Мария Летова

спрашивает с дьявольской ухмылкой на красивых твердых губах. С размаху напоминая мне о том, кто он такой, черт его дери. Не принц, а тот, от кого лучше держаться подальше. В груди взрываются фейерверки.

Испокон чертовых веков известно, что слова “женщина”, “мужчина” и “дружба” соединяются в одно предложение только для того, чтобы посмешить народ.

фоне этих прикосновений я чувствую себя куском льда.

четырех утра кувыркался, – отвечаю я на его вопрос.

Теснит своим телом в сторону, будто играя. Все с тем же глумливым оскалом на лице. Со вседозволенностью. С абсолютным пониманием, что я вынуждена дать ему отпор. Вынуждена выставить вперед руки и толкнуть его в грудь, то есть проявить агрессию. Дать повод схватить себя за запястье… Я роняю на пол шлем. – Отпусти! – выдергиваю

Вокруг творится раздражающий хаос. Официант блеет, администратор кается. Просто день извинений какой-то. Мой крем-суп уже затирают. Сегодня остаюсь без обеда, потому что у меня времени в обрез, а есть с пола я не привык.

незапланированной смене. Это верх тупости, и это по-детски, но

его ухом. – Сама… Он роняет руки на диван. Сжимает челюсть

активно закидывается алкоголем в разных комбинациях. Это наша третья неделя в Питере, и все они были похожи на день порвавшего жопу сурка. – Предлагаю