Читать книгу: «Женаты... в наказание»
1
Глава 1.
Таша
Я стою перед входом в ресторан "Империал", не решаясь войти. Это самое дорогое и престижное место в городе, куда обычным людям вроде меня вход заказан. Но сегодня у меня нет выбора. От этого визита зависит моя судьба.
Глубоко вздохнув, я толкаю тяжелую стеклянную дверь. Меня окутывает аромат дорогих духов и сигар, к которому примешивается запах изысканных блюд. Роскошь интерьера кружит голову - хрустальные люстры, позолоченная лепнина, бархатные портьеры цвета бордо. На мраморном полу - ковровая дорожка, заглушающая звук шагов.
Я чувствую себя здесь неуместно в своем простом голубом платье и стоптанных туфлях. Кажется, даже официанты смотрят на меня с презрением. Но я упрямо иду вперед, к своей цели.
- Простите, мисс, вы куда? - преграждает мне путь высокий официант в безупречном черном костюме. Его лицо надменно и бесстрастно, словно высеченное из камня.
- Мне нужно увидеть Виктора Градова, - я стараюсь, чтобы мой голос звучал уверенно, но выходит слишком тихо и робко.
- У вас назначена встреча? - официант смотрит на меня так, будто я ничтожество, недостойное даже дышать этим воздухом.
- Нет, но это очень важно! - я умоляюще смотрю на него. - Пожалуйста, проводите меня к нему!
Официант окидывает меня долгим оценивающим взглядом, а затем неохотно кивает. Он ведет меня вглубь ресторана, мимо столиков, за которыми сидят важные господа и роскошные дамы. Я чувствую на себе их любопытные, а порой и откровенно насмешливые взгляды. Щеки пылают от стыда и смущения.
Мы останавливаемся у массивной деревянной двери с золотой табличкой "VIP". За ней - приватная зона, куда допускаются только избранные.
- Господин Градов там, со своими партнерами, - официант многозначительно смотрит на меня. - Постарайтесь не злить его. Он не любит, когда его беспокоят по пустякам.
Киваю, не в силах вымолвить ни слова. Сердце колотится как сумасшедшее, когда я дрожащей рукой толкаю дверь. В лицо ударяет густой аромат сигар и крепкого алкоголя.
Просторный кабинет обставлен с роскошью, граничащей с безвкусицей. Тяжелые портьеры, дорогой паркет, огромный стол красного дерева. За ним сидят несколько мужчин - все в безупречных костюмах, уверенные, хищные. Они замолкают и пристально разглядывают меня, непрошеную гостью.
- Кто это у нас тут? - низкий голос одного из них, с тяжелой золотой цепью на бычьей шее, звучит масляно. - Заблудилась, красотка?
Мужчины смеются, их взгляды жадно скользят по моему телу, словно раздевая. Краснею до корней волос, стыд жжет щеки. Виктор Градов, властный мужчина лет пятидесяти с пронзительными стальными глазами, сидящий во главе стола, молча рассматривает меня.
- Я... Я Наташа Сергеева, - мой голос предательски дрожит. - Мне нужно поговорить с вами, Виктор Александрович. Это касается вашего сына, Алека.
- Ого, какие люди! - Градов откидывается на спинку своего кресла и скрещивает руки на груди. - И что же мой непутевый сын натворил на этот раз?
Его тон не предвещает ничего хорошего. Сглотнув вязкую слюну, я начинаю сбивчиво рассказывать о случившемся. Как Алек на бешеной скорости в хлам разбил мой старенький форд, который достался мне от погибшего отца. Как потом он кричал и угрожал, требуя денег за ремонт своего шикарного феррари. Как поставил меня на счетчик, грозя отобрать квартиру, в которой я живу вместе с бабушкой.
Мой голос то и дело срывается, глаза застилают слезы несправедливой обиды. Но я не даю им пролиться.
- Пожалуйста, остановите его! - в отчаянии умоляю я. - Это же несправедливо! У меня нет таких денег... Он сам виноват в аварии!
- Конечно, крошка, - елейным голосом тянет один из партнеров Градова, лысый толстяк с масляным взглядом. - А ты горячая штучка. Может, по-другому расплатишься за своего железного коня, а?
Жирный намек повисает в воздухе. Грубый похотливый хохот режет слух. Я сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в ладони. Хочется сбежать отсюда, бежать без оглядки. Но я не могу. Слишком многое поставлено на карту.
