Марика Крамор

оборачиваюсь и… оказываюсь лицом к лицу с отцом моего будущего малыша.

– Гош, – я начинаю нехило раздражаться, – к чему ты клонишь? – Не хочешь ко мне приехать

воспоминаний. А если бы он признался и открыто заявил о том, что меня одной ему недостаточно, я не знаю, что бы я сделала… это ещё хуже. И обман

Говори зачем! Я уже согласен, оставь только ты дочь мою в покое! Сколько надо, чтоб ты свалил, я слушаю! – Я уже сказал, это вышло непреднамеренно. Я, конечно, бесконечно счастлив

ты не боишься лететь? – мигом напрягаюсь. Как-то теперь страшновато… – Конечно нет. Снаряд в одно место два раза не попадает. – Ну… и… долго тебя не будет? – пожимаю плечами. Понимаю, что минимум неделю. А то и больше. – Вообще-то, я

согнувшись в три погибели сама копается на грядках, собирая листву, необъяснимо-печальным ноющим чувством отдаётся в душе. Я не знаю, что сказать – отчегото боюсь и слово вымолвить,

Владислав Сергеевич! Я… я сама схожу! – Мне не сложно, – приподнимает верхнюю коробку, вклинивает между нами, крышка махом отлетает вверх. – Думаешь, не видно, что устала? Даже улыбаешься вымученно.

намеревался помочь мне их приготовить, но я сразу обозначила: на моей кухне только один хозяин. Точнее,

неудержимо приближаюсь к желанной

Конечно, можно, Ариш, – немедленно вмешиваюсь я в диалог отца и дочери. – Миль, подожди снаружи. Минуту. Недолгая борьба