Владислав Крапивин

Счастье - когда счастливы те, кого любишь. И когда они есть - те, кого ты любишь...

Когда ему бывало грустно, он летел не на стеклянную лестницу, а в какие-нибудь глухие и печальные места. Среди них было и такое: болотистая равнина под осенним серым небом, а на ней бесконечная, очень прямая насыпь с рельсами. По этой насыпи шел заросший человек в истрепанной кожаной одежде мотоциклиста. Шел и шел, днями и ночами. Не ведая конца.

Однажды Филипп рассказал о нем отцу Дмитрию. С каким-то смущением, с виноватостью даже.

- Все идет, идет. Не может ни сесть, ни упасть.

Отец Дмитрий ответил без привычной мягкости:

-Сам себе выбрал такое... Он стрелял в детей. Возможно ли более черное дело?

- Он говорит, что не виноват, потому что выполнял приказ, - сумрачно объяснил Филипп на следующий день.

- Никаким приказом нельзя оправдать этот грех.

- Он говорит, что все понял и больше никогда не будет, - сказал Филипп еще через неделю. - Он просит, чтобы ему простили грех.

- Грех может быть отпущен, если человек раскаялся.

-Но он же говорит! Он...

Дмитрий Игоревич резко выпрямился:

- Он лжет. Он просто хочет избавиться от тяжкого пути. Причем здесь раскаяние? Если человек раскаялся всей душой и ужаснулся своим делам, путь кончится и сам отпустит его...

Это сбудется, сбудется, сбудется,

Потому что дорога не кончена.

Кто-то мчится затихшей улицей,

Кто-то бьется в дверь заколоченную...

Кто-то друга найти не сумел,

Кто-то брошен, а кто-то устал,

Но ночная дорога лежит

В теплом сумраке августа...

Разорвется замкнутый круг,

Рассеченный крылом, как мечом.

Мой братишка, мой летчик, мой друг

Свой планшет надел на плечо...

Сказка стала сильнее слез,

И теперь ничего не страшно мне:

Где-то взмыл над водой самолет,

Где-то грохнула цепь на брашпиле...

Якорь брошен в усталую глубь,

Но дорога еще не кончена:

Самолет межзвездную мглу

Рассекает крылом отточенным.

Он, быть может, напрасно спешит

И летит он совсем не ко мне.

Только я в глубине души

Очень верю в хороший конец...

Шурику стало хорошо-хорошо, словно кто-то подошёл сзади и ласково обнял его за плечи. Так же хорошо бывает ещё, когда пригладит волосы неожиданный тёплый ветер или когда с закрытыми глазами лежишь на траве, и солнце щекочет лицо мягкими лучами…Шурик снова окинул взглядом свой птичий город и подумал, что совсем скоро прилетят скворцы.Весна…

И учись летать высоко и смело.Ты сумеешь. Если тяжело будет - выдержишь, если больно - вытерпишь, если страшно - преодолеешь. Самое трудное знаешь, что? Когда ты считаешь, что надо делать одно, а тебе говорят: делай другое. И говорят хором, говорят самые справедливые слова, и ты сам уже начинаешь думать: а ведь, наверно, они и в самом деле правы. Может случиться, что правы. Но если будет в тебе хоть капелька сомнения, если в самой-самой глубине души осталась крошка уверенности, что прав ты, а не они, делай по-своему. Не оправдывай себя чужими равильными словами.

Острова — как люди. Люди — как острова. Мало увидеть остров в океане и обозначить его координаты. Надо знать, что в его глубине. Надо изучать долго и старательно. Лишь тогда можно сказать: открыл.

А всегда ли есть на это время? Мир велик, путь далек, и ветер гонит корабли мимо новых островов. Зачем? Так ли уж важно обойти вокруг света? Не важнее ли один-единственный остров изучить до конца?

откровенно зевнул. – Да мы все уже спать хотим, – сказал Валентин. – Правда, ребята? Пошли… Залили костер. Луна сделалась еще ярче, раскидала по траве длинные тени. – Как тебя зовут? – спросил у мальчика Валентин. – Юр… Юрик. Юрик прижился. В первый же день с утра он повел себя так, словно давным-давно был в этой компании. По просьбе Алены охотно отправился с Кренделем щепать лучину для плиты, на которой готовили завтрак. Весело и умело успокоил и помирил Гошку и Настюшку, которые что-то не поделили и чуть не подрались (Гошка даже ревел потихоньку). Деликатно сторонился Ласьена и быстро сошелся с Шамилем. Он и Шамиль были чем

В бильярде можно рассчитать заранее, в какой угол шарик покатится. А в жизни поди угадай, куда пихнет тебя случай...

Человек рождается, чтобы радоваться жизни. Смотри, какое чистое небо, какая весна, смотри, сколько на земле интересного. Когда радуешься, разве спрашиваешь, зачем? Радуешься, вот и все.

2 У четвероклассника Владика Арешкина было прекрасное настроение. По шаткой деревянной лесенке внутри дома (не по парадной, конечно, а по запасной) Владик весело допрыгал до башенки. Свернутый зонт он отряхнул еще внизу – помнил, что Гоша не любит пресную воду (даже умывается соленой, специально разбалтывает соль в ведерке).