Читать книгу: «За кулисами её сердца»

Глава 1. Его любовница

– Ты такая неуловимая, Поля, – шептал Егор, нетерпеливо сжимая меня в объятиях и грубо кусая шею в разных местах. – Сейчас я будто первый раз буду тебя трахать.

– От тебя вообще следует бежать без оглядки, просто я – дура, – парировала я, с удовольствием принимая его жестокие поцелуи и прикосновения.

Мы завалились к нему в квартиру, не разрывая объятий. Мужчина больно прикусывал мою нижнюю губу, придушивал и уже порывался стянуть майку. В коридоре мы нетерпеливо сбросили обувь и сразу последовали в спальню. Егор обещал, что сегодня у него дома никого не будет и мы спокойно сможем заняться сексом после месяца разлуки.

Я запустила руки в густую копну тёмных волос своего любовника и сжала их между пальцев. Жёсткие, как щётка. Егор одобрительно простонал мне в губы, а я стянула с мужчины водолазку и наградила поцелуями его подтянутые плечи и грудь. Со злости хотелось его укусить: как он мог опять бросить меня так надолго? Почему не отвечал на звонки? Терпеть не могу Егора, но к нему безумно тянет. Сколько раз я убегала от него, но прибегала вновь, вставала на колени и делала то, что он любит больше всего. И сейчас я хотела сделать то же самое: расстёгивала ремень на его джинсах, параллельно возбуждаясь на его стояк и забирая волосы назад. Но Егор меня остановил:

– Стой, моя маленькая, – прошептал он, беря меня за подбородок и поднимая на ноги. – Я ценю твою инициативу, но сегодня я буду диктовать правила.

Я порывисто кивнула. Между ног у меня давно зудело возбуждение, отправляя импульсы по всему телу. Мне даже показалось, что началась аллергия: хотелось в кровь расчесать кожу, но вместо этого я, затаив дыхание и опустив руки вдоль тела, внимала Егору. Боже, я была согласна на всё, лишь бы он довёл меня до разрядки!..

– Скажи мне, Поля, у тебя в ближайшее время будут спектакли, где твои плечи будут закрыты? – мужчина томно провёл кончиком указательного пальца по моей зоне декольте. – Хочу оставить на них пару-тройку «глубоких» поцелуев.

– Ближайшие недели всё с закрытыми плечами, – ответила я, не понимая, нравится мне его идея или нет. Я люблю, когда он меня так «помечает», но потом в театре приходится ходить с длинным рукавом и высоким горлом, чтобы никто из коллег не увидел засосов.

– Отлично, – Егор резко дёрнул меня за руку, опрокинул на кровать и навалился сверху. Я не успела понять, что происходит, как он тут же вцепился в мои губы своими, снова грубо укусив верхнюю и проведя языком по дёснам. Я ответила ему таким же грубым, бессовестным поцелуем, и обхватила ногами его торс. Мужчина довольно хмыкнул и стянул с меня майку, а затем принялся оставлять засосы на ключицах и ложбинке между грудями. Я извивалась и таяла, как шоколад на солнце, под его настойчивыми ласками, где-то в глубине сознания понимая, как это мерзко. Но эта запретная связь, эта беспощадность, это неистовое желание побыть жертвой было сильнее моральных устоев. Этот мужчина был воплощением моих самых тёмных желаний, и никто другой никогда бы не исполнил это так, как он. Именно поэтому я не могла уйти от Егора, даже когда он обращался со мной как с тряпкой...

– Сегодня я бы хотел отыметь тебя везде и по-всякому, Пелагея, – заявил он, стягивая с меня джинсы, а потом упираясь стояком между моих ног, – за все недели, что ты бегала от меня. Жаль, что ты не сможешь хорошенько покричать – соседи услышат. Вот если бы мы были у тебя дома, тогда всё было бы иначе.

– Пофиг на соседей, главное, чтобы из твоих никто не вернулся, – бросила я, снова запуская руки в его волосы. У Егора были густые кудрявые волосы с большим объёмом и округлой формой.

– Марго в командировке, а мелкая в школе, придёт не скоро.

Да, Егор был давно женат. Я не задавалась вопросами о том, каково будет его жене, если она узнает, не чувствовала себя разрушительницей семьи, я просто однажды влюбилась в него и уже не могла вернуть себе рассудок. Да, с годами чувства притупились, но оставалась большая страсть и желание отдаваться ему самыми грязными способами.

Вдруг Егор достал из-под подушки галстук и потянулся к моим запястьям.

