до конца понимаешь, зачем она тебе. В итоге девчонка ответит за что-то, чего сама не совершала.