Читать книгу: «Завтра мы будем вместе», страница 3

– Я могу себя защитить.

– Хорошо. И чем вы планировали заняться, вырвавшись в наш мир?

– Просто жить, так как живут люди, – Энн поднесла к губам чашку чая. – Просто жить.

– Ага. – Катти хмыкнула и оценивающим взглядом окинула сидящую напротив девушку, – могу вас огорчить. У вас ничего не получится. С такой внешностью и такими манерами, вас можно пристроить только компаньонкой королевы в Букингемский дворец.

Энн рассмеялась и покачала головой.

– Мои запросы куда скромнее.

– А что вы умеете делать? – Кэтлин чертила пальцами узоры на деревянной крышке стола. – Ну, кроме того, что путешествовать по Зеркалам и колдовать?

– Одно время я была пресс-секретарем своего прадеда. Лорд Герхард был мной весьма доволен.

– Отлично! – Катти стукнула ладонью по столу. – Я придумала, чем вы займетесь.

– И чем же? – Энн вопросительно посмотрела на новую знакомую.

– Я старший исполнительный директор фирмы «Мир». Вам приходилось слышать о нас?

– Да, конечно. Я живу в Лэнгтон-Холле.

– Генеральный директор, мой старый добрый друг никак не может подобрать себе толкового помощника. Предупреждаю сразу, характер у него не сахар. Но если вы проявите себя терпеливым человеком и сумеете не превратить его в жабу после первых дней знакомства, то лучшее место работы в Сити вам обеспечено.

– Заманчивое предложение, – Энн улыбнулась.

– Так как?

– Мне пока не приходится выбирать. Я готова попробовать.

– Значит, по рукам – Катти протянула Энн руку через стол. – Поверьте, вы не пожалеете. Кстати, в качестве акта доброй воли, я могу сдать вам одну из комнат. Как видите, их тут целых четыре, а я всего одна.

– Вы слишком добры.

– Это вам наука, – заметила Кэтлин – в следующий раз не станете спасать незнакомых людей из-под колес автомобиля. Если вы не против, я пойду немного отдохну. Утром мне предстоит познакомить вас с будущим руководством, а это задачка не из легких.

Она, прихрамывая, вышла из кухни. Энн еще долго сидела, глядя на остывающий чай, а потом щелчком пальцев заставила его закипеть. Сила огня откликнулась на ее зов, так же легко, как и сила воды тогда в переулке. Впервые за всю жизнь, Энн задумалась, сколько правды, а сколько вымысла было в Родовых Хрониках. Никогда прежде при ней не упоминали, что она чем-то выделяется из своих сородичей, что является результатом магического эксперимента, как и неведомый Посланник.

«Что же все-таки со мной происходит? Почему именно я и почему именно теперь?»

*****

Шотландия. Конец семнадцатого века.

Он был оружием, но там, где его создатели видели смысл бытия, он видел лишь Хаос, тщательно прикрытый красивыми словами. По части слов они были великие мастера. Как и по части принуждения. Он был их, пока не понял, что есть выбор. И не жалел о своем решении. Теперь вся его жизнь проходила в борьбе за право существовать, но он не жалел, что выступил против своих создателей. Пока не появилась она… его проклятье, его любовь и смысл его жизни.

Джеймс Кройстед остановил коня у входа в полуразрушенную башню и тихо просвистел сложную комбинацию звуков. Наверху ухнула сова, и в окне башни мелькнул огонек. Верховный жрец Глендруидов спустился на землю и, не мешкая, направился в башню. Под сапогами хрустели ветки и камни. Каждую секунду, пока поднимался наверх, колдун ждал неожиданного удара. Существо, с которым он собирался встретиться, было способно на многое. Точнее его считали способным на многое все члены братства. Джеймс остановился на пороге комнаты, вглядываясь темноту.

– Я здесь, Посланник.

– Как это любезно с вашей стороны, – вспыхнул огонек, – откликнуться на мою скромную просьбу и даже выполнить все условия встречи.

– Я ведь заинтересован в благополучном исходе. Как и вы.

– Это верно, – кивнул собеседник. – Что нового?

