Елена Тумина

нарядными игрушками я видела в Доме

лючается в том, что, сделав пакость, он сваливает свою вину на  меня.

– Это кто? Гусев? В камеру его! Покрасневшие от возбуждения глаза запылали мечтой о будущем повышении. – Он жену свою грохнул! Слух об убийстве Насти разлетелся быстро. Юля, надевая с утра опостылевшую

Нет, Гена, ты не орёл, ты насильник