Алина Углицкая

Позади меня сиял огнями бальный зал и долетали звуки аплодисментов. Впереди – мрачной громадой высилось

наслаждаться отдыхом, – чуть усмехнулся он. И был прав.

руках, Юна посмотрела на Лили: – Ты уверена?

. Сначала арест, потом отречение и каменный мешок в Мертвой башне, куда никогда не заглядывает солнце. Допросыослепший от дыма, Ульрих даже не сразу понял, что с ним происходит. Кажется, он потерял сознание, а когда очнулся, то с ужасом осознал, что болтается над

скривилась. Раз другие невесты идут на ужин с помощницами, то и мне придется идти.

жеребце оглянулся. Его зрачки расширились, заливая всю радужку. Глаза тускло блеснули и подернулись холодом. Отыскали ее фигуру и… немного оттаяли. – Алекс! – капризно окликнула его

смыть с себя грязь оказалось сильнее страха холодной воды, так теперь голод оказался сильнее стыда. Щеки еще горели, когда я, пряча взгляд и прижимая к себе скомканную мокрую одежду

несла герцогиня, отделяя каждое слово, словно заколачивая их молотком. – Кто подсказал вам прийти сюда? И не трудитесь падать

задолго до прихода драконов. Заброшенное и забытое. Но странно… дубовые двери, почерневшие от времени, были распахнуты. А каменные ступени крыльца, в отличие от заросшего

– Пожалуйста, – прошептала, поднимая зареванное лицо. – Не уходи. Зачем ты это сделал? – Прости, – прошелестел тихий ответ. – Так будет правильно. – Правильно?! О чем ты говоришь?! Но Айренир будто не слышал. Продолжал стоять и смотреть на меня с бесконечной тоской, такой близкий и в то же время недосягаемый. А потом вдруг начал расплываться, превращаясь в туман и смешиваясь с ним