Холодный восточный ветер русской весны

Одна из линий борьбы за прошлое - фальсификация истории, одна из форм которой - отрицание существования скрытых субъектов глобального управления. Тот, кто стремится к мировому господству, делает всё, чтобы затушевать свои действия и представить их в качестве либо случайностей, либо неких системных массовых процессов, развивающихся якобы самих по себе.

www.youtube.com/watch?v=JXtbA-

«Западнизация» пореформенной России привела к тому, что наряду с прибавочным у населения стали отчуждать часть необходимого продукта. «Запад», писал один из самых блестящих и умных русских публицистов рубежа XIX-XX вв. М.О. Меньшиков, «поразил воображение наших верхних классов и заставил перестроить всю нашу народную жизнь с величайшими жертвами и большою опасностью для неё. Подобно Индии, сделавшейся из когда-то богатой и ещё недавно зажиточной страны совсем нищей, - Россия стала данницей Европы во множестве самых изнурительных отношений. Желая иметь все те предметы роскоши и комфорта, которые так обычны на Западе, мы вынуждены отдавать ему не только излишки хлеба, но, как Индия, необходимые его запасы. Народ наш хронически недоедает и клонится к вырождению, и всё это для того только, чтобы поддержать блеск европеизма, дать возможность небольшому слою капиталистов идти него в ногу с Европой. Девятнадцатый век следует считать столетием постепенного и в конце тревожно-быстрого упадка народного благосостояния в России. Из России текут реки золота на покупку западных фабрикантов, на содержание более чем сотни тысяч русских, живущих за границей, на погашение долгов и процентов по займам и пр., и неисчислимое количество усилий тратится на то, чтобы наперекор стихиям поддерживать в бедной стране богатое культурное обличье. Если не произойдёт какой-нибудь смены энергий, если тягостный процесс подражания Европе разовьётся дальше, то Россия рискует быть разорённой без выстрела...»

Русские тащили на себе основное бремя и Российской империи, и СССР, как правило, не получая за это достойного вознаграждения («победитель не получает ничего»); в верхушке был непропорционально высокий процент нерусских. Однако трагическая ирония заключается в том, что вне и без империи русские вообще лишаются исторических шансов. В отличие от Запада, где империя - политическая форма и не более того, в России империя есть социальная форма, и её крушение приводит к разрыву социальной ткани и катастрофе прежде всего для русских. В связи с эти любые попытки квалифицировать имперскость как бремя, которое необходимо сбросить, создав узконациональное русское государство, следует рассматривать либо как глупость, либо как сознательное участие в одной из западных (англосаксонских, ватиканских и иных) схем, общий знаменатель которых - «ударим русским национализмом по России».

Начав праздновать 300-летие своей династии, Романовы и представить себе не могли, что История свернётся листом Мёбиуса, и февральский переворот 1917 г. нелегитимным образом прекратит правление династии, которая пришла к власти нелегитимным путём в результате февральского переворота 1613 г., устроенного казаками и ещё кое-какими силами, спрятавшимися за потешное и нелегитимное собрание, провозглашённое Земским собором и провозгласившее нелегитимного царя - Михаил на тот момент юридически был подданным Владислава, которому целовал крест.

Ещё более трагическим вывертом времени стала симметрия слезы невинно убиенного ребёнка. Часто забывается, что правление династии Романовых началось с казни, а точнее убийства путём повешения 4-летнего ребёнка - Ворёнка, сына Марины Мнишек и Лжедмитрия II (по крайней мере, официально; настоящим отцом, скорее всего, был Иван Заруцкий). Романовы убирали того, кто некими силами считался претендентом на престол. Иными словами, у основания (в прямом и переносном смысле) династии Романовых - слезинка и кровь ребёнка, чужого. А в конце их пути, «в конце той дороги», где «плаха с топорами» - слезинка и кровь уже своего ребёнка, расстрелянного. В конце - то же, что и в начале.