- Заткнись, - неожиданно резко бросает Градов и поднимается из-за стола. В его голосе слышится сталь. - Оставьте нас.
Мужчины бросают на меня плотоядные взгляды, но подчиняются, нехотя поднимаясь из-за стола. Один за другим они выходят из кабинета, оставляя за собой шлейф похабных шуточек. Виктор Александрович жестом приглашает меня присесть в кресло напротив.
Мы остаемся наедине. Повисает тягостное молчание. Градов пристально разглядывает меня, и под его ледяным взглядом мне хочется съежиться и исчезнуть.
- Значит, говоришь, Алек виноват? - наконец, произносит он. Его тон пугающе спокоен. - А с чего мне верить тебе, а не родному сыну?
"Потому что это правда", - хочу сказать я. Но слова застревают в горле. Я чувствую себя загнанной в угол, в ловушке.
- Правда всегда одна, - тихо, но твердо отвечаю я, глядя прямо ему в глаза. - И вы это знаете.
Он долго молчит, буравя меня тяжелым взглядом. А затем неожиданно хищно улыбается. От этой улыбки у меня по спине бегут мурашки.
- Ну что ж, Наташа Сергеева, - тянет он, откидываясь на спинку кресла. - Посмотрим, что скажет в свое оправдание этот оболтус Алек. Сейчас я вызову его сюда, и ты при мне повторишь все, что наговорила на него. И не дай бог тебе хоть слово соврать.
Он достает из кармана телефон последней модели и набирает номер. Мне хочется вскочить и броситься прочь от этого страшного человека, от всей этой ситуации. Что я наделала? Во что ввязалась по собственной глупости?
Но бежать некуда. Я сижу в дорогом кресле, комкая в руках подол своего скромного платья, и чувствую, как мое сердце глухо бухает о ребра. Остается только молиться, чтобы Градов-старший поверил мне, а не своему избалованному сыночку. Иначе... Об этом страшно даже думать.
Дверь с силой распахивается, и на пороге появляется Алек собственной персоной - высокий, дерзкий, невероятно красивый. И злой как черт. Его зеленые глаза мечут молнии, когда он видит меня.
- Какого хрена эта нищебродка здесь делает?! - рявкает он.
Я сглатываю подступивший к горлу ком. Вот и настал момент истины. Я в логове хищников, и мне предстоит отстоять свою правду.
Иначе эта правда похоронит меня с моими надеждами на лучшую жизнь...
2
Глава 2.
Таша
Алек уже здесь, стоит посреди кабинета, скрестив руки на мощной груди. Высокий, широкоплечий, с копной золотистых волос и пронзительными зелеными глазами - он похож на греческого бога. Но бога жестокого и беспощадного.
Я невольно сглатываю, чувствуя, как по спине бегут мурашки. От Алека веет опасностью и какой-то дикой, первобытной силой. Несмотря на всю мою ненависть к нему, я не могу отрицать, что он чертовски хорош собой.
- Отец, ты серьезно будешь слушать эту лживую шлюшку? - голос Алека сочится презрением. - Она явно пытается нажиться на мне!
- Сядь и расскажи свою версию, - холодно приказывает Виктор Александрович. - Без истерик и оскорблений.
Алек нехотя опускается в кресло напротив меня. Его мускулистое тело напряжено, как сжатая пружина, готовая распрямиться в любой момент.
- Я ехал по Новорижскому, никого не трогал, - начинает он, сверля меня недобрым взглядом. - Вдруг откуда ни возьмись выскакивает эта колымага, старый драный форд. Водила не справляется с управлением и влетает прямо в меня! Удар был такой силы, что у моего феррари смяло полморды. Перекрестные связи к чертям, передняя подвеска всмятку. Меня чудом не размазало по отбойнику.
Алек рассказывает так живо, будто заново переживает эти события. В его словах звучат незнакомые мне автомобильные термины, но я улавливаю главное - он бессовестно врет, выставляя меня виноватой.
- Да у нее колеса лысые, как коленки старой монашки! - продолжает распаляться Алек. - А тормоза вообще никакие. Не машина, а гроб на колесах! И эта мымра еще утверждает, что я лихачил? Да она сама за рулем - как макака с гранатой!
Я вижу, как лицо Виктора Александровича мрачнеет с каждым словом. Желваки ходят на его скулах, пальцы до побелевших костяшек стискивают подлокотники кресла.
