Все книги автора
Моей первой книгой, прочитанной у Инны Трониной (тогда еще Астаховой) была «Божок». Прочитав до середины, я поняла, что что-то не так: я уже должна знать этих героев – Андрея Озирского, Грачева, Минца, но я их не знаю! Да здравствует Олимпийский! Купила! Читала запоем! Для меня герои ее книг живые люди. Бывая в Питере на Фонтанке, я первым делом вспоминаю, что здесь живет Андрей, проезжая Лахту – что здесь его детективное агентство, да и в Москве улица 1905 года, Белый дом и окрестности – это Оксана Бабенко, Борис Добин…Я благодарна Инне за ее книги, ее героев и очень жду продолжения.
С творчеством Инны Трониной (Астаховой) я познакомился давно, еще в 90-е годы. Я не отношу себя к утонченным гурманам по части детективов, мне мало что здесь пришлось по нраву. Но на мой взгляд, произведения Трониной это «золотой фонд» из обширного пласта отечественного детективного жанра, вкупе с немногими (на мой взгляд) прочими авторами такого уровня. Слог Трониной – редкое сочетание изящества, присущего «женской прозе», и твердой логической линии, характерной для «мужского детектива» (например, у Шитова). Читается «на одном дыхании», легко и хочется еще и еще…
У Трониной я заметил два стиля повествования – «классический» от третьего лица и в форме мемуаров, дневников отдельных персонажей, от первого лица. Оба хороши по-своему, но мне больше понравился первый.
Захватывающие сюжетные линии, позволяющие непринужденно подать как традиционные «милицейские» детективные истории, так и оригинальные смысловые идеи автора, вряд ли кого оставят равнодушным.
Сейчас я перечитываю то, что читал в 90-е, плюс новые произведения. Захватывает, как в первый раз!
Мне очень нравится. Попала несколько лет назад в руки книга «Отторжение». Захотелось узнать предыдущую и дальнейшую судьбу героев. С удовольствием прочту все книги.
Цитаты
Четвёртая четверть
скомандовал Чугунов, и мы оказались на улице.
бачков. Мотоциклетный шлем свалился с головы Павлюкевича, и Андрей скинул свой – смысла скрываться
Самосожжение
мальчик-брюнет с широко расставленными бархатными глазами. Ребёнок напряжённо, болезненно улыбался, и я чуть не расплакалась
Прощённые долги
что считайте – могильная шарага у нас в руках. – Да ну! – удивился Горбовский. – А кто ею занимался? – Тенгиз Варлаамович – он такие дела любит. Одно время ему помогал Минц, но после ранения он ещё не набрал форму. И кое-кто, – Грачёв выразительно
Мёртвая вода
всю жизнь прожил там. Раньше был полицейским, а сейчас не у дел. – Франсуаза говорила это на ухо Олегу, шелестящим шёпотом. – Он
птиц. Само собой, и людей тоже – не отказывала ни пьянице, ни малому оборвышу.
Людоеды
интуиции и порядочности. Да и такие



Комментарии, 3 отзыва3