– Мне нечем вас порадовать. Они никогда вам не поверят, – Кройстед пожал плечами. – Вас никогда не примут как равного. И никогда не смирятся с вашим свободным бытием. Потому…

– Что я слишком опасен? – закончил Посланник. – Кто выдумал эту глупость? Я не опаснее любого из вас.

– Не любой из нас способен на то, что демонстрировали вы. А ведь это был далеко не предел. К тому же нельзя забывать о том, что происходило за последние годы.

– Что я могу сделать, чтобы доказать свои мирные намерения? – помедлив, осведомился Посланник.

– Верните амулет.

– Исключено, – отрезал он.

– Тогда отдайте часть. Станьте одним из нас или одним из Посвященных. Если вы убеждены в своей невиновности, я передам, что вы готовы предстать перед судом, – пошел на компромисс Джеймс. – Что вы скажете на это?

– Я сомневаюсь в том, что могу рассчитывать на справедливый суд, как с вашей стороны, так и со стороны Посвященных. Но я обдумаю ваше предложение.

– У вас не так много времени, – Кройстед приблизился. – Соглашайтесь на мое предложение или продолжайте жизнь изгнанника. Я больше не стану рисковать, встречаясь с вами.

Молчание повисло в воздухе. Когда Джеймс уже не надеялся услышать нужный ответ, Посланник тяжело вздохнул и начертил в воздухе сложный знак. В следующий момент перед Кройстедом повисла половина амулета на тонкой цепочке.

– Передайте это графу с моими наилучшими пожеланиями.

– Это правильный выбор. – Джеймс спрятал амулет. – Вы об этом не пожалеете. До встречи. – Кройстед почти бегом спустился к своей лошади. Цель достигнута. Амулет возвращен. Время довершит остальное.

Джастина разбудила медсестра. Взяв у пациента анализ крови, девушка в ответ на то, как долго его намерены здесь продержать, мило прощебетала, что на все вопросы ответит врач, и упорхнула. Доктор не заставил себя ожидать. Раздраженно поглядывая на несговорчивого пациента, он старательно втолковывал:

– Все принятые нами меры продиктованы исключительно беспокойством о вашем здоровье, мистер Коуфорт. Вы перенесли клиническую смерть. Если бы не ваша подруга, мы бы сейчас не имели удовольствия с вами разговаривать. Пока неясно, что вызвало такой резкий спад вашей сердечной деятельности. Мы получим результаты анализов завтра и тогда возможно..

– Я совершенно здоров, доктор Франклин, – прервал врача Джастин, – и мне нечего здесь делать.

– Вы ошибаетесь, – с завидным терпением начал заново врач. – Вы больны и, насколько я могу судить, больны очень серьезно. Приступы, подобные этому, у вас случались дважды. Об этом нам рассказала мисс Стоннер. Почему вы раньше не обращались к доктору?

– Потому что не считаю это серьезной проблемой. – Джастин мысленно сворачивал шею Катти.

– И зря, – доктор Франклин направился к выходу. – Мы подержим вас под наблюдением, пока не получим результаты анализов. Если заболевание не опасно для окружающих, вы будете вольны уйти, но я бы посоветовал вам начать лечение.

– Большое спасибо, – мрачно отозвался Коуфорт. Он обвел палату взглядом и скрипнул зубами. Держать себя в руках становилось все труднее. Особенно теперь, когда он чувствовал себя животным, попавшим в клетку. Как будто это уже происходило с ним прежде… Из глубины души поднималась темная волна ярости.

– Ваш завтрак, – мелодичный голос молоденькой медсестры заставил перевести взгляд на источник звука. Девушка вскрикнула, выронила поднос и схватилась за горло. Она никогда не видела таких глаз, медицинской сестре казалось, что она оказалась в черном туннеле, из которого уже нет выхода. Девушка вскрикнула снова и потеряла сознание.

*****

– Я Кэтлин Стоннер. – наверное, в двадцатый раз повторяла Кэтлин. – Я исполнительный директор фирмы «Мир». Я знаю своего шефа почти всю жизнь, и все это время он был вменяемым и адекватным человеком.

– И все же, мисс Стоннер, факты говорят иначе, – главный врач Роджер Морган снял очки и положил на стол.