- Короче, размотало нас знатно, - Алек откидывается на спинку и скрещивает руки на груди. - Моя ласточка теперь только на свалку годится. А эта нищебродка заявляет, что платить не будет. Ну не мразь ли? Бабам только одно место - задницей вверх в койке, а не за рулем!
- Алек! - голос Виктора Александровича подобен удару хлыста. - Закрой свой поганый рот! Как ты смеешь так отзываться о женщинах? Ты забыл свою мать?!
Алек бледнеет и затыкается на полуслове. Даже ему, похоже, стало не по себе от гнева отца.
- Твоя мать была святой женщиной! - продолжает Виктор Александрович, повышая голос. - А ты смеешь говорить в ее присутствии такие вещи? Ты мне не сын после этого!
- Отец, я... - Алек пытается что-то сказать, но Градов-старший властным жестом обрывает его.
- Молчать! Один твой треп про аварию чего стоит. Думаешь, я не понимаю, что ты врешь как сивый мерин? Ты позоришь нашу семью!
Виктор Александрович тяжело дышит, его лицо покраснело от гнева. Я сжимаюсь в кресле, боясь привлечь к себе внимание. Лучше не попадаться ему под горячую руку.
- Ну все, с меня хватит! - рявкает он. - Вы двое так и не поняли, что виноваты. Поэтому я сам назначу вам наказание. Будете исправляться вместе.
У меня екает сердце. Что он придумал? Неужели?..
- Вы поженитесь, - чеканит Градов, обводя нас тяжелым взглядом. - И проживете вместе год. В одной квартире, как муж и жена. Это не обсуждается.
- Что?! - Алек подскакивает, словно ошпаренный. - Я не стану жить с этой...
- Станешь, - обрывает его отец. - Если хочешь получить хоть копейку моих денег. А ты, Наташа, - он пригвождает меня взглядом, - Выйдешь за него, или будешь всю жизнь расплачиваться за ущерб. Это твой шанс избежать долгов и исправить моего сына.
У меня темнеет в глазах. Жена Алека? Это хуже смерти! Лучше долги до старости выплачивать...
Но деваться некуда. Нет у меня миллионов, чтобы отдать за разбитый феррари. А Алек, судя по его перекошенному лицу, не готов отказаться от папиных денег.
- У вас неделя на сборы, - Виктор Александрович встает, давая понять, что разговор окончен. - Через семь дней свадьба. И только попробуйте ослушаться!
Он стремительно выходит, хлопнув дверью. В кабинете повисает звенящая тишина. Мы с Алеком молча смотрим друг на друга, не веря в реальность происходящего.
Вот так поворот! Только этим утром я была свободной девушкой, а теперь я почти жена богатого мажора, который меня люто ненавидит. И впереди целый год издевательств и унижений.
Да уж, не так я представляла свое замужество. Но выбора нет. Остается надеяться, что за этот год я смогу найти путь к сердцу Алека. Если, конечно, у него вообще есть сердце...
Интересно, о чем он сейчас думает? Судя по холодному блеску его зеленых глаз - ни о чем хорошем. Поневоле начинаешь бояться первой брачной ночи. Такой красавчик, как Алек, наверняка привык к покорным любовницам и извращенным играм. А я невинная девушка, даже целоваться толком не умею...
3
Глава 3.
Алек
Дверь за отцом захлопывается, и мы остаемся наедине. Таша сидит напротив, бледная и растерянная. Но в ее карих глазах уже разгорается знакомый огонек упрямства. Ох, не нравится мне этот огонек!
- Ну ты и влипла, дорогуша, - цежу я сквозь зубы. - Что, мечтала окольцевать богатенького? Все вы, бабы, одинаковые - только и думаете, как бы захомутать кошелек пожирнее.
- А ты, значит, невинная овечка? - вскидывается Таша. - Можно подумать, не ты во всем виноват! Если бы ты смотрел на дорогу, а не любовался своей смазливой рожей в зеркале, ничего бы не случилось!
Я аж задыхаюсь от возмущения. Да как она смеет?!
- Ах ты, мелкая дрянь! Да я...
- Что - ты? - перебивает меня Таша, вскакивая с кресла. - Избалованный сопляк, который ни черта не знает о жизни! Привык, что все на блюдечке принесут? Ответственность - это вообще не про тебя?
Она подходит ближе, упирая руки в боки. Какая же она хорошенькая, когда злится! Щеки раскраснелись, каштановые локоны растрепались, в темных глазах пляшут искры. Так бы и съел...
