Юлия Еленина

тельно забыла, что девушка вроде бы приличная, и запустила

Осень, что Фрейд, вскроет все наши раны, Заставит всю жизнь от начала прочесть. Даже малые трещины вновь станут рваны, А их на всем теле не перечесть. Эта рыжая стерва ведёт к летаргии, К сну, где не всем нам проснуться, Где мы действуем в сомнамбулии… Лишь бы к прошлому там прикос

происходит, – Леше не нравилось, когда он что-то не понимал. – Это сын Михаила Гончарова, – внесла я ясность, и бывший тоже протянул: – Охренеть… – У меня есть идея, – вдруг сказал Ботаник, на что его маман, так и

Жозефину Павловну вон той блондинки, –

сразу обратила внимание на две сумки в коридоре и обернулась, посмотрев на Лешу, который так и не закрыл дверь.