– Да какие у вас могут быть факты? – вспылила Кэтлин и смерила врача презрительным взглядом. Прошло почти двадцать минут, с того момента, как ее пригласили в кабинет главного врача и восемнадцать из них доктор Морган пытался доказать ей, что Коуфорт буйно помешанный и требовал от нее добровольно сообщить, где его можно найти. – Какие у вас факты, кроме свидетельства явно неуравновешенной, истеричной медицинской сестры?

– Не нужно обвинять наш персонал, мисс Стоннер. Миссис Джонсон работает у нас почти два года, и ни разу не происходило подобных эксцессов. Доктор Франклин предупреждал меня, что пациент кажется ему странным…

– После Раскола, странности большинства, так называемых людей, стали легко объяснимы, – парировала Катти.

– Не спорю, мисс Стоннер, – кивнул доктор Морган, – но в документах вашего друга, ясно сказано, что он человек. Возможно, это некая форма психической болезни…

– Прекратите, – Кэтлин поморщилась. – Позавчера вы госпитализировали Джастина в состоянии близком к клинической смерти, вчера предположили, что он может быть инфицирован неизвестным вам вирусом, а сегодня он уже превратился в буйно помешанного. Ваша компетентность просто потрясает.

– Мы вынуждены будем заявить в полицию.

– Любопытно, и что вы им скажете? – поинтересовалась Кэтлин. – Что ваш пациент самовольно покинул клинику? Ну и что? У вас нет никаких доказательств того, что он опасен для общества. Только подозрения. А вот мы вполне можем подать на вас в суд за клевету и попытку незаконного ограничения свободы. Может быть, поищем компромисс?

Доктор тяжело вздохнул и посмотрел в окно. «Мир» пользовался услугами одной из самых лучших адвокатских компаний Лондона. За последние годы, «Трестон и Сын» не проиграли ни одного дела. Их услугами пользовались даже представители колдовских Родов. Сидевшая перед ним девица была права, подтвердить, равно, как и опровергнуть слова медсестры действительно сейчас невозможно. Для этого нужно было отыскать сбежавшего пациента. Если он полностью вменяем, и покинул больницу только из деловых соображений, да еще окажется законспирированным представителем одного из Кланов, клинике конец. Доктор Морган всегда считал, что умеет принимать правильные решения.

– Может быть, вы попробуете найти мистера Коуфорта сами? – предположил он

– Этим я займусь немедленно, – Катти кивнула. – Я уверена, все случившееся не более чем недоразумение, и не хочу, чтобы репутация «Мира» была испорчена. Я думаю, что если он вернется и закончит обследование, конфликт будет исчерпан.

– Вы можете поручиться за..

– Я ручаюсь вам, – перебила Кэтлин. – А сейчас, если вы не возражаете, я должна ехать. До свидания.

– До свидания, мисс Стоннер, – доктор Морган проводил девушку взглядом, некоторое время колебался, а затем снял трубку телефона. На другом конце провода долго не отвечали, а когда ответили, Роджер медленно произнес:

– Говорит доктор Морган. У нас странный случай, милорд. Вам стоит приехать. Ждем. Да.– и, не прощаясь, положил трубку.

Глава 4

Феликс Лэнгтон растеряно покачал головой и пристально посмотрел на двух членов совета Рода.

– Вы уверены? – переспросил он.

– Мы уверены. Энн ушла, – подтвердил Герхард, – ушла почти сразу, как поговорила с моей женой. Она пренебрегла всеми традициями.

– На девочку это не похоже, – протянул Витор. – Она всегда была примерной и

– Да. Ее поведение никогда не вызывало нареканий, – согласно кивнул Герхард. – Тем страннее ее поступок. Она отправилась в мир людей.

– Значит, вот как? – Феликс поднялся на ноги и подошел к окну. – И она тоже?

– Феликс? – Герхард и Витор обменялись вопросительными взглядами. – О чем ты говоришь?

– И она тоже оставляет меня, – еле слышно произнес граф Лэнгтон, не отводя взгляда от серой пелены дождя. Тогда тоже шел дождь..серый зимний дождь. И он так же стоял у окна….

….– Рано или поздно он поймет, что мы сделали, – Джеймс рассеяно перебирал в пальцах изумрудные зерна четок и бросал взгляды на графа Лэнгтона.