– Сегодня ты не будешь меня трогать, Поля, – сказал он, связывая мои руки. Он старательно прикусывал губу, его тёмные глаза горели жадным пламенем хищника, который голодал неделями и вот наконец нагнал жертву и готов был её растерзать. – Сегодня ты будешь кусать свои губы в кровь, умоляя меня не останавливаться, – мужчина приблизил своё лицо к моему. Теперь я видела каждую его морщинку, в которой пряталась злоба и большое желание обладать. – Или, наоборот, будешь умолять меня остановиться, потому что я планирую сделать тебе больно.

Я кивнула, слегка раздвинув ноги, а Егор уже начал расстёгивать джинсы, чтобы сделать то, ради чего мы сюда пришли. Но всему помешал звук ключей во входной двери....

– Кто это? – я мгновенно вскочила и попыталась развязать руки.

Раскрасневшееся от возбуждения лицо Егора тут же побледнело. Мужчина подался вперёд, схватил меня за запястья и привлёк к себе. Мы оба молчали и прислушивались к открывающейся двери.

– Ключи только у дочки и жены, – взволнованно прошептал Егор мне в лицо, параллельно вслушиваясь в то, что происходит в коридоре. – Не могла же она...

– Развяжи меня для начала, – потребовала я, тыкая в него связанными руками.

– Пап, это я, – крикнул юный девичий голос из коридора. Это была Алеся, четырнадцатилетняя дочь моего любовника. – Нужны деньги на еду, у меня телефон сел.

– Твою мать, – прошипел Егор в сторону, а потом крикнул более доброжелательным голосом, – да, сейчас, подожди меня в коридоре, не разувайся.

– Мне что делать? – произнесла я одними губами.

Егор молча дотянулся до дверцы шкафа позади нас, толкнул меня туда, даже несмотря на моё сопротивление, закрыл двери и вышел из спальни. Заслуженно, Пелагея: теперь ты впервые сидишь в шкафу, как все «нормальные» любовницы. Ещё и в белье со связанными руками. Так что, если тебя найдут, ты не сможешь даже отбиваться, как все нормальные люди, придётся просто бежать. Позорище...

– Пап, ты не один? – спросила дочь Егора. Мне кажется, она даже попыталась заглянуть в комнату, но мужчина её попридержал.

– Нет, я один, – раздражённо ответил он, – вспоминаю роль – ты же знаешь, что меня нельзя беспокоить. Держи деньги и иди, Лесь, – я услышала шелест купюр.

– Кто наличкой сейчас платит, пап? – проворчала девочка.

– Вот, держи ещё сверху тысячу, задержись подольше в своей кафешке.

– Хорошо, я приду, как скажешь, па, – кажется, она усмехнулась. Как будто всё поняла, как будто всё знала, просто делала вид дурочки, играла так же искусно, как её отец на сцене.

Меня затошнило. По моему телу прошёлся разряд непринятия, вины и стыда. Я вдруг поняла весь масштаб происходящего: я в квартире женатого мужчины, с которым в отношениях уже семь лет – да и разве можно назвать это отношениями? Он пользует меня как куклу, а потом пропадает на несколько недель. Я хочу уйти, а он меня возвращает своими признаниями. Сколько раз он говорил своим гипнотическим голосом с идеальной дикцией, что я совершенна, что он только один на всём свете понимает и любит меня? И... он был прав. Родителям я не нужна, сестре тоже, бабушка умерла, а больше мужчин в моей жизни не было. Да и зачем они мне, если большую часть времени занимает театр, где я могу хоть немного почувствовать себя нужной и востребованной? А помимо театра есть Егор, с которым мне умопомрачительно комфортно в эмоциях и постели, большего и не надо... Но это неправильные отношения, и я хочу из них выйти.

В унисон моим мыслям дверь в шкаф открылась, и сверху вниз на меня посмотрел Егор, недобро сверкая тёмными глазами.

– Она ушла, – объявил он. Видимо, я настолько погрузилась в свои мысли, что не услышала, как хлопнула дверь.

– Отлично, я тоже хочу уйти, – устало протянула я, встала и хотела выйти из шкафа мимо Егора, но он преградил мне путь.

– Ты никуда не пойдёшь, Поля, у меня на тебя планы, – он вцепился в мои плечи.

– Я не хочу, – снова попыталась уйти, но Егор резко дёрнул меня за руки и бросил на кровать. Я вскрикнула и рефлекторно пнула его ногой в живот, но Егор резко подался вперёд, стянул с меня трусы и принялся расстёгивать свои джинсы.

