Anne Dar

тельской любви, и когда она повзрослеет, произойдёт ваша встреча, но перед этим она умрёт так же, как и ты, и её отец умрёте сегодня, как и я умру сегодня, только не по-вашему, а по-настоящему. Но умрёт твоя девочка не так, как другие, неправильно, изза чего ей будет тяжело. Она будет такой же, как её родители, но и другой, и тот, кого она полюбит, и с кем будет, будет таким же, как её родители, только старше. И золото будет сильно страдать, но сильнее него будет страдать платина.

. – Не хочется покидать безопасное место. – Для тебя безопасное место там, где я, так что считай, что ты не покидаешь его, а передвигаешься вместе с ним.

– Любое ожидание – ничто иное, как добровольное согласие быть пойманным в ловушку. – Но ведь бывают ловушки, из которых не хочется выбираться.

может быть потому, что мне так было проще: когда тебя боятся, тебе проще выживать, чем когда к тебе тянутся доброжелательные руки, жаждущие затянуть тебя на своё личное дно.

Уж лучше быть слетевшим с катушек бунтарём, чем забитым в угол тихоней. Тихони не выживают. А бунтари хотя бы успевают почувствовать вкус жизни перед неизбежным концом.

– Уважение и доверие – это то, что заслуживают, а не то, что получают в подарок

Люди такие странные: так легко не ценят то, что имеют, так сильно стремятся получить то, что им на самом деле не нужно, а когда теряют ценное или получают ненужное, разочаровываются больше, чем это прилично в контексте ценности их жизни.

Мысли – это пасти, которые разверз твой личный зверь…

Я решила запомнить эту оригинальную глупость. Ведь если оригиналы способны любить что-то больше собственной жизни, значит, они по-настоящему глупы и… Уязвимы.

Ртуть хотела убить Тею. – Думаешь, Платине можно доверять? – Опа… А ты что же, не доверяешь ему? – Удивляет твоё удивление. Было бы более странно, если бы я доверяла ему. – Вообще-то я думала, что ты относишься к нему… Скажем так, лояльно. Почему о