Цитаты из книги «Здравствуй, труп», страница 4

вопрос, как проехать на Можайку, заспанная продавщица в стеганом ватнике поверх блестящей кофты недоуменно

Каспарова господам мафиози надоел, и они решили положить этому конец. И положили конец… самому Андранику Левоновичу, – посчитав

Я сей же час ему позвоню! – и он ринулся к телефону с такой

поспешно полезла в сумочку за деньгами. – Вот задаток, – она выложила на стол пухлую пач

из-за халатного отношения Алечки к своему здоровью, – причитала она, отмеряя пятнадцать

Он принадлежал к той части российского населения, что выросла в советских хрущевках. Там на крохотных кухоньках родители принимали гостей, шепотом ругали Брежнева, пели задушевные песни, выясняли отношения и воспитывали (и замечательно воспитывали!) детей. Оттого, вероятно, кухня и заняла в сердце Павла особое место, здесь и только здесь ему отдыхалось лучше всего. Не в отдельной комнате с буржуйским названием «кабинет»,

в свое время состоял в компаньонах Каспарова, но с ним обошлись отнюдь не любезно, а дочь еще вчера считалась

заворочался на постели, старые пружины глухо застонали, проседая под мосластым торсом хозяина. Из

не верил. Дурак! Причину придумала, стервь, детей, мол, у нас с тобой долго не было. Вот и решила от Андрона попытаться. Всего раз и было, говорит… Как говорится, свежо предание, да верится с трудом. Тварь конченая. Может, и Варюха не от меня? Хотя нет. Она – моя копия, глаза, нос, волосы. А может, от какого другого блондина! От соседского Петра

слышит сухое потрескивание возбужденных нейронов