Владимир Владиславович Малыгин

очки вижу. И тут же отдаю ручку от себя, увеличиваю крен, прибираю обороты. Разворачиваемся буквально

тоже потом долго лечили. Не сдюжила бамбуковая трость супротив японского меча,

сойду, а ты на борту останешься. Приготовьтесь к бою

посмотрел на доктора. И почему-то на этот раз свой осмотр начал сверху, с лица. Столкнулся с встречным заинтересованным, внимательным и изучающим взглядом, отчего-то смутился. – Лидия Васильевна, наш пациент явно пошёл на поправку. По крайней мере, основные функции организма работают как должно. Хорошо, что сестричка не обратила никакого

что с ними после моей работы станется. Самому

стрелкам задирать стволы своих пулемётов

Ты не забыла, что у нас одна тяжелая война только что закончилась и вот-вот, возможно, начнется другая? Так что они делают там, за границей? Эти якобы русские подданные? Вместо того чтобы принимать участие в судьбе своей страны, быть с ней рядом в это весьма непростое время? Рядом со всем русским народом? С тобой рядом и со мной? – Император внимательно посмотрел на мать и решительно закончил: – Все русские находятся здесь, в России…

габаритами словно соревновались между собой, кто из них больше

плаву удержаться, не потонуть, не сдохнуть? Вечность! Вот такое у меня ощущение от здешней жизни… Да, на людей везёт, помогают они мне порой. Но за каждой такой помощью стоит трезвый расчёт. Да они мне сами об этом прямым текстом говорят. Мол, доберёшься до верха, протянешь нам руку. Протяну, куда я денусь. Иначе задавят, утрамбуют в грунт и никакие силы не помогут…

тем, как впахивают другие. А к вечеру следующего дня все наши суда покачивались на днепровской водичке, принимая в трюмы многочисленное добро, которого на разгромленной хазарской стоянке