Евгений Лукин

в типографию. – Это мне и нужно. Сроки поджимают. И напомню, что после того, как я подписал макет, вы не можете вносить туда никаких изменений. – Согласен. – Согласны, – откликнулась Кузнецова за весь коллектив. Полдник обвел нас торжествующим взглядом и вышел. – Мы завершили сделку, кетиб

нечисть такая… Тварь. Илья молчал, о чем-то думая. – Прогони его, Ульф, – попросил боярин. – Кроме тебя некому. – Я убью его, Торбьёрн, – сказал Илья. * * * В тереме у слюдяного окошка стоял

отправиться на станцию прямо в скафандрах. Но Марсель настоял – никаких

мольберту. Настина светлая прядь выбилась из-под косынки, и она сердито на

клиента код «лесной пожар». Название штамма «ковид сто семнадцать». Продолжаем работать. Бунин так и застыл. – Ну, что у нас еще плохого? – спросил командующий заинтересованно. Понятно же: когда идут к старшему, подчиненным оставляют право вызова только для событий с высшим приоритетом. Типа «на нас напали». – Не готов к докладу, товарищ адмирал. Надо уточнить. – Давай-давай. В черновом варианте. Бунин вздохнул. – Американцы считают, это не

Думаешь, раз в Бога не веруешь, значит, уже неверующий? Настоящий неверующий, чтоб ты знал, вообще ни во что не верит. Даже в то, что Бога нет.

лучами – так подсвечивают ангелов в кинофильмах, – впереди возвышался

головой тяжеленные кулачищи. Шалава Непутятична, упрямо надув губки, глядела в потолок. – В общем-то, я не против… – промямлил розмысл, осторожно поглядывая то на дядюшку, то на племянницу. – Мне этот Докука тоже уже всю плешь проел… Сам бы я отпустил его с удовольствием. Только вот как бы это сделать… э-э-э…

– Простите, что отрываю… Вы где берёте сюжеты?

Да чтоб им всем пусто было!

– Сюжеты?! Ах, сюже-еты… Да тут, знаете, на углу магазинчик такой круглосуточный…

Было, Кудыка, время, когда вся земля, что на трех китах, пребывала единой страной, великой и могучей. И солнышко в небе тоже было одно на всех. А ночью запускали месяц… Говоря проще – луну… – Розмысл приостановился и поглядел на Кудыку в ожидании вопроса.

– Зачем, Завид Хотеныч?..

– Перво-наперво чтобы и ночью было посветлее. Греть месяц – не грел, а вот светить – светил. А опричь того дни он показывал. Скажем, тоненькая луна, лучковая, а рожки держит влево – стало быть, самое начало месяца. На другую ночь она уже потолще… Ну и так далее.

– Да как же это они так делали, Завид Хотеныч?.. – вылупив глаза, потрясенно молвил Кудыка.

Розмысл усмехнулся уголком длинного рта.

– Это что! – сказал он с горечью. – Они ведь еще и погоду на завтра им обозначали! Скажем, запустили месяц вниз рогами – значит, собираются калить солнышко пожарче, а вверх рогами – стало быть, наоборот, одевайся потеплее… Или так: рога вверх, но нижний крутой, а верхний отлогий – почитай, вся первая половина месяца холодной намечена… Много, много было отличий. Крутые рога, пологие… Яркая луна, тусклая… А как делали?.. Никто не знает, Кудыка. Тайна сия утеряна.