Во мне коброй поднялась злость. Рот наполнился слюной, кожу на лице изнутри опалило жаром, а в руках и ногах появилась неистовая сила. Я бросилась на мужчину и попыталась повалить его, но всё же Егор был сильнее и крупнее меня. Он с серьёзным лицом вернул меня на место, стянул свои джинсы до конца и навалился на меня.

– Пусти, – прошипела я, – я же сказала, не хочу. Это будет изнасилование.

– Считаешь меня насильником? – зарычал Егор. Двумя руками он схватил мои связанные запястья и поднял вверх. А головка его члена уже плотно упиралась мне в вагину. – Ты же сама хочешь этого, Поля. Хочешь, чтобы над тобой издевались, ломали и бросали. Но меня это возбуждает. Каждый раз, когда ты пытаешься сопротивляться, ты заводишь себя и меня ещё больше.

– Сегодня я не закончу с тобой, – пообещала я. После его слов злость уходила, оставляя место беспомощности. Теперь я щенок в лапах живодёра.

– Ещё как закончишь, – сказал Егор и вошёл в меня резко и на полную длину.

Я вскрикнула. Боль, а за ней и нарастающее удовольствие пустили беспощадный разряд по моему телу. Второй толчок был ещё более болезненным, и я вскрикнула снова. А Егор смотрел на меня взглядом деспотичного демона, который хотел разорвать моё тело в клочья.

Сопротивляться я не пыталась. К сожалению, Егор был прав: я люблю боль и подчинение, другого мне не дано. Поэтому логично, что мы столько вместе и он каждый раз делает это со мной.

Каждый толчок приближал меня к оргазму. Казалось, внутри рвётся всё, но эта разрывающая боль уносила меня на другие планеты и давала такой бешеный заряд адреналина, за который я была готова отдать жизнь.

Егору не нужно было много времени: после миссионерской позы он поставил меня на четвереньки, прижал рукой к постели и быстренько дотрахал, закончив внутрь. Ощущение его семени внутри, ощущение его веса на мне и запаха его парфюма и тела выбили из меня оргазм: тело задребезжало, а влагалище сжало уже мягкий член.

Егор резко поднял меня за волосы, чтобы моя голова оказалась параллельно его, и прошептал в ухо:

– А говорила, не закончишь, Поля, – прикусил мочку моего уха и поцеловал в щёку. – Ты не представляешь, как я каждый раз кайфую, когда ты кончаешь со мной, – с этими словами он развязал мои запястья и я бессильно упала на кровать. – Если ты подмоешься, я тебе потом и куни сделаю.

– Не в этот раз, – вздохнула я, потирая покрасневшие запястья, – мне нужно учить роль.

– Жаль. Тогда тебе лучше идти, чтобы я не набросился на тебя, – с этими словами Егор лёг рядом и погладил меня по голове, а затем нежно и чувственно поцеловал в губы. Как будто извинялся за всё то, что делал со мной до этого. Он редко целовал меня нежно, и это было скорее одолжение, чем проявление любви.

– Ага, – с этими словами я встала, сходила в душ и потом оделась. Голова гудела от предательских чувств по отношению к себе: я искренне не хотела такого обращения, но тело каждый раз подводило, диктуя свои порочные правила. Всё это время Егор прохлаждался на кухне.

– Выпей со мной вина и поешь роллов, специально для тебя заказал, – сказал мужчина, когда я туда зашла. На столике стояло два бокала с игристым и сет Филадельфии.

– Я не хочу, – я прижалась к дверному косяку и глупо улыбнулась улыбкой девушки, которая счастлива от такого жеста. Но на самом деле мне было всё равно.

– Ты обиделась? – осторожно поинтересовался Егор.

– Нет, я просто хочу домой, – с этими словами я собралась, но мужчина не хотел меня так просто отпускать.

– Хочешь, мы как-нибудь сгоняем в дом на природе? Как это у вас у молодёжи называется?

– Глэмпинг, – подсказала я.

– Вот, да. Только ты и я, Поля, – Егор было потянулся поцеловать и обнять меня, но я быстро чмокнула его в щёку, пообещала перезвонить и вышла прочь из квартиры.

Когда я спускалась на лифте, мне пришло сообщение от мамы:

«Поздравь Настю. У неё сегодня День рождения».

Я закатила глаза. Настя – моя сестра, которую родители обожают, а я, по их мнению, просто ошибка природы. Сестра может не звонить месяцами и не поздравлять меня с праздниками, а я – будь добра всегда!

– Да пошли вы все, – сказала я в пустоту. Лифт приехал, я вышла и уныло побрела в квартиру, где меня никто не ждёт...