Делия Росси

лорд Хаксли? Он ведь сказал, что никогда меня не отпустит и всегда будет рядом. Что это было? Просто слова? Или нечто большее? Пресветлые рукописи

– Все беды и обиды уходите прочь, пусть душа расправит крылья и минует жизни ночь.

вольно подметая пол длинным подолом юбки. – В Горленде нет хозяйки! Здесь испокон веку только хозяин! Вон с моей кухни, голытьба грошчанская! – Это ты убирайся, образина

Никогда не позволяй скинуть себя с седла. Того, кто упал, тут же затопчут»

Интересно, для чего Генрих так ее нахваливает? И ведь знает, что никакой она не aeterna source! Вернее, она сделала все, чтобы он в это поверил. Как Стоцкий ни бился, но добраться до ее источника не смог, получил лишь

Леди Изабелла! Настойчивый голос звучал прямо рядом с моим ухом. Высокий, с неприятными дребезжащими нотками, он вызывал неосознанное желание поморщиться. Как и назойливый аромат фиалок, ощущаемый в воздухе. – Леди Изабелла! Интересно, кому так нужна эта самая Изабелла, и чего вокруг столько шума? Я собралась с силами и открыла глаза. Прямо передо мной маячила встревоженная физиономия какого-то мужчины. Взгляд выхватил длинный горбатый нос, черные, похожие на крупные бусины глаза, яркие сочные губы, которые шевелились и что-то говорили, но я не понимала ни слова. Неужели оглохла? Угораздило ж упасть так неудачно! Вот и не верь после этого приметам. Утром соль просыпала? Просыпала. Черный кот Таисии Федоровны дорогу перешел? Перешел. Соседка с первого этажа с пустым ведром встретилась? Встретилась. Ну и пожалуйста. Вот вам результат – голова раскалывается, в ушах звенит, а глаза словно песком засыпало. – Вы кто?

бесчисленных медалей и наград?! Лорд Эдисон картинно вскинул голову, давая Джулии возможность полюбоваться его аристократическим профилем, а потом милостиво разрешил: – Что ж, спрашивайте,

которых описывались те дни, когда на землях

Любовь – слишком редкое чувство, чтобы растрачивать ее на кого ни попадя.

Видите ли, миледи, в основе любой войны всегда лежат низменные интересы. Но они ведь слишком неприглядны, а потому их обязательно лакируют какой-нибудь красивой идеей.