– Он бессилен, что-либо сделать, – Феликс отвернулся от окна и вернулся в свое кресло, – теперь бессилен. Вы блестяще справились со своей задачей, Джеймс. Теперь дело за нами.

– Вы дали слово, что оставите его в покое, – напомнил лорд Кройстед, – а я дал слово ему.

– Мы сдержим свое слово, – успокаивающе поднял руку граф. – Но сдержит ли слово он, когда поймет, что вы с ним сделали? Когда догадается, что фактически вы его предали?

– Он теперь наша забота, – отрезал Джеймс.

– Он очень быстро почувствует, что слабеет. – Феликс повертел в пальцах амулет. – Поскольку не глуп, то догадается, что все дело в амулете, и попытается его вернуть. Что тогда?

– Только вы и я знаем, что он может существовать, только если обладает обеими частями амулета. Дисбаланс Сил уничтожит его быстрее, чем он сможет каким-то образом вмешаться в наши дела, – возразил Кройстед. – Давайте отложим разговор о Посланнике и вернемся к моему предложению.

– Да я помню. Вы хотите продолжить опыт, но продолжить его естественным путем, – на губах Феликса появилась усмешка, – и просите у меня руки одной из невест Рода?

– Для моего опыта подходят только две из ваших женщин, в этом году получивших Право выбора.

– Кто же?

– Аделина или Анабелл, – недрогнувшим голосом назвал имена лорд Кройстед. – Только эти девушки полностью отвечают всем требованиям. И Анабелл больше других.

– Анабелл? – брови Феликса приподнялись. – Вы уверены?

– Я не привык бросать слов на ветер.

– Вы знаете наши традиции. Я не могу заставить свободнорожденных Посвященных колдуний выбрать вас своим спутником жизни. Но, помня об успехе вашего последнего дела, я не стану вам мешать. Думаю, у вас получится, но советую остановить свой выбор на Аделине. Анабелл при определенных условиях может доставить столько же проблем, сколько три Посланника вместе взятых.

– При всем этом, она – ваша любимица, – Джеймс усмехнулся.

– Да, это так, – граф улыбнулся. – Моя кровь и плоть, и моя гордость. А вот и ты.

Джеймс поспешно поднялся и учтиво поклонился появившейся девушке.

– Доброго вам дня, леди Анабелл.

– Рада встрече, лорд Кройстед – Анабелл присела в реверансе. – Вы говорили обо мне, дедушка? Я право, польщена.

– Ты заслуживаешь этих слов, Анабелл, и ты знаешь это. – Феликс жестом поманил внучку к себе. – Тебе знакома эта вещь?

При виде амулета лицо девушки исказила гримаса.

– Посланник, – она произнесла это слово, словно сплюнула.

– Верно, это его жизнь или смерть, девочка. Пока эта вещь в твоих руках я спокоен. – Анабелл склонила голову и накрыла амулет ладонью. —Можешь идти, дорогая, – граф поцеловал девушку в лоб.

– Будьте спокойны за амулет, милорд, – Анабелл церемонно поклонилась и исчезла.

– Откуда такая ненависть? – с трудом сумел заговорить Джемс.

– Мой сын погиб при очередной попытке силой научить нашего с вами общего друга послушанию, – голос Феликса звучал надтреснуто. – В его смерти была и моя вина. Я знал, что их поход обречен на провал, но Микаэля было не остановить. Он искал славы, а нашел смерть. Александрина, его спутница жизни, не смогла перенести утрату. Она лишилась рассудка и не могла больше заботиться о своих детях. Аделина и Анабелл выросли под крылом клана. Но если Аделина прощает всех врагов и молится об их заблудших душах, то Анабелл живет только мыслью об отмщении.

– Сейчас она может его осуществить, – задумчиво произнес Джеймс. – Он ослабел.

– Не настолько, чтобы не справиться с ней.

– А она об этом знает?

