Цитаты из книги «Милый друг (с иллюстрациями)», страница 28
Любить - это так приятно!
(Часть вторая, V)
Надо уметь производить впечатление, а вовсе не просить.
Дышать, пить, есть, спать, трудиться, мечтать - все это значит умирать. Жить, наконец,- тоже значит умирать.
- Что случилось? Ну, говори! - прошептала она.
Тогда он печально и в то же время решительно, с той притворной грустью в голосе, с какой обыкновенно извещают о приятной неприятности, проговорил:
- Дело в том, что я женюсь.
Мадлена смотрела в его прозрачные глаза, смотрела пристальным, сосредоточенным и странным взглядом - как бы для того, чтобы прочитать в них что-то, заглянуть в темную область человеческого сознания, в которую никому не дано проникнуть и которая приоткрывается лишь на минуту, в те краткие мгновения, когда мы рассеяны, не держим себя в руках, не следим за собой, в мгновения, приподнимающие завесу над тайниками души.
Эгоизм, алчущий богатства и славы, выше эгоизма, алчущего любви и женских ласк.
Свидание с г-жой Вальтер забавляло его. "Она пользуется церковью для любых целей, -- думал он. -- Церковь снимает с ее души грех, который она совершила, выйдя замуж за еврея, в политических кругах создает о ней представление как о женщине, идущей против течения, возвышает ее во мнении света, и она же служит ей местом свиданий. Обращаться с религией, как с зонтиком, вошло у нее в привычку. В хорошую погоду зонт заменяет тросточку, в жару защищает от солнца, в ненастье укрывает от дождя, а когда сидишь дома -- он пылится в передней. И ведь таких, как она, сотни; сами не ставят господа бога ни в грош, а другим затыкают рот и вместе с тем в случае нужды прибегают к нему как к своднику. Пригласи их в номера -они примут это за личное оскорбление, а заводить шашни перед алтарем -- это у них в порядке вещей".
"Как она не понимает, недоумевал он, что любовь требует исключительного такта, деликатности, осторожности, чуткости..."
"Жизнь-гора. Поднимаясь, ты глядишь вверх, и ты счастлив, но только успел взобраться на вершину, как уже начинается спуск, а впереди смерть. Поднимаешься медленно, спускаешься быстро."
Ласкаясь к нему, она медленно водила щекой по его груди до тех пор, пока ее длинный черный волос не зацепился за пуговку жилета. Она это заметила, и тут ей пришла нелепая фантазия, одна из тех суеверных фантазий, которые так часто заменяют женщинам разум. Она принялась тихонько обматывать этот волос вокруг пуговицы. Потом другой, третий. И так вокруг каждой пуговицы она обмотала по волосу.
Сейчас он встанет и вырвет их. Он причинит ей боль, - какое счастье!
Сам того не зная, он унесет с собой частицу ее существа, унесет с собой прядь ее волос, которой он, кстати сказать, никогда у нее не просил.
Этой таинственной невидимой нитью она привяжет его к себе. Она оставит на нем талисман, и он невольно будет думать о ней, увидит ее во сне и завтра будет с ней ласковее
