Ирина Бессмертная

Если испытываешь по-настоящему глубокое чувство, не стыдись его проявлять.

любовь гонит страх прочь, а благодарность способна покорить гордость.

Я – старая и ворчливая особа, такой и останусь

— Может, у тебя сохранилось странное убеждение, что газеты покупают, чтобы информацию получить?

— А что, только чтобы развлечься?

— Даже и не для этого. Чтобы освободиться. От скучной необходимости самостоятельно мыслить.

Я считаю, что физические возможности человека исчерпываются довольно скоро, а вы? Но если человек умен, остроумен, если он с энтузиазмом относится к чему-то, свойственному ему одному, тогда отношения имеют какой-то смысл, не правда ли? Я когда-то дружила с человеком, который был знатоком церковной архитектуры семнадцатого века. Мы проезжали бесчисленные километры, осматривая церкви. Это было так увлекательно, пока не кончилось, и теперь я очень много знаю об архитектуре конца семнадцатого века. Хоть что-то положительное да осталось.

приближаясь к дому. Помолчав, Клара спросила: – А если бы он был болен – потный, дурно пахнущий, в рвоте, перепачканный… Ты смогла бы его вымыть, успокоить, утешить? – Конечно. – А если бы это ты была больна? Что тогда? Эмма не ответила. А Клара сказала: – Все. Я поняла твою проблему и поставила тебе диагноз. Ты боишься, что он любит тебя потому, что ты красива. И ты не способна вынести мысль о том, что он может увидеть тебя не такой красивой.

Старик ткнул палкой вслед машине: – Завидую вам, молодым. Таких не было – в нашито дни. – Мне кажется, девушки двадцатых были просто потрясающие. Трость взлетела вверх, выражая искреннее негодование. – Галиматья, дорогой мой. Не представляете. Полжизни потратишь, чтоб уговорить ее ножки раздвинуть. А вторые полжизни – жалея, что уговорил. Или другое. Подхватишь триппер от какой-нибудь поблядушки. Собачья жизнь! Не пойму, как мы вытерпели