Цитаты из книги «Милый друг (с иллюстрациями)», страница 3

В Париже, к твоему сведению, лучше не иметь кровати, чем фрака.

Заговорили о любви. Дюруа не верил в существование вечной любви, однако допускал, что она может перейти в длительную привязанность, в тесную, основанную на взаимном доверии, дружбу. Физическая близость лишь скрепляет союз сердец. Но о сценах ревности, мучительных драмах, мольбах и упреках, почти неизбежно сопровождающих разрыв, он говорил с возмущением.Когда он кончил, г-жа де Марель сказала со вздохом:

— Да, любовь — это единственная радость в жизни, но мы сами часто портим ее, предъявляя слишком большие требования.

Никогда не нужно вмешиваться в чужие дела. Надо предоставить людям поступать, как им подсказывает совесть.

Сойти за человека сведущего совсем нетрудно, поверь. Все дело в том, чтобы тебя не уличили в явном невежестве. Надо лавировать, избегать затруднительных положений, обходить препятствий и при помощи энциклопедического словаря сажать в калошу других.

Сойти за человека сведущего совсем нетрудно, поверь.☆★☆Все люди - круглые невежды и глупы как бревна.☆★☆_ Из ваших воспоминаний мог бы выйти ряд прелестных очерков.

Старик Вальтер тотчас же взглянул на молодого человека поверх очков, как это он делал всякий раз, когда хотел получше рассмотреть чье-нибудь лицо. Кушанья он разглядывал из-под очков.☆★☆Такие, как ты, своего добьются☆★☆- Какого вы мнения о моей подруге, госпоже де Марель? - неожиданно спросила она.

Дюруа был озадачен этим вопросом.

- Как вам сказать… я нахожу, что она… обворожительна.

- Да?

- Ну конечно.

Он хотел добавить: «А вы еще обворожительнее», - но постеснялся.☆★☆Дюруа забыл, что ему пора уходить, - ему казалось, что он останется здесь навсегда, что он у себя дома.☆★☆Просидев битый час и заполнив пять страниц вариантами первой фразы, он сказал себе: «Я еще не наловчился. Придется взять еще один урок». И при одной мысли о совместной работе с г-жой Форестье, о продолжительной задушевной, интимной, столь приятной беседе с нею наедине его охватила дрожь нетерпения. Боясь, что если он вновь примется за статью, то дело неожиданно может пойти на лад, Дюруа поспешил лечь.☆★☆Форестье он ни словом не обмолвился о своем визите. Но он долго хранил воспоминание о нем, больше чем воспоминание, - ощущение нереального, хотя и постоянного присутствия этой женщины. Ему казалось, что он унес с собой частицу ее существа - внешний ее облик стоял у него перед глазами, внутренний же, во всей пленительности, запечатлелся у него в душе. он жил под обаянием этого образа, как это бывает порой, когда проведешь с любимым человеком несколько светлых мгновений. Это некая странная одержимость - смутная, сокровенная, волнующая, восхитительная в своей таинственности.☆★☆любовь - это единственная радость в жизни, но мы сами часто портим ее, предъявляя слишком большие требования.☆★☆Когда я влюблен, весь мир для меня перестает существовать☆★☆Он молча улыбался, стараясь выразить взглядом свою беспредельную любовь.☆★☆- Если б ты знал, как я люблю ходить с тобой под руку, как приятно чувствовать, что ты рядом со мной!☆★☆Неужели мерзавец перестает быть мерзавцем только оттого, что дрался на дуэли? И с какой радости честный человек, которого оскорбила какая-то мразь, должен подставлять свою грудь под пули?☆★☆наводя снизу вверх, легче сохранить линию прицела.☆★☆каждый из нас представляет собой вселенную☆★☆единственное утешение в жизни - любовь!☆★☆- Держать в объятиях любимую женщину - вот он, верх человеческого блаженства!☆★☆- Как хорошо, что вы приехали тогда, в такое ужасное для меня время! - прошептала она.

- Я сделал бы все, что бы вы мне ни приказали, - сказал он.☆★☆Во всем мире у меня нет никого, кроме вас☆★☆Женщины всегда ждут чего-то иного, не того, что существует в действительности!☆★☆- Вот ты и заскучала, - когда они вышли, заметил Жорж.

Она хотела возразить, но он продолжал:

- Нет. Я все вижу. Если хочешь, мы завтра же уедем отсюда.

- Да. Хочу, - прошептала она.☆★☆Раз она изменяла Шарлю, то как мог доверять ей он, Дю Руа?

Однако мало-помалу ему удалось привести свои мысли в порядок, и, силясь подавить душевную боль, он подумал: «Все женщины - потаскушки, надо пользоваться их услугами, но нельзя тратить на них душевные силы».☆★☆«Мир принадлежит сильным, - повторял он про себя. - Надо быть сильным. Надо быть выше этого».☆★☆«Она пользуется церковью для любых целей, - думал он. - Церковь снимает с ее души грех, который она совершила, выйдя замуж за еврея, в политических кругах создает о ней представление как о женщине, идущей против течения, возвышает ее во мнении света, и она же служит ей местом свиданий. Обращаться с религией, как с зонтиком, вошло у нее в привычку. В хорошую погоду зонт заменяет тросточку, в жару защищает от солнца, в ненастье укрывает от дождя, а когда сидишь дома - он пылится в передней. И ведь таких, как она, сотни; сами не ставят господа бога ни в грош, а другим затыкают рот и вместе с тем в случае нужды прибегают к нему как к своднику. Пригласи их в номера - они примут это за личное оскорбление, а заводить шашни перед алтарем - это у них в порядке вещей».☆★☆игрушечные деревянные домики, - ящики для грехов, ящики, куда верующие сваливают мусор души [об исповедальнях]☆★☆«Я в вашей власти, делайте со мной, что хотите, где хотите и когда хотите».☆★☆любовь требует исключительного такта, деликатности, осторожности, чуткости☆★☆кто любит, тот пускается на хитрости☆★☆Слова любви всегда одинаковы, - все зависит от того, из чьих уст они исходят.

И все же каждый из нас несет в себе лихорадочную и неутолимую жажду бессмертия, каждый из нас представляет собой вселенную во вселенной и каждый из нас истлевает весь, без остатка, чтобы стать удобрением для новых всходов. Растения, животные, люди, звезды, миры – все зарождается и умирает для того, чтобы превратиться во что-то иное. Но ни одно существо не возвращается назад – будь то насекомое, человек или планета

За что ухватиться? Кому излить свою скорбь? Во что нам верить?

Религии - все до одной - нелепы: их мораль рассчитана на детей, их обещания эгоистичны и чудовищно глупы.

Одна лишь смерть несомненна.

— До чего нелепо устроен мир!

Дышать, пить, есть, спать, трудиться, мечтать - все это значит умирать. Жить, наконец, - тоже значит умирать!

Наступило молчание. Наконец одна из дам нарушила его. Она заявила, что стало очень холодно, но всё же недостаточно холодно для того, чтобы прекратилась эпидемия брюшного тифа и чтобы можно было кататься на коньках. И тут все дамы сочли долгом высказать свое мнение о наступивших в Париже морозах, а также о том, какое время года лучше, и привели при этом все те банальные доводы, которые оседают в головах, словно пыль в комнатах.