А. Е. Прохорова

расслабила их. – Он колотил маму и меня. Самое мое раннее детское воспоминание именно об этих

новения ее руки. – Но мы еще не закончили с тобой, Мэрайя. – Он крепче сжал обнимавшие ее руки. – И никогда не закончим. Она озадаченно взглянула на него: – Что ты хочешь этим сказать? – Именно то, что сказал. – На его виске забилась жилка. – В это воскресенье, Мэрайя, у нас что-то началось с тобой. Что-то хорошее. Чудесное. И я не позволю тебе вот так спокойно уйти. Уйти

Торин едва не погиб. Страшная эпидемия накрыла город

То, что я ленив, по его словам, означает, что я берусь работать только над теми вопросами, которые любопытны настолько, чтобы превозмочь нежелание работать.

Я остановилась в церковном дворе и склонилась перед статуей Богоматери, держащей на руках своего мертвого сына. Я хотела помолиться и попросить ее дать мне силы справиться с тоской, которую уже была не в силах терпеть, попросить ее сжалиться надо мной. Но затем я одернула себя, подумав, как могу я еще о чем-то просить женщину, держащую на руках мертвого сына.