– Я запретил ей даже думать об этом. Этой потери мне не пережить. Анабелл – все, что у меня осталось от сына, Джеймс.– Феликс на какой-то миг превратился из главы рода, в убитого горем старика, но быстро взял себя в руки. – В большей степени, поэтому я готов пойти на все, чтобы уничтожить Посланника раньше, чем до него доберется Анабелл

*****

Энн задумчиво перелистывала журнал и поглядывала на часы. Уже полчаса она сидела на диване в приемной доктора Моргана и ожидала Кэтлин. Секретарь раздраженно поглядывала на посетительницу и морщилась, не в силах сосредоточиться на работе. Богатые аристократы никогда не вызывали у мисс Смит симпатии, особенно, когда выряжались в серые перья обычных людей, как эта рыжая леди в кресле напротив. У нее на лбу стояло клеймо высокого происхождения, которое совершенно не сочеталось с дешевой одеждой и скромными манерами. От гадких мыслей ее отвлекла подбежавшая старшая медсестра.

– Мери стало хуже, – нагнувшись к уху секретарши, тихо сообщила она. – Я должна поговорить с доктором Морганом. Скажи ему, что это важно, Гвин.

– У него посетитель, – предупредила секретарша. – не уверена, что он сейчас сможет уделить тебе время… Бедная Мери…

– Бедняжка. И надо же, чтобы именно ей так не повезло. Попомни мои слова, это штучки колдунов.

Энн не стала слушать дальше, тихо отложила журнал в сторону и вышла из приемной. Оказавшись в коридоре, девушка совершенно незначительным вопросом остановила спешащую куда-то медицинскую сестру. Тихий голос Посвященной колдуньи мягко проникал в мозг женщины. Та не стала сопротивляться, и без возражений выдала все, что Энн хотела знать. Когда медсестра пришла в себя, рядом уже никого не было.

Энн в это время выскользнула из оконного стекла в палате, где лежала пострадавшая медсестра и бесшумно подошла к постели. Мери Джонсон металась в бреду. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять – человеческая медицина здесь не помощник. Энн осторожно опустилась рядом и накрыла ледяную руку девушки своей ладонью.

– Не бойтесь меня, – надеясь, что медсестра ее услышит, тихо произнесла она. – Я просто хочу вам помочь. Впустите меня.

Энн закрыла глаза и мысленно потянулась к ее сознанию. Царивший хаос она ощущала всем своим существом. Потребовалось немало усилий, чтобы залечить раны, нанесенные чужой, внезапно вторгнувшейся волей. Будь Мери не человеком, а колдуньей, умей она защищаться, вреда было бы куда меньше. Но люди понимали только опасность физического воздействия… Энн устало поднялась и облизнула пересохшие губы. Ей казалось, что она провела в памяти девушки вечность, в действительности прошло немногим более пятнадцати минут. Мери смотрела на Энн чистым взглядом голубых глаз.

– Почему я в палате? Разве я больна? – в ее вопросах звучало искреннее удивление. – Кто вы?

– Вы потеряли сознание, и доктор Франклин предписал вам небольшой отдых. – пояснила Энн – Как вы себя чувствуете?

– Спасибо, хорошо – сестра Джонсон неуверенно улыбнулась.

– Простите, мне пора идти. – Энн отступила назад. Она поспешила убраться из палаты раньше, чем появятся старшая медсестра и доктор Морган.

В приемной ее дожидалась встревоженная Катти.

– Слава Богу, я уж решила, что ты передумала и сбежала. Представляешь, доктор Морган грозился вызвать полицию! На том лишь основании, что истеричная медсестра грохнулась в обморок в палате Джастина, а он, вместо того, чтобы восхититься таким сервисом, поспешил отсюда убраться. Лично я бы на его месте поступила так же. А ты?

– Сложно сказать, – перед глазами Энн на миг всплыло измученное личико медсестры. С каждой секундой она испытывала растущую потребность поближе познакомиться с устроителем такого хаоса. Ей не хотелось даже думать о том, что начнется в мире, если он решит превратить единичный эксперимент в закономерность. Субъект, способный за секунду вывернуть сознание человека наизнанку, встречался ей впервые. К тому же она сильно сомневалась в том, что он не способен проделать подобное и с магом.

– Что ты собираешься делать? – Энн переключилась на Катти и заправила выбившуюся прядь волос за ухо.

– Должна направляться в офис «Мира», а затем в Лэнгтон-Холл. Но вместо того, чтобы работать над контрактом года, я вынуждена буду рыскать по Лондону в поисках Джастина, – Кэтлин выругалась, – и помоги мне Господи, не прикончить его при встрече.

