Екатерина Риз

глотая каждое движение и взгляд. А ещё поймал себя на том, что вглядывается в Сонино лицо

увесистыми. Присела. Огляделась. – Новенькая, кофе хочешь

не замечу, а  Генка лишь сурово поджал губы. – Так что вы вчера не поделили? – спросил он после паузы. Я непонимающе нахмурилась. – А это здесь при чём?

требованием: – Я сказала, пошел отсюда вон. – Наташ, да ты

Именно в этом месте она имела такой разлив, что противоположный берег можно было разглядеть только в бинокль.

Отцу не нравится. – Ты что городишь-то? – не выдержал Барчук.

на которых смотришь и пропадаешь… Правда, губы у

встречаться начали. Как-то всё получилось незаметно, по крайней мере, для меня. Это были мои

привычной жизнью, очень старался вписаться, приучить их к своему присутствию, к его мнению и важности совместных решений. И радовался, когда считал

долго можем препираться. Быстрее сесть в машину и поехать. Тебе нужно что-то взять? – Что? – переспросила я. – Карту и пистолет? Соболевский весело усмехнулся. – У тебя всегда было странное чувство юмора. У ворот нас ожидала машина. Я всё-таки поднялась в  комнату Гриши и Таи, сообщила