Цитаты
её подальше ногой. – Вот что же ты творишь, Кирпичик, – зло проговорил я. – Хотел меня убить второй раз?
Люди переглянулись. Кто-то кивнул, кто-то тяжело вздохнул, но в глазах мелькнула искра: значит, ещё боремся. Мы снова взялись за камни, едва отдышавшись – когда со стороны входа послышался подозрительный шорох. Что-то трещало, ломалось, скрипело, словно по камням скользил некий груз. Что ещё там принеслось? Мы переглянулись, бросили работу, заняли позиции. Каждый схватил своё оружие, приготовились – никто не понимал, что ещё за выкрутасы задумали
как кровь стучит в висках. Победа, вроде бы, за мной. Казалось бы – радуйся: свалил громадину Ворона в чистый нокаут, до
лабораторию» и понял: именно такие чудаки и делают невозможное возможным.
Физрук: назад в СССР
математике, физике, истории, биологии, химии, развить трудовые навыки или мышцы, а с другой – воспитать человека – честного, трудолюбивого, любознательного.
Начальник милиции 2
звук запираемой щеколды. Я побрел по коридору
Боец 8: Лихие 90-е
замечена не была. Кокетство, шантаж ревностью, проверка реакции – этого сколько угодно, да и то под настроение
Прорвемся, опера!
Судмедэксперт Яков Вениаминович Ручка был единственным судебно-медицинским экспертом в Верхнереченске, а ещё по совместительству единственным патологоанатомом на весь город и окружающий его район. Поэтому мы могли работать только с ним. Найти его обычно можно было в морге, обладал он невыносимым характером, а ещё пил, как три вахтовика после дежурства, и часто мог явиться на место преступления пьяным в стельку.
– Его давай… На запас – светосильный фикс семьдесят-двести, f/2.8. Так. Ночь, сумерки. Штатив
Красный Вервольф 5
выбрался из теплого, хорошо пахнущего салона, почтив своими