«Скорее все произойдет наоборот» промелькнуло в голове Энн.

Девушка склонила голову на бок и как можно искреннее предложила:

– Если хочешь, я могу помочь в поисках. Думаю, мне удастся найти твоего шефа куда быстрее.

– Не думаю, что это хорошая идея, – Катти вздохнула и покосилась на увесистый портфель в своей руке, – но выбор невелик. Если сегодня договора не будут у графа Лэнгтона, он найдет другую фирму, с адекватным персоналом и вменяемым начальством. Давай сделаем так, я дам тебе два адреса, ты съездишь по обоим, и если его там никого нет, возвращайся в мою квартиру. А если там кто-то есть, хватай и держи до моего приезда. О кей?

– О кей. – девушка кивнула.

– Только не превращать в жабу, – напомнила Кэтлин, протягивая Энн листок бумаги с наспех набросанными адресами.

– Не беспокойся, – та мило улыбнулась и сунула листок в карман. Катти не удержалась от судорожного вздоха, глядя, как тонкий силуэт втянулся в зеркальную колонну.

*****

Однако вместо того, чтобы отправиться по данным Кэтлин адресам, Энн направилась в Лэнгтон-Холл. Вынырнув из венецианского зеркала, девушка прошла к старому огромному шкафу, забитому старинными фолиантами. Открыла скрипящую дверцу и провела пальцем по обтрепавшимся корешкам. Кажется этот. Энн вытащила книгу и раскрыла том на нужной странице.

– Приветствую тебя, госпожа, – прошелестела книга.

– Здравствуй, здравствуй, – пробормотала себе под нос девушка, водя пальцем по строчкам. – Нет, это все не то… Может быть, я не там смотрю, – захлопнув книгу, Энн вернула ее на место, и похлопала по боку шкафа, – Просыпайся, Кевин, мне нужна твоя помощь!

– Хр-р-р – дверцы скрипнули, и по темному дереву пробежала дрожь, которая тут же стихла.

– Не притворяйся, я чувствую, что ты не спишь! – Энн требовательно постучала по полированной полке.

– Слушаю тебя, госпожа, – неохотно проскрипел шкаф. – Что тебе угодно?

– Мне угодно, чтобы ты считал из моей памяти информацию и нашел в своих недрах любые соответствия.

Энн долго ждала, пока Кевин, скрипя и покряхтывая, перебирал книги и, наконец, вынес вердикт.

– Запрашиваемые тобой данные под запретом.

– Как под запретом? – девушка нахмурилась. – Я, что запросила информацию о созидании мира? Или приказала вторгнуться в библиотеки Глендруидов?

– Информация под запретом, – повторил шкаф.

– Энн! А наша верховная тройка клялась, что ты сбежала! – Энн обернулась и оказалась нос к носу со счастливо улыбающейся Джулией. – Для чего ты разбудила Кевина?

– Кое-что заинтересовало меня в мире людей, – уклончиво ответила Энн. —Обстоятельства таковы, что помощь нашего Хранителя была необходима.

– И что же это за обстоятельства, Энн? – в дверях стоял Майкл.

– Добрый день, Майкл. – Энн вежливо кивнула. – Рада вас видеть в добром здравии, – не успел Лонесси открыть рот для ответа, как в ушах всех троих зазвенел требовательный голос Феликса. Граф чувствовал присутствие Энн и страстно желал, как можно скорее, увидеть свою драгоценную правнучку

******

Джастин с трудом открыл глаза. Свет солнца, пробиваясь сквозь щели между плохо пригнанными досками, падал на пыльные стены комнаты. Слышался шум падающих капель. Он резко сел и чуть не стукнулся головой о потолок. Ниша, каменная ниша, покрытая шкурами. И комната, пыльная комната со свисающими с потолка тенетами паутины. На полу сиротливо валялась погнутая медная чаша. Снова эта треклятая комната. Джастин поднялся на ноги и тряхнул головой. В третий раз за последние полгода, он просыпается здесь, совершенно не представляя, где был и что делал. Он знал, что родился человеком и не может быть способен на такое. Он и не был способен, пока не наткнулся на руины старой башни в своем поместье на севере Шотландии.