Так, стоп! О чем это я? Все бабы - зло. И эта карманная революционерка - злее всех.
- Ну все, ты договорилась! - я хватаю со стола стеклянную статуэтку и швыряю в стену. Таша испуганно охает. - Я тебе покажу, кто здесь сопляк! Я тебе такую жизнь устрою - самой в петлю захочется!
- Ой, напугал ежа голым задом! - огрызается Таша. Вот ведь язва! - Можешь делать что хочешь, хуже, чем есть, уже не будет. И вообще, это я тебе медовый месяц устрою - будешь у меня по струночке ходить!
С этими словами она хватает хрустальную пепельницу и тоже запускает в стену. Та разлетается с оглушительным звоном. Ого, а девочка-то с характером! Я невольно присвистываю.
- Сильно сказано, красотка. Только вот незадача - я по струночке отродясь не ходил. Привыкай.
Я делаю шаг навстречу, нависая над Ташей. Черт, какая же она маленькая и хрупкая! Так и хочется стиснуть в объятиях, чтобы не трепыхалась. И в то же время от нее веет такой силой и непокорностью, что дух захватывает.
- Ненавижу тебя, - чеканит Таша, глядя мне прямо в глаза. Ее грудь часто вздымается, почти касаясь моей. - Ты самовлюбленный, эгоистичный, безответственный кобель. Я скорее сдохну, чем стану твоей женой!
- Ты уже ею стала, радость моя, - шепчу я, склоняясь к ее пылающему лицу. - Смирись. Или тебя еще и глупышкой назвать?
Таша задыхается от гнева. На миг мне кажется, что она сейчас меня ударит. Но вместо этого она молча разворачивается и идет к двери. На пороге оборачивается и смотрит на меня с нескрываемым отвращением.
- Ты еще пожалеешь об этом, Алек Градов. Я стану твоим худшим кошмаром.
С этими словами она гордо удаляется, хлопнув дверью. А я остаюсь стоять посреди разгромленного кабинета, пытаясь унять бешеное сердцебиение.
Вот ведь чертовка! Как она меня завела своими речами и этим сверкающим взглядом! Еще никто не смел так со мной разговаривать, тем более какая-то нищебродка.
И что теперь? Мало того, что я женюсь на этой мегере, так она еще и грозится сделать мою жизнь невыносимой. Ха! Пусть только попробует. Я из нее такую шелковую овечку сделаю - мама не горюй.
Невольно представляю Ташу в образе покорной жены. Ослепительная улыбка, шелковое платье, туфли на каблуках. Волосы собраны в элегантную прическу, в ушах сверкают бриллианты. Идеальная миссис Градова.
Черта с два! Эта оторва скорее лысой побреется, чем превратится в гламурную куклу. Она же из чистого упрямства будет делать все наоборот. И как, спрашивается, с такой женушкой жить целый год?
Одно радует - внешне Таша весьма и весьма аппетитна. Стройная фигурка, осиная талия, упругая попка. А эти губы, созданные для поцелуев! М-м-м, я определенно не против опробовать женины прелести. Глядишь, хоть в постели от нее будет польза.
Так, об этом потом. Сейчас надо съездить к Лерке, сказать, что свадьбы не будет. Вот уж кого известие обрадует - она давно мечтала стать женой Градова-младшего. Только хрен ей, а не я. Уж лучше эта нищая оторва, чем крашеная лахудра, спящая с половиной Москвы.
Да и вообще, неизвестно еще, как оно обернется. Может, такая встряска мне и на пользу пойдет. Говорят же, что от любви до ненависти один шаг. Ну, или наоборот.
Поживем - увидим...
4
Глава 4.
Таша
Я захожу в нашу маленькую квартирку, пропахшую бабушкиной выпечкой и лекарствами. Сердце тревожно ноет - как же сказать бабуле о случившемся? Она ведь так надеялась, что я поступлю в институт, получу профессию, начну нормальную жизнь... А теперь что?
- Ташенька, ты пришла! - бабушка выходит из кухни, вытирая руки о передник. - Ужин почти готов. Садись скорее, а то остынет.
Я киваю и послушно усаживаюсь за стол. Бабушка привычно хлопочет, наполняя мою тарелку. Борщ, котлеты, гречка - все как я люблю. Только вот кусок в горло не лезет.
- Ба... Мне нужно тебе кое-что сказать, - тихо начинаю я, опустив глаза.
- Что случилось, милая? - бабушка тревожно заглядывает мне в лицо. - Ты бледная какая-то. Заболела?