«С тех пор как я впервые перешагнул порог этой комнаты, моя реальная жизнь превратилась в дурной сон. А мои сны стали единственной отдушиной. Я стал способен на то, о чем не мог и подумать. Или я всегда был на это способен, просто не помнил этого? Несколько часов назад я был близок к тому, чтобы начать убивать всех, кто был рядом со мной. До сих пор у меня в ушах стоит крик этой девушки. А что было потом? Как я попал в противоположный конец страны?»

Он спустился по каменной лестнице и вышел из башни. Ледяной ветер пробирал до костей, снег серебрился в лучах солнца, а прямо перед входом в строение, на снегу чернел четкий отпечаток звериной лапы.

Это было похоже на неожиданный удар из-за угла. Джастин недоверчиво качая головой, опустился на одно колено и внимательно осмотрел следы. Свежие.

«Твои» язвительно шепнул чей-то голос прямо в ухо.

«Это невозможно. Я человек»

«Ты?!» изумился голос. « Кто тебе это сказал, друг мой? Замолчи, поскорее, а то я решу, что вместе с памятью у тебя пропали последние мозги.»

«Лучше бы так» мрачно согласился Джастин. «Тогда бы я проснулся в тихой и уютной психиатрической больнице и не ломал голову над тем, что со мной происходит.»

«Это и сейчас может случиться» успокоил голос. «Ты бы вернулся в башню, Лэндон. Холодно все-таки.»

Чужое имя явилось последней каплей. Коуфорт резко выпрямился и быстрым шагом направился прочь от руин. Хватит. Надо убираться отсюда, пока он еще в состоянии это сделать.

«Ну и дурак» грустно заметил голос. «От меня ты не убежишь, а от себя и подавно».

«Раздвоение личности. Шизофрения.» поставил себе диагноз Джастин. «Пора лечиться».

*****

– Ты не находишь, что должна объяснить мне свое поведение? – Феликс разгневанно смотрел на внучку. Энн же особенно не волновалась, так как чувствовала, что прадед рад ее возвращению, и картина праведного гнева предназначена скорее для глаз Герхарда и Витора, которые заняли позиции в креслах, стоящих слева и справа от Энн. – Ты не смела уходить в человеческий мир. Традиции запрещают тебе переступать Границу нашего мира, пока ты не сделаешь Выбор. Неужели тебя заинтересовал человек? – продолжал допытываться Феликс.

– Простите, дедушка. Я поддалась минутному импульсу. Этого больше не повторится.

– Традиции существуют для того, чтобы им следовать, Энн, – Герхард ласково гладил растянувшуюся в шаге от его кресла пантеру. – Не мы их придумали, не нам их и менять. Но ты так и не ответила нам. Что тебе понадобилось в человеческом мире?

– Ничего. Мне внезапно показалось, что оставшись наедине с собой, я смогу лучше понять, чего хочу. Но я быстро поняла, что совершила ошибку, – Энн пожала плечами и неосознанно скользнула взглядом по комнате, – и вернулась. Это все.

– Герхард, достаточно. Внучка Феликса уже ищет способ сбежать – Витор усмехнулся. – Мы не можем строго судить девочку. Она не виновата, что в ней половина крови бездельника Джеймса. Он тоже любил шататься по человеческому миру.

– Пока не сгинул окончательно, – язвительно дополнил Герхард. – Из-за того, что он не сумел вовремя остановиться, мы потеряли и Аделину, и ….

– Достаточно, – звучный голос Феликса заглушил последнее слово, сказанное Герхардом. – Надеюсь, твое поведение больше не вызовет у нас нареканий, Энн. Можешь идти. Тебя искала Джулия.

– Рвала и метала, – дополнил Витор. – Она носится с идеей свадебного путешествия, как дурень с писаной торбой. К чему нам услуги человеческой фирмы?

– Фирма довольно стоящая, – не согласился Герхард. -и

– Так я могу идти? – вежливо вмешалась Энн.

– Да, конечно – Феликс кивнул. Против его ожиданий, девушка не воспользовалась привычным путем, а покинула комнату через дверь. – Ты в своем уме?! – он перевел взгляд на Герхарда. На сей раз его гнев был неподдельным. – Ты чуть не сказал ей лишнее!

– Шила в мешке не утаишь, Феликс. – Вито покачал головой. – Ты сделал все, чтобы имя твоей любимой внучки навсегда исчезло из Хроник. Мы поддержали тебя тогда, но сейчас я начинаю сомневаться в правильности принятого тогда решения. Будь мы тогда более милосердны, и Аделина, и Анабелл, и Джеймс остались бы живы.

– Правды до сих пор не знает никто, – ответил граф. – Мы не виноваты в том, что одна моя внучка преступила закон и лишила себя будущего, а вторая ради любви бросила вызов нашему Роду и ушла к друидам.

– Ты так думаешь? – Герхард хмыкнул. – Мне бы твою уверенность, Феликс. Сильнее, чем Джеймса, Адди любила только свою младшую сестру. Она не смирилась с ее утратой… Я могу ошибаться, братья, – герцог на миг замолчал. – но сегодня Энн посмотрела на нас очень знакомым взглядом… Надеюсь, что я ошибаюсь… но это глаза Анабелл.

*****

Энн почти бегом пересекла лужайку перед особняком, промчалась по мостику, перекинутому через ручей и воровато оглядевшись, нырнула в ажурную белую беседку, выстроенную для наблюдения за звездами прямо на берегу озера.

– Все удачно, – заверила она. – Я каялась и валялась в ногах.

– Надеюсь, не переборщила? – наморщив нос, осведомилась Джулия. – А меня тут Лонесси пугает, что ты можешь не выдержать давления дедушки и сбежишь, если не к друидам, так к людям.

– Вы так плохо обо мне думаете, Майкл? – Энн приподняла брови. – Право зря.

– Я просто предположил, – безразлично отозвался Фокусник. – Пугать, а тем более наносить оскорбление, я не собирался.

– Хорошо. Теперь, когда наше трио вытянуло из тебя все жилы и отпустило с миром, расскажи, что случилось в мире людей? – Джули потерла руки одну о другую. – Зачем тебе понадобился старичок Кевин?

– Случилось нечто странное. Странное и непонятное. – Энн жестом попросила Джулию и Майкла придвинуться поближе.

– Опять сны? – Джули склонила голову набок

– Хуже, – по мере того, как Энн излагала свои приключения, в глазах Джулии разгорались искорки любопытства, а Лонесси все больше мрачнел. – Я не могу натравить весь Род на человека, который в принципе, может быть ни в чем и не виноват. Хочу разобраться во всем сама.

– Энн, вам не стоит лезть в это дело, – Фокусник обеспокоено смотрел на девушку. – Вы сами не знаете, чем это может быть чревато…

– Я бы не просила вас помочь, если бы не знала. Вы хорошо проявили себя в деле, к тому же вы у меня в долгу, – парировала Энн. – Помогите решить эту проблему, и мы квиты. Твой дар Видеть прошлое, Джули даст ответ, кто перед нами. Если это человек, мы вежливо извинимся и уйдем.

– А если это не человек? Что тогда? – рявкнул Майкл.

– Даже если это маг, с тремя Посвященными сразу он не справится. Кто-то из нас успеет позвать на помощь, – Джулия постукивала пальцем по деревянной скамье. – Энн права. Нужно разобраться с этим делом и чем скорее, тем лучше. Все может оказаться куда проще. Вполне вероятно, что мы имеем дело с частным проявлением внезапно проснувшегося дара. Такое встречается у людей. Правда, очень редко. И если я права, экземпляр с такими способностями упускать нельзя. Не мы, так друиды подберут, жалко.

– Слишком рискованно, – стоял на своем Лонесси. – Я не позволю вам обеим делать глупости.

– Я все равно вернусь в мир людей. – Энн покачивала ногой обутой в изящный сапожок. – Я дала слово Кэтлин, что найду ее друга.

– Вам нельзя так рисковать, Энн – Майкл продолжал что-то говорить, но девушка его не слышала. Другой голос в ее голове произносил те же самые слова.

– Ты не сделаешь этого, Анабелл. Я не позволю тебе делать глупости! – мужчина рубанул ладонью по столу.