- Нет, я здорова, - вздыхаю и беру ее за руку. - Понимаешь... Я выхожу замуж.
Повисает тишина. Бабушка смотрит на меня круглыми от изумления глазами.
- Замуж? Господи, Ташенька, за кого? И когда ты только успела? Я же ничего не знала!
Я начинаю сбивчиво рассказывать, путаясь и запинаясь. Об аварии, об Алеке, о его отце и жутком ультиматуме. По мере моего рассказа лицо бабушки мрачнеет.
- Вот оно как... - тяжело произносит она, когда я умолкаю. - Ох, беда-то какая... Но ведь должен же быть другой выход! Ну не можешь ты за этого охламона идти!
- А что делать, ба? - я чувствую, как на глаза наворачиваются слезы. - Мы ведь с тобой всю жизнь этот долг не выплатим. Оно того не стоит. А так хоть квартиру отстоим.
Бабушка молчит, задумчиво глядя в одну точку. Я знаю, о чем она думает. О моих родителях, которые должны были меня защитить, но их нет рядом. Они разбились пять лет назад. Поехали за город на годовщину свадьбы и не вернулись. Нелепая, страшная авария на перекрестке. Полиция сказала - не справились с управлением. Говорят, папа выпил лишнего. Он вообще в последнее время много пил...
После похорон мы с бабушкой остались вдвоем. Она - моя единственная опора и поддержка. Всю себя посвятила мне. И так мечтала, что я вырвусь из нашей нищеты, выучусь, стану кем-то. Я ведь способная, в школе хорошо училась. Хотела на журфак поступать, о карьере журналистки грезила.
А теперь что? Все мечты прахом из-за этого Алека чертова. Хотя какой он к черту Алек, просто избалованный мажор, у которого мозгов - как у инфузории. Вот ведь угораздило меня с ним связаться!
- Знаешь, внученька, - бабушка прерывает тяжелое молчание. - Может оно и к лучшему. По крайней мере, нужды знать не будешь. А вдруг вы с Алеком того... полюбите друг друга?
Я невольно фыркаю:
- Ага, конечно. Он меня - веником, а я его - сковородкой. Прямо любовь до гроба!
Бабуля качает головой и грустно улыбается:
- Ну, как знать, как знать... От судьбы не уйдешь. Видать, такой твой путь. Но ты, главное, себя не потеряй. Будь сильной. И помни, что бы ни случилось - я всегда на твоей стороне.
У меня комок подкатывает к горлу от ее слов. Как я люблю свою бабулю! Она у меня мудрая, понимающая. И в то же время наивная, как ребенок. Не дай бог с ней что случится, когда я буду с Алеком жить. Зачахнет одна в этой конуре...
- Ба, может ты со мной поедешь? - с надеждой спрашиваю я. - Будем вместе держаться. А то я за тебя переживать буду.
- Нет уж, милая, - решительно отвечает бабушка. - Куда я со своими болячками в чужой дом? Только мешаться буду. Ты уж сама справляйся, большая уже. А обо мне не беспокойся.
Я киваю, смаргивая слезы. Нелегко нам придется, ох нелегко. Но бабуля права - надо держаться. И верить, что все будет хорошо.
В конце концов, не вечно же мне быть женой Градова. Отбуду свой срок и разведусь к чертям. А потом заживу своей жизнью. Может, еще и на журфак поступлю, кто знает.
Вот только сначала этот год пережить надо. Не убить Алека и не сойти с ума от его выходок. Потому что он точно будет мне нервы мотать, я прямо чувствую.
5
Глава 5.
Алек
Да какого хрена?! Я в бешенстве влетаю в наш дом и несусь по коридорам, не разбирая дороги. В голове не укладывается - это что, мой приговор? Жениться на нищебродке? Да ни за что!
Знаю, куда идти. Кабинет отца в конце коридора, массивная дверь, обитая дорогой кожей. Врываюсь без стука. Плевать на субординацию, не до церемоний сейчас.
Отец сидит за столом, что-то сосредоточенно изучая на мониторе. При моем появлении он откидывается на спинку кресла, скрещивает руки на груди. Смотрит на меня холодно, с прищуром. Знаю я этот взгляд - сейчас понесется...
- Чему обязан, Александр? - ледяным тоном спрашивает он. Полное имя - плохой знак.
- Папа, ты охренел вконец? - я подлетаю к столу, опираюсь на него руками. - Ты что удумал, мне эту нищебродку в жены спихнуть? Совсем головой тронулся на старости лет?
Отец и бровью не ведет. Как скала - монументальный, непрошибаемый. И взгляд колючий, просверливает насквозь.
- Не паясничай, - чеканит он. - Я еще в своем уме, не переживай. И решение принял взвешенное. Тебе уже двадцать пять, пора становиться мужчиной. А то все по клубам шляешься да с девками путаешься. Смотреть противно.
Я задыхаюсь от возмущения. Это он так мою насыщенную личную жизнь оценил? Да я, между прочим, нарасхват! Такого жеребца еще поискать!
- И ты думаешь, женитьба на нищей мне поможет? - язвительно интересуюсь я. - Да я от нее на стену полезу через неделю! Она же неотесанная деревенщина!
- Зато с характером, - парирует отец. - Глядишь, хоть на путь истинный наставит. А то ты от сытой жизни берега потерял. Забыл уже, как люди живут.
Чувствую, что закипаю. Да что он понимает в моей жизни? Сам, небось, в мои годы не лучше был. Это сейчас он весь такой правильный да степенный. А раньше гулял будь здоров! Мама рассказывала.
- Пап, давай начистоту, - пытаюсь зайти с другой стороны. - Ну на кой черт мне эта Таша сдалась? Ну ладно, разбила тачку. С кем не бывает. Я и так с нее ничего не возьму. Зачем эти санта-барбары с принудительным браком? Ты же не средневековый король, в конце концов.
- Затем, что я так решил! - рявкает отец, стукнув кулаком по столу. Я невольно вздрагиваю. - Ты мне нервы вымотал все своими выходками. То одно, то другое. То авария, то драка. А все почему? Потому что безответственный! Настало время повзрослеть, Алек.
Вот черт, опять двадцать пять! Ну сколько можно одно и то же? Повзрослеть, ответственность, бла-бла-бла... Как же меня это все достало!
- И ты думаешь, женитьба это исправит? - зло усмехаюсь я. - Да мы с Ташей поубиваем друг друга через месяц! Разные мы, пойми ты!
- Ничего, притретесь, - отец невозмутим, гад. - Год - хороший срок, чтобы научиться уживаться. Глядишь, еще и полюбите друг друга. Чем черт не шутит.
У меня отвисает челюсть. Он это серьезно сейчас? Любовь? С Ташей? Да у нас с ней обоюдная ненависть с первой секунды! О какой любви речь?
- Пап, ты рехнулся? - констатирую я. - Таша меня на дух не переносит. И взаимно, между прочим. Не будет у нас никакой любви. Максимум - перемирие. И то вряд ли.
- А мне плевать, - припечатывает отец. - Не любовь, так хотя бы уважение будет. А там и до любви недалеко. Короче, разговор окончен. Готовься к свадьбе.
Я понимаю, что дальнейший спор бесполезен. Если отец что-то решил - это как гранит высекли. Хоть лоб расшиби - не сдвинешь. Упрямый, черт.
- Ладно, - цежу сквозь зубы. - Женюсь я на твоей Таше. Но учти - это будет твоя главная ошибка. Ничего хорошего из этого не выйдет, попомни мои слова.
- Поживем - увидим, - хмыкает отец. - А теперь иди. Дел по горло, некогда мне тут с тобой лясы точить.
Разворачиваюсь и молча иду к двери. Бессильная ярость клокочет внутри. Как же меня все это бесит! Ну почему всегда должно быть так, как решил отец? Почему мое мнение вообще никого не колышет?
Хлопаю дверью что есть силы. Проклятье! Вот влип так влип. Вместо свободной холостяцкой жизни - законный брак с занудой. Да еще и в нищете. Потому что хрен отец даст хоть копейку, пока я "не исправлюсь".
И ладно бы невеста была какая-нибудь топ-модель или актриса. Так нет же, Таша! Страшненькая, неотесанная, всем недовольная.
Но что теперь делать? Не женюсь - отец точно из дома выгонит и денег лишит. А своих кровных у меня - кот наплакал. Все спускал на развлечения да швырял направо-налево. Вот дурак...
Остается смириться и принять свою участь. Может, оно и к лучшему. Поживу годик с Ташей, стиснув зубы. Авось, не сдохну. А там разведусь к чертовой матери.
Решено. Женюсь. Буду паинькой, папиным сыночкой. А в душе все равно останусь прежним Алеком. Уж Таше-то мозги запудрить - раз